Джек Вэнс - Планета риска

Рейт отправился на кухню и взял там большой кусок черной колбасы, с которым вышел к двери. Карина 4269 висела уже низко над горизонтом. Она заполняла солончаковую равнину светом, похожим на цвет свежего пива, и каждый кустик травы отбрасывал за собой длинную тень.

Две черные фигуры, которые в последнее время почти постоянно появлялись при заходе солнца, нигде видны не были.

Панорама определенным образом подчеркивала печальную красоту. На севере город Сивиш, разваливающиеся стены которого были подкрашены косым светом в коричневатые оттенки. На западе, за Аизанским проливом, высились остроконечные башни города дирдиров Хея, доминантой которого был Стеклянный Дом.

Рейт присоединился к Трезу и Анахо. Они вдвоем сидели на скамейке и бросали камешки в небольшой пруд. У немногословного Треза были резкие черты лица, он был крепкого сложения. Анахо — тонкий, словно угорь, и на полметра выше Рейта; лицо его имело продолговатые и нежные черты, и, в отличие от Треза, он был весьма болтлив. Трезу не нравились манеры Анахо, а Анахо считал Треза грубым и несамокритичным. Иногда, правда, их мнения совпадали — как, например, сейчас относительно Аилы Вудивера.

Рейт же, в свою очередь, больше опасался действий со стороны дирдиров. Со своих башен они могли прямо через дверь сарая наблюдать за тем, что там происходит. Медлительность и инертность дирдиров казались такими же неестественными, как и улыбка Вудивера, и объяснялись, по мнению Рейта, ужасными тайными замыслами.

— Почему они ничего не предпринимают? — недоумевал Рейт, впиваясь зубами в черную колбасу. — Ведь должны же они знать, что мы находимся здесь.

— Поведение дирдиров предсказать совершенно невозможно, — ответил ему Анахо. — Они потеряли к тебе всякий интерес. Люди значат для них не больше паразитических насекомых. Они с большим удовольствием предпочли бы повыгонять пнумов из их пещер. Я думаю, что ты больше не являешься целью тсау'гш.

Но Рейт еще не мог полностью почувствовать себя в безопасности.

— А фанги или пнумы? Кем могут оказаться те, что постоянно за нами наблюдают? Ведь они здесь наверняка не для своего личного удовольствия?

Он имел в виду две черные фигуры, в последнее время постоянно появлявшиеся на солончаковой равнине. Каждый день они стояли, повернувшись спиной к заходящему солнцу, — большие фигуры в черных плащах и широкополых черных шляпах.

— Фанги ходят поодиночке. Это не фанги, — заявил Трез. — А пнумы днем никогда не показываются.

— Тем более, так близко от Хея. Они боятся дирдиров, — дополнил Анахо. — Так что, это пнумеки, а еще вероятнее, гжиндры[7].

Когда эти двое появились у сарая в первый раз, они таращились на склад до тех пор, пока Карина 4269 не закатилась за холмы. Затем они исчезли в темноте. Казалось, что их интерес являлся чем-то большим, чем простое любопытство. Эта слежка обеспокоила Рейта, но он не знал, что в данной ситуации против этого можно было предпринять.

Следующий день был туманным с моросящим дождем. Солончаковая равнина оставалась пустой. Но другой день снова был солнечный. И когда солнце начало садиться за холмы, а вместе с этим приближалось время появления тех двух наблюдателей, Рейта охватило тревожное чувство. Наблюдение предвещало неприятные события. На Чае это был повсеместно признанный жизненный принцип. Карина 4269 низко висела над горизонтом.

— Если они сегодня придут, — сказал Анахо, — то наступило самое время.

Рейт осмотрел равнину в свой сканоскоп.

— Ничего не видно. Только трава да болотный кустарник. Не видно даже ящерицы.

Трез показал за спину:

— Они там.

— Хм-м, — произнес Рейт. — Я посмотрел только в одном направлении.

Он крепче установил сканоскоп, пока дрожь в его руках не прекратилась, и фигуры не перестали дергаться и прыгать. Лица, освещаемые со спины, различить было нельзя.

— У них есть руки, — сказал Рейт. — Это пнумеки.

Анахо взял прибор. Посмотрев в него, он заявил: — Это гжиндры — пнумеки, изгнанные из туннелей. Если кто-то хочет вести торговлю с пнумами, это необходимо делать через гжиндр. Сами пнумы никогда не торгуют.

— А почему они пришли сюда? Мы не собираемся иметь с пнумами никаких дел.

— Но они с нами... По крайней мере, создается такое впечатление.

— Может быть, они ждут Вудивера, — предположил Трез.

— Во время захода солнца и только во время захода солнца?

Трезу неожиданно пришла идея. Он отошел недалеко от склада и зашел за старую контору Вудивера — странное сооружение из кирпичей и щебня — и посмотрел назад, на склад. Он подал знак Рейту и Анахо, чтобы они подошли к нему.

— Взгляните на склад, — сказал Трез. — Сейчас вы увидите, кто ведет дела с гжиндрами.

Из черной деревянной стены появлялся и вспыхивал золотистый луч света.

— Здесь находится ниша Аилы Вудивера, — определил Трез.

— Жирная желтокожая лиса подает знаки! — гневно прошептал Анахо.

Рейт набрал в легкие воздуха и подавил в себе приступ ярости. Глупостью было ожидать от Вудивера чего-то другого, когда всю свою жизнь он провел в интригах и чувствовал себя в них, как рыба в воде. Он спокойно спросил Анахо:

— Ты можешь эти знаки прочитать?

— Да. Это обычная телеграфная азбука. Определенные... возмещение убытков... за... проделанную... работу... теперь... подходящее... время...

Мигающий свет исчез.

— Это было все.

— Он заметил нас через щель, — пробормотал Рейт.

— А, может, просто больше нет света, — предположил Трез, поскольку Карина 4269 уже скрылась за холмами. Посмотрев вдоль соляной равнины, Рейт обнаружил, что гжиндры так же таинственно исчезли, как и появились.

— Поговорим-ка мы лучше с Вудивером, — проговорил Рейт.

— Он будет говорить все, что угодно, но только не правду, — предсказал Анахо.

— Я знаю, — кивнул Рейт. — Но, может быть, он выдаст себя тем, о чем промолчит.

Они вошли в сарай. Вудивер, который снова принялся за свое рукоделие, покорно улыбнулся всем троим.

— Скоро уже наступит время ужина.

— Для тебя нет, — угрожающе произнес Рейт.

— Что? — воскликнул Вудивер. — Остаться без еды? Шутка зашла слишком далеко!

— Зачем ты посылал сигналы гжиндрам?

Ни малейшим движением лица Вудивер не выразил ни удивления, ни покаяния.

— Чисто деловые причины. Иногда я веду дела с жителями подземелий.

— Что за дела?

— То одно, то другое. Сегодня вечером, например, я извинился перед ними за то, что я не могу организовать им некоторые контакты. Вы завидуете моей доброй славе?

— Какие контакты ты не можешь им организовать?