Дэвид Вебер - Шторм из тени

«Маловероятно», ха, лучше скажи «никогда в жизни», детка, – кисло сказала она себе.

– Похоже, мне светит только вечерний челнок, – покорно сообщила она Пауло.

– Ну, мы же пока еще члены экипажа, – отметил он. – Я забронирую для тебя место в кафетерии.

– Ну и дела, спасибо. Твои великодушие и забота сокрушают меня

– Да я вообще – самый щедрый и умный парень, – сказал он ей с широкой ухмылкой, которую очень немного других людей когда-либо видели у него. – А теперь еще и прирожденный филантроп. Истинный образец. Гигант среди мужчин – а-уфф!.

Он прервался, поскольку летящий ботинок ударил его в живот. Хелен была чрезвычайно сильной молодой женщиной, благодаря и врожденным способностям, и строгому обучению, и потому запустила ботинок очень легко… для нее. Казалось маловероятным, что Пауло согласится с этим определением, и он резко осел.

– А еще очень тихий, как я вижу, – сладенько заметила Хелен, улыбнувшись ему, и выскочила из отделения..

* * *

– Энсин Зилвицкая к капитану,– сказала Хелен часовому морской пехоты перед каютой капитана Терехова спустя пять минут.

– Вас ожидают, мэм,– сказал ей капрал, и потянулся одной рукой нажать на кнопку доступа .

– Да, капрал Сандерс?– Хелен узнала голос главного стюарда Джоанны Агнелли, личного стюарда капитана Терехова.

– Миз Зилвицкая здесь,– сказал Сандерс.

– Спасибо.

Мгновение спустя люк открылся и Хелен вошла . . . затем в изумлении остановилась . В дневном салоне капитана присутствовало больше людей, чем она ожидала.

Сам Терехов сидел за столом, прихлебывая кофе из чашки . Этого, по крайней мере, она ожидала. Но в одном из удобных кресел, стоящих перед столом, сидела лейтенант Абигайль Хернс и также были трое других офицеров. Одним из них была коммандер Каплан, и Хелен была удивлена и рада видеть, насколько лучше Каплан выглядела, чем в последний раз, когда Хелен ее видела , но двое других были коммандер и капитан первого ранга, которых Хелен никогда в жизни раньше не видела, и она быстро сосредоточилась.

– Вы меня вызывали, Капитан?

– Вольно, Хелен,– сказал Терехов, затем улыбнулся и махнул чашкой кофе на стул рядом с лейтенантом Хернс . – И присаживайтесь,– добавил он.

– Спасибо, сэр.

Хелен подчинилась его приказу и села, надеясь, что выглядела менее озадаченной, чем она чувствовала, устраиваясь на указанном стуле. Она почувствовала присутствие за плечом и подняв голову увидела Агнелли, стоящую с чашкой и блюдцем в одной руке и кофейником в другой. Хелен едва ли привыкла сидеть, попивая кофе в компании астрономически высокого начальства вокруг, но она сознавала это лучше, чем отклонить предложение. . . которое, вероятно, означало, что это было неформальное собрание. Она взяла тарелку и держала чашку пока Агнелли её наполняла, а затем сделала глоток и кивнула в знак признательности, прежде чем обратить свое внимание обратно к Терехову.

– Я сознаю, что это несколько не по правилам,– затем сказал он , – только такова наша ситуация. Абигайль, я знаю, вы и Хелен обе хорошо знакомы с коммандером Каплан. Тем не менее, вы не можете быть в курсе, как я не был до-о,– он взглянул на дисплей времени на переборке, – пятидесяти семи минут назад, что она также является совершенно новым командиром КЕВ «Тристрам».

Глаза Хелен вцепились в маленькую, изящную блондинку с невероятно темным цветом кожи. Каплан в данный момент случайно глядела на нее, и коммандер улыбнулась очевидному удивлению Хелен. Плюс ее огорчало, если на то пошло – она отругала себя за то, что не заметила белого берета Капитана звездолета, заправленного под погон Каплан.

– Эти два других джентльмена,– продолжил Терехов , отвлекая ее внимание от Каплан, – капитан Фредерик Карлсон, командир КЕВ «Квентин Сент-Джеймс», и Коммандер Том Поуп … мой новый начальник штаба.

На этот раз обе брови Хелен в изумлении поднялись. «Гексапума» вернулась в домашнюю систему менее двух дней назад. На самом деле, она только три часа назад пристыковалась здесь, в доках «Гефеста». Капитан ещё даже не сходил с корабля, у него не было вообще возможности обнять свою жену! Положение просто не меняется так быстро и решительно – только не во Флоте!

Как правило нет, во всяком случае.

– Я уверен, вы оба уже знаете, что все значительно изменилось с тех пор, как мы впервые развернулись в Талботте,– сказал Терехов, почти как если бы он услышал ее мысли, и улыбнулся. – Весьма похоже, что в этом есть часть нашей вины, поскольку Адмиралтейство глубоко озабочено, так что они решили, что мы должны что-то с этим сделать.

– Очевидно,– продолжал он, – генеральные планы развёртывания Флота, мягко говоря, постоянно меняются. Отмена переговоров на высшем уровне с Хевеном и решение о возобновлении боевых действий сделает еще менее вероятным то, что Адмиралтейство в ближайшее время будет в состоянии освободить корабли стены для укрепления адмирала Хумало . Кроме того, фактически адмирал Блейн крепко привязан к Терминалу Рыси, откуда он, если потребуется, может спешно вернуться домой. Что придало дополнительного веса решению Адмиралтейства укрепить Талботт в первую очередь легкими единицами.

– В дополнение к кораблям вице-адмирала Золотой Пик уже есть дополнительные эскадры «Ник», находящиеся в процессе формирования. Адмирал Оверстейген является его командиром (назначен), и как только все ее подразделения присоединятся, она и он – будут переведены из Восьмого флота в Десятый флот. Кроме того, однако, Адмиралтейство уже подготовило к развертыванию в Талботте полную эскадру новых «Саганами-С» и одну из новых эскадр эсминцев класса «Роланд». «Тристрам»,– он кивнул Каплан, – является одним из «Роландов». И я, к своему немалому удивлению, являюсь вновь назначенным коммодором 94-й эскадры крейсеров . Коммандер Фитцджеральд возьмет на себя «Гексапуму», коммандер Поуп будет действовать в качестве моего начальника штаба, и капитан Карлсон будет моим флаг-капитаном.

Хелен взглянула на лейтенанта Хернс, которая казалась замечательно невозмутимой, учитывая то, как застигнутая-в-врасплох Хелен чувствовала, как объяснение Капитана – нет, Коммодора – прокручивается в ней. Она надеялась, что выглядела так, словно была, по крайней мере, способной идти в ногу с ним, невзирая на то, что утратила понимание, как он мог так спокойно рассуждать обо всем этом. Выглядело так, будто подобное случалось с ним каждый день!

– Уверен, вы обе задаётесь вопросом, почему я вытащил пару таких сравнительно молодых офицеров, чтобы объяснить все это для них. Ну, у меня есть причина. Точнее, две.