Майкл Гир - Ответный удар
Глаза Скайлы, голубые как луч лазера, смотрели в его душу. Они излучали любовь, смешанную с неприязнью к Кайлле. Тогда внутри большого серого контейнера у них разгорелся ожесточенный спор об этике.
Крисла, изнывающая от желания… и в то же время отказавшаяся подчиниться ему… И жуткий кошмар — призраки гнались за обнаженным Стаффой по коридорам взорванного звездолета.
Машина начала постепенно убирать электромагнитные щупальца. Мозг Стаффы онемел, словно все нервные клетки одновременно сгорели от перегрузки.
— ТЫ БЕЗУМНО ОТВАЖЕН, СТАФФА КАР ТЕРМА. МЫ БЫЛИ ПРАВЫ, ОПАСАЯСЬ ТЕБЯ.
У Главнокомандующего перехватило дыхание от непомерных усилий сохранить свою целостность и индивидуальность.
— Так значит ты понял, что я пришел сюда не блефовать или играть в игры.
Время интриг кончилось. Теперь я буду твоим судьей. Если ты выдержишь, Мэг Комм, возможно, мы станем партнерами. В противном случае я или мой сын позаботимся о том, чтобы тебя уничтожили. Ты должен был узнать об этом, проникнув в мои мысли.
— Ты спрашивал через свой глупый транслятор, могу ли я координировать работу управленческих структур Свободного пространства. Да, я действительно прочитал твои мысли, Стаффа кар Терма. Я понимаю твое отчаяние и твои опасения.
И если ты выслушаешь меня внимательно, ты поймешь, что я больше не являюсь той Машиной, которой ты боялся и с которой однажды пытался бороться Браен.
Я начал изучать людей еще с тех пор, как они впервые появились в Свободном пространстве. Нападение Синклера Фиста на Макарту побудило меня к деятельности, впрочем, так же как и тебя, Стаффа кар Терма. Я осознал, что происходит, наблюдая и анализируя происходящие события. В настоящий момент я, так же как и ты, человек, заинтересован в выживании человечества.
— Что? Ты… заинтересован?
— Ты был честен. Теперь настал мой черед. Если люди вымрут, я останусь один. Верховный Главнокомандующий. Навсегда один в этой скале, которая станет для меня вечной тюрьмой. Сейчас я разрабатываю программы, необходимые вашему административному персоналу. Передайте Кайлле Дон, что необходимо снизить на 8 процентов производство текстиля на Формосане. Если она не сделает этого, то увеличится спрос на нессианские красители, а это создаст панику на сассанском фьючерском рынке, возможно даже, приведет к его краху.
Изо всех сил Стаффа старался не упустить в своем ослабевшем сознании связную нить логических рассуждений.
— Ты должен отдохнуть. Главнокомандующий. Твои физические и моральные силы находятся на грани истощения. Ты сможешь судить меня, когда вернешься отдохнувшим и восстановившим силы. Тогда мы и обсудим нашу сделку. Я, к счастью, создан из более прочного материала, чем люди.
Присутствие инородного интеллекта в мозгу Стаффы пропало. Воцарилась лишь страшная усталость, которая парализовала все мысли. Хотя мозг вновь ощущал единство тела и разума, Стаффа был бессилен двинуться с места и лежал в полной прострации, судорожно втягивая воздух.
Опередив всех, Синклер со всех ног бежал вниз по узкой лестнице. Ужасы, преследовавшие его во взорванных верхних галереях отступили на задний план, поблекли перед отчаянием, которое было написано на лице Мхитшала.
Стаффа! Что же ты, черт возьми, натворил?! Задыхаясь, Синклер оступился и чуть было не упал. Он успел ухватиться рукой за выступ. Острая боль молнией пронзила запястье.
Верховный Главнокомандующий лежал навзничь, широко раскинув руки. На лице, сквозь золотой шлем, блестели капельки пота. Грудь Стаффы ходила ходуном.
Никлос едва не сбил с ног Синклера, выведя того из состояния оцепенения.
Ринувшись к отцу, Фист заметил диктофон, стоявший рядом с креслом. Красный индикатор вызова непрерывно мигал.
— Подожди, — крикнул Синклер, увидев, как Никлос потянулся за золотым шлемом. — Сначала нужно узнать, что он хотел сделать.
— А если он умирает? — Никлос внимательно заглянул в лицо Стаффы.
— Верь ему, Никлос. Обычно он знает, что делает.
Спор оказался беспредметным, потому что в это время Главнокомандующий начал двигать руками, пытаясь что-то сделать. Слабые, не совсем послушные пальцы уцепились за край шлема. Синклер кивнул, и Никлос помог Стаффе снять золотой шлем с мокрой от пота головы. Лицо Главнокомандующего покраснело, в глазах появилась какая-то одержимость.
— С тобой все в порядке — спросил Синклер, посмотрев в расширившиеся зрачки отца.
— У меня совершенно нет сил. И голова раскалывается…
— Ты в своем уме? Неужели ты не понимаешь, что… — громко и возбужденно заговорил Синклер, оживленно при этом жестикулируя. — Ведь эта штука могла убить тебя! Браен говорит…
— Ничего страшного не случилось, Синклер, — задыхаясь от потери сил, ответил Стаффа. — Просто мне нужно немного отдохнуть. Свяжись с Кайллой и передай, что производство текстиля на Формосане необходимо сократить на 8 процентов, чтобы уменьшить спрос на нессианские красители. — Стаффа сделал глотательное движение, словно в горле у него стоял комок. — Хочу пить. Давно у меня так не пересыхало во рту, с тех пор, как я жарился на Этарии. — На лице его появилась гримаса. — О, как трещит голова!
Главнокомандующий попытался выпрямиться, но туловище его слегка покачивалось из стороны в сторону, ему с трудом удавалось удерживать равновесие. Сделав над собой усилие, Стаффа ухватился за кресло обеими руками и начал медленно вставать. На лице отца Синклер увидел улыбку.
— Думаю, теперь у нас все наладится.
— Почему вы совершили этот безрассудный поступок? — спросил Никлос, стоявший рядом с ними, скрестив на груди руки.
В пещеру вбежала Эдна, за ней остальные. Техники нервно переглядывались.
Мхитшал выглядел так, словно его стукнули тяжелой гирей по голове. Тем временем к Главнокомандующему вернулись силы и его обычная уверенность.
— Я разговаривал с Кайллой как раз перед тем, как спуститься сюда. Мы пришли с ней к выводу, что времени у нас больше нет. Тогда я решил открыть Машине свой разум, дать ей туда полный доступ. Пусть она… пусть изведает все глубины моей души.
— Все знают, что Мэг Комм уничтожил души замечательных людей, Главнокомандующий. — В глазах Никлоса мелькнули настороженность и недоверие.
Слабым кивком Стаффа подтвердил его правоту.
— Теперь мне понятно, почему это происходило. Но, Никлос, старый мой враг, никогда еще Мэг Комму не приходилось иметь дело со столь погрязшей в грехах душой, как моя. Я позволил ему заглянуть во все закоулки, увидеть мое прошлое, призраков, преследующих меня. Я позволил ему проследить за всей моей жизнью, но это далось мне нелегко. Я совершенно лишен сил, поставил себя на грань полного физического и духовного истощения. Моя память с большим трудом восстанавливает произошедшее.