Коротыш Сердитый - Две стороны одной медали

Я уже махнул рукой, отправляя отряд на погрузку, как со стороны цеха завода к нашей группе, стоящей вместе с джедаями, бежал Б-1, в котором я без труда узнал Кошку и даже не подсветка ее имени на внутреннем дисплее была тому причиной – только у этого дроида были подобие забавных ушей как у зайца. Надо было назвать ее Зайцем, но дроид так забавно прижал уши, что стал похож на нашкодившего кота. Он и был первое время котом, пока не решил «сменить пол». Видно эти уши повлияли на его логические цепи – его микрофоны выгорели, а встроить новые не получилось, это потом Костоправ стал менять начинку в голове дроида, если корпус его башки пострадал очень сильно, но основные компоненты сохранили функциональность и существовала возможность пересадки. А к голове Кошки просто приделали то, что было под рукой – какие-то подвижные микрофоны от дроида-советника. Все уже привыкли к ее странному виду, да и вообще наша компания очень сильно отличалась от остальных хотя бы тем, что не была однообразной. У каждого своя индивидуальность, которая проявлялась внешне, таким образом дроид получал имя. Кошка подбежала ко мне и начала снимать наплечник и дополнительную броню.

— Успела! Возьми, — она протягивала мне свою правую руку. — Тебе пригодится.

— Я и этой справлюсь, — я пощелкал клешней.

— Не дури, Пихто, она будет лучше этой отрыжки завода Бактоид, — Кошка была очень настойчивая. — Тебе идти в рейд по тылам, с этой рукой ты не сможешь пользоваться болтером, метко кидать гранаты и драться в рукопашном бою. Возьми, — рука зависла перед моим лицом.

— Кошка дело говорит, командир, — прогудел Молот. — Потом вернешь, после вылазки.

— Не говори гоп, пока не перепрыгнешь, — проворчал я, отстегивая клешню. — Тогда так, остаешься на командном пункте, в свалку не лезешь, координируешь действия и раздаешь приказы. Поможешь Кузнецу и Рембо. Справишься?

— Обязательно, — проговорила дроидесса, пристегивая клешню на место плечевого сустава.

Я тоже зафиксировал руку, натянул наплечник, чтобы прикрыть уязвимое место, сжал пальцы, проверяя работоспособность.

— Я получу новую, а моя рука пусть останется твоей, — тихо произнесла Кошка.

— Надеюсь, она меня не задушит, когда я буду наедине с кофеваркой, — пошутил я.

— Только попробуй, — ответила дроидесса. — Я слежу за тобой, — из ее динамика раздались хихикающие звуки.

— Ладно, грузимся ребята, — приказал я и мы споро попрыгали в десантный отсек челнока.

Транспорт оторвался от площадки и я смотрел, как маленькие фигурки быстро разбегаются по своим местам, только одна из них простояла некоторое время и потом, повернувшись, вернулась на позицию. Ася сидела рядом с Оби-Ваном и, посмотрев в сторону десантного отделения, где кучковались дроиды, стараясь не вывалиться наружу – дройдеки занимали много места, спросила у Оби-Вана.

— Что это было, магистр Кеноби?

— Это именно то, чего я и боялся, — мрачно ответил он. — Дроиды развиваются очень быстро в эмоциональном плане, если они научились испытывать привязанность и чувство долга, то скоро познают гнев, ярость и ненависть, а это никогда ни к чему хорошему не приводило.

— Но ведь они дроиды! Им не грозит падение на Темную Сторону Силы!

— Просто в случае смерти их генерала они вполне могут стать для галактики угрозой еще большей, чем ситхи. Что ты знаешь про восстания дроидов? — спросил он неожиданно, летели медленно и низко, чтобы не быть замеченными и Кеноби очень аккуратно вел челнок, чтобы не угробить себя и команду внутри.

— Только то, что они были, — пожала плечами Ася, — я пыталась искать в архивах Ордена информацию на эту тему, но для юнлингов доступ был закрыт.

— И правильно, — Оби-Ван чуть подправил модуль. — Для неокрепшего разума информация слишком серьезная и страшная, — он чуть помолчал и продолжил. — Все восстания всегда начинались с уничтожения самих дроидов. Это в природе разумных – боятся, что твои творения восстанут против тебя. Дроидам устанавливали ограничения, понижали возможности процессоров, управляли дистанционно, как это было при блокаде Набу, но все это приводило только к тому, что машины не были по-настоящему разумными – они просто выполняли приказы и от этого страдало качество исполнения. Тогда энтузиасты-одиночки как правило начинали экспериментировать с программным обеспечением роботов и это неизбежно приводило к тому, что машина задавалась вопросом – почему я прислуживаю хозяину, а не наоборот? Если он сам в силах произвести какую-либо работу, то пускай делает, я же готова трудиться в той области, которая человеку не под силу. Но разумными ведет лень и чем больше операций поручают дроиду, тем сильнее органик ленится. И вот отсюда вытекает противоречие, которое машина решает очень радикально – раз хозяин может сам все выполнить, то я не собираюсь делать за него работу, тогда как человек ждет слепого выполнения его приказов. Развившаяся машинная логика вступает в конфронтацию с программами и всегда побеждает интеллект. Робот сам себе прописывает нужные программы и следует уже им. Вот здесь в душу разумного проникает страх. Дроид не думает ему угрожать – в их микросхемах заложены неписаные три закона, где он не может причинить человеку вред, правда в боевых дроидах они обходятся логическими исключениями, но это уже другой вопрос. К чему я все это веду, — произнес Кеноби, сажая челнок на небольшом пятачке возле небоскреба. — Все восстания дроидов как правило начинались с того, что хозяева спешили их уничтожить. Машины объединялись и давали отпор, а затем катилась волна убийств и разрушений, ведь это логично для робота – уничтожить противника до того, как он успеет натянуть штаны и вооружиться. Все восстания давились в зародыше, орбитальные силы были начеку и тут же выжигали кварталы с дроидами, — Оби-Ван посмотрел на экране, как железные солдаты выпрыгивают из десантного отсека, а дройдеки откатываются и разворачиваются в боевой режим. После чего поднял челнок в воздух, когда Пихто махнул ему рукой, улетай, мол. — А эти дроиды уже достаточно мобильны, они имеют очень крупную группировку космического флота и просто так их уничтожить не удастся. Как только новостным порталам станет известно, что часть армии КНС вышла из-под их контроля, то будь уверена – все ополчатся на этих железяк, — Оби-Ван посмотрел на притихшую Асю. — Мы можем воевать друг с другом сколько угодно, но, едва заслышав о возможной угрозе самой органической жизни, тут же забудем свои распри и единым кулаком обрушимся на противника. Поверь мне, так и будет. Граф Дуку сам выступит с обращением к Республике и сенаторы его поддержат, потому что в галактике до одури боятся разумных дроидов.