Константин Утолин - Путь Знахаря

— Ладно, — ответил за всех Дмитрий, доставая из походного ранца маску фильтра. Остальные сделали то же самое, после чего все трое вылезли наружу и встали, оглядываясь по сторонам.

— Ситуация такова, — мрачно произнес Александр, выходя уже из — за носа флайера с другой стороны. — Связи нет, а машину надо чинить. Думаю, справлюсь, если роботы — ремонтники уцелели. Но на это уйдет время. Конечно, когда мы пропали с мониторов системы контроля, нас начали уже искать и, зная координаты места исчезновения, с ГИМПа даже в этих джунглях обнаружат машину уже минут через пятнадцать, плюс еще час полета флайеров с базы или «челноков» с «Пересвета». Если, конечно, и их не атакуют эти местные «стрекозоиды», мать их дери. Хотя, полагаю, если за нами отправят «челнок» или тяжелый глайдер, то им никакие стрекозы — переростки не страшны. Но по любому раньше чем через полтора часа нам отсюда не выбраться. Так что — либо ждите, либо топайте до селения аборигенов пехом.

— А сколько до него? — спросил Дмитрий.

Александр включил систему навигации комбинезона и чертыхнулся:

— Похоже, как минимум в этом местечке вообще ни черта не работает!

Услышав это, этнограф посмотрел на солнце, огляделся вокруг и на минуту задумался. После чего сказал:

— Ну, судя по растительности и тому, что здесь водятся серебристые белянки — слышите эти скрипящие звуки неподалеку — это они исполняют свою вторую брачную песню, мы находимся от поселка примерно в трех днях пути, — ответил он.

— Сколько?! — ужаснулся Трофимов.

— Три. Ну, может, два, если сумеем пройти почти напрямик.

— А при чем тут белянки? — ошарашено поинтересовалась Катя.

— Белянки — это местные птички такие. Очень красивые, снежнобелые с серебристым отливом. Они три раза за год яички откладывают. Сейчас время второй песни.

— И что?

— А то, что яйца они откладывают только в определенных местах, — пояснил этнограф. — В окрестностях того поселения, к которому мы летели, их всего два. Но во втором растительность немного другая. А вообще тут планета очень хитрая — много всяких особенностей и циклов, которые надо учитывать при передвижениях! Разливы рек, блуждающие геопатогенные зоны, приливы и отливы магмы к планетарной коре, что влияет на уровень концентрации лития и плотность атмосферы, а иногда и на силу тяжести. Когда на флаере летишь, это все мало кого тревожит — быстро же проскакиваешь и существенного вреда организму местный колорит не наносит, хоть люди чувствительней к здешним факторам, чем индейцы. А вот если пешочком идешь, надо все это обязательно учитывать. Но сейчас время благоприятное — сезон свадеб — так что довольно быстро дойдем.

— Свадеб? — удивленно произнес Александр. — А этот то здесь при чем?

— У индейцев свадьбы отмечают раз в год, сочетаются сразу несколько пар, обычно несколько племен собираются для празднества вместе.

— Занятно, но какое, все — таки, отношение имеют свадьбы к скорости нашего передвижения?

— В сезон свадеб активность планетарных процессов самая низкая. Вернее, это свадьбы играют в то время, когда природа спокойна.

— Ага, вот теперь понял!

— Мне в любом случае надо на местную природу настроиться перед общением с аборигенами. Даже если бы прилетели, то я бы перед походом в саму деревню сначала по ее окрестностям в лесу побродил бы часа три — четыре. Так что я, пожалуй, потопаю пешочком, — сказал Дмитрий и стал проверять ранец и остальное походное снаряжение.

— А как ты деревню то найдешь? — почти одновременно спросили Александр и Катя.

— Я попрошу Паганеля поярче вспомнить виды сверху во время его предыдущих полетов в эту деревню, а также вид самой деревни и ее окрестностей. А потом стану подсоединяться к сознаниям местных птиц. Или, на худой конец, использую трансформацию, — ответил Дмитрий и добавил, обращаясь уже к этнографу. — Ты как, сможешь вспомнить?

— Думаю, да, — я же много раз туда летал, — ответил Паганель. — Причем маршрут всегда был один-тот же, который у нас был и сейчас внесен в программу бортового навигатора.

— Тогда начинай, старясь сделать образы поярче. И желательно в той последовательности, как они шли по мере приближения к деревне.

Паганель сел на землю рядом с флайером и закрыл глаза. Дмитрий сел рядом. Катя спросила у Дмитрия разрешения последить за тем, как он будет считывать образы и тоже опустилась рядом. Александр, хмыкнув, полез внутрь флайера, чтобы поверить исправность ремонтных роботов. А когда он вылез обратно в сопровождении трех активированных и, слава Богу, полностью работоспособных ремробов, напоминающих смесь краба и паука, то застал всех троих «эйдетиков» уже собирающими свои вещи.

— Э — э, я не понял, вы что, все трое собрались идти что ли? — удивленно произнес он.

— Вообще то мне ясно, как идти, — сказал Дмитрий, активируя систему подгонки снаряжения, которая размещала его наиболее эргономично с учетом физиологических особенностей строения тела каждого конкретного человека.

— Я не уверен, что все мои образы были достаточно точными, — сказал этнограф, также подгоняя свой походный комплект. — Да и местность здешнюю, и живность я знаю. Так что лучше уж буду проводником. Мне самому так спокойней будет. Да и вообще люблю я по здешним джунглям ходить. Разве с флайера ощутишь, как местные живут. А я этнограф, как никак.

— Ну а я с ними, — упрямо заявила девушка, что-то проверяя в своем ранце.

— Кать, тебе лучше остаться, — предложил Дмитрий. — Три дня все — таки.

— Нет, я с вами! А Саша, раз уж он ни в какие ритуалы не верит, пусть один здесь загорает! Может хоть флайер починит. Все какая-то польза будет.

— Не, вы, во — первых, очень добрые — конечно, чего там беспокоиться обо мне — я уж как — нибудь один в глухом лесу, с разбитым флаером, без энергии и связи легко продержусь. А во — вторых, очень глупые — зачем три дня тащиться пешком по потенциально опасной местности, когда можно подождать полтора — два часа, пока прибудет спасательная группа или пока я починю флайер.

— А ты уверен, что едва мы взлетим, не повториться атака «стрекозоидов» и что нас так быстро обнаружат? — фыркнула Катя.

— Уверен на все сто. Но даже если я ошибаюсь, на мой взгляд, этот риск меньше того, которому вы собираетесь себя подвергнуть, отправляясь пешком через джунгли этой планеты. К тому же роботы — ремонтники уцелели и поломка, в принципе, не очень серьезная. Просто пара этих тварей повредила обмотку внешнего контура в двигателе. Ремробы это устранят часа за два, а наногель за это же время зарастит все дыры, полученные как от этих стрекозоидов, так и при посадке. Заодно за это время и энергонакопители подзарядятся. И сможем лететь. Да и спасатели к этому времени уже, глядишь, прибудут. И что я им скажу?