Питер Гамильтон - Звезда Пандоры

— Спасибо, — ответил Уилсон.

Под руку с Анной он стал подниматься по широким ступеням. Ради торжественного случая Анна надела длинное вечернее платье цвета морской волны и несимметричное золотое колье с жемчугом, которое словно сливалось с ее сияющими ОС-татуировками. Перед экспедицией она коротко остригла волосы, но стилист умудрился вплести в них несколько длинных прядей, осыпанных платиновыми и фосфоресцирующими блестками. Уилсон никогда еще не видел ее такой элегантной. На работе она обычно носила строгий костюм, а в его квартире необходимости в одежде и вовсе не было. Ее сегодняшний вид, подчеркнутый ароматом духов, будил в нем непреодолимое желание. Уилсону хотелось сорвать с нее одежду и заняться любовью прямо на холодных плитах дворцового пола. Горделивую походку Анны лишь слегка портила необходи­мость поддерживать свободной рукой подол платья, пока она поднималась по лестнице.

— Проклятая классическая архитектура! — едва слышно пробормотала она.

Они уже достигли верхней площадки, когда у подножия лестницы затормо­зил сияющий черный «Феррари Рион». Передняя дверца плавно поднялась, и из машины выбрался Оскар.

— Можно было сразу догадаться, кто приехал, — произнес Уилсон.

Он немного завидовал, глядя на эксклюзивную модель автомобиля. Учиты­вая свой нынешний возраст и положение, капитан считал себя выше подобных мелочей, но не переставал гадать, как бы он чувствовал себя за рулем «феррари» в режиме ручного управления. С точки зрения инженерной мысли этот автомо­биль был близок к совершенству.

Оскар приветливо помахал им рукой и взбежал по ступеням.

— Ты сегодня великолепно выглядишь, дорогая, — сказал он, целуя Анну в щеку.

— Спасибо, — улыбнулась она. — Ты тоже.

Оскар превосходно чувствовал себя в смокинге и ослепительно белом модном жилете с традиционной красной гвоздикой в петлице, тогда как Уилсон в подобной одежде ощущал себя скованно, словно школьник на выпускном вечере.

— Ну, девочки и мальчики, может, войдем? — предложил Уилсон.

За дверями им открылся пышный классический интерьер, изобиловавший портретами в золоченых рамах, а также крученой бронзой и нефритом модернистской скульптуры. Председатель парламента Джильда Принцесс Марден приветствовала Уилсона крепким рукопожатием политика и поцеловала воздух рядом со щекой Анны. Уилсон выразил сочувствие по поводу поражения национальной футбольной команды, на что председатель парламента ответила пышной благодарностью и посвятила его в детали, спортивной и личной жизни главного бомбардира.

— Отлично, — прошептала Анна, когда они отошли. — Еще пять часов легкой болтовни, и можно будет уходить.

Высокие двери зала Ливингстона разошлись, открыв гостям выход на широкий балкон. Английский парк дворца освещался горящими факелами, жел­тыми и зелеными фонарями, а также диковинными фруктами, свисавшими с ветвей деревьев. По саду уже гуляли десятки гостей, одетые в яркие костюмы, соответствующие теплому летнему вечеру. Над горизонтом постепенно таяли последние золотистые лучи заходящего солнца. Известные личности Содруже­ства и богатые аристократы смешались с представителями местного высшего общества, а репортеры политических и новостных каналов держались от них на почтительном расстоянии. На небольшом возвышении перед фонтаном в виде сферы Генри By заиграл оркестр.

Все трое взяли предложенные подошедшим официантом напитки. Уилсон заметил среди гостей и других членов экипажа. Все они были окружены небольшими группами, и все, как и сам Уилсон, чувствовали себя не в своей тарелке. У молодых участников миссии имелось свое мнение о том, как можно провести последний вечер перед вылетом. Сам Уилсон предпочел бы менее официальное мероприятие.

— Вижу, наш прославленный навигатор тоже здесь, — заметила Анна.

Оскар с Уилсоном обернулись и увидели Дадли Боуза, стоявшего под красновато-желтым кленом. Он вернулся с Августы после частичного омоложения, сбросив примерно лет пятнадцать. Но его тело еще не успело прийти в соответствие с новым клеточным возрастом: на шее висели складки кожи, черные пряди на голове чередовались с седыми, а выступавший животик явственно нависал над поясом брюк. Он рассказывал какую-то старую историю внимательным аншанским слушателям, и стоящая рядом жена громко смеялась, слов­но никогда ее не слышала.

— Напомните мне, какого черта он летит с нами, — проворчал Оскар.

— Это величайший эксперт Содружества в том, что касается Пары Дайсо­на, — с притворной серьезностью ответила Анна.

— А! Я знал, что какая-то причина должна быть.

Уилсон изо всех сил старался не хмуриться. Уже не в первый раз он упрекал себя за то, что уступил политическому давлению. Боуз не прошел и половины тестов, требуемых от других членов экипажа, не говоря уж об участии в каких-нибудь эффективных тренировках. Брать на борт этого астронома означало накликать беду на всю миссию, но отказ возмутил бы общественное мнение.

Он заметил, что Найджел Шелдон беседует с вице-президентом и другими членами Совета Защиты Содружества, и стал пробираться к их небольшой группе. Подойдя ближе, в молодой женщине, стоявшей рядом с Шелдоном, обнимающим ее за плечи, он узнал Ту Ли, офицера гиперпространства. В черном платье, туго обтягивающем ее стройную фигурку, и с коротко подстриженными черными волосами она выглядела сексуальным бесенком.

— Капитан! — приветственно улыбнулся Найджел. — Насколько мне из­вестно, вы знакомы с Элейн.

Уилсон вежливо кивнул вице-президенту. «Фарндейл инжиниринг» при­няла решение финансировать ее предвыборную кампанию, и Элейн Дой знала об этом.

— Какие-то непредвиденные проблемы? — спросил Найджел.

— Нет. Все идет исключительно гладко.

— В последнем тестовом полете мы достигли скорости в четверть светового года в час, — сказала Ту Ли. — Этого мы и добивались, так что завтра готовы лететь.

— Ты все знаешь, — усмехнулся Найджел, явно гордясь своей спутницей.

— Перестань.

Девушка сердито отвернулась.

— Ту Ли приходится мне прапраправнучкой, — сказал Уилсону Найджел. — Четыре поколения, рожденные естественным путем, — это самая прочная се­мейная связь. Кто может обвинять меня в том, что я ею горжусь?

Уилсон не помнил, чтобы этот факт был упомянут в личном деле Ту Ли.

— Надеюсь, вы не против, — сказала Ту Ли, пристально глядя в глаза Уилсону. — Я никогда никому об этом не говорила, поскольку хотела попасть в экипаж самостоятельно.

— И вам это удалось, — ответил Уилсон.

Внезапно он задумался, почему никто из его семейства не участвовал в квалификационных отборах.