Игорь Ревва - НАЁМНИК
Тенчен-Син, представитель расы с Кассилиа-III, которая вызывала не очень хорошие чувства у всех остальных рас. Шестипалые, покрытые тёмно-зелёной чешуйчатой кожей, с тёмно-красными глазами... Ящерицы ― так их называли люди. Но нелюбовь к кассилианам проистекала не из их внешности. Или не только из внешности ― кассилиане вели себя с пренебрежительно-высокомерной наглостью по отношению к остальным окружающим, это было у них в крови. Любой, не принадлежавший к их расе, был ими презираем. Они считали, что оказывают снисхождение людям уже тем, что не убивают каждого встречного. Дипломатические контакты с Кассилиа-III удалось наладить с большим трудом. А уж вопрос вхождения этой планеты в Межзвёздную Империю Людей вообще никогда всерьёз не рассматривался. Кассилиане, разумеется, были не против того, чтобы присоединиться к Империи, но условия, выдвигаемые ими (они согласны были терпеть людей только в качестве рабов), не устраивали уже противоположную сторону. Даже Большая Война, во время которой кассилиане дважды оказывались перед угрозой полного уничтожения Каилишской Ассоциацией, не смогла заставить их пересмотреть свою позицию.
Тенчен-Син был превосходными бойцом, как и любой другой кассилианин. Но в отличие от своих соотечественников, он умел хорошо обращаться с автоматическим оружием, а не только с копьём или ножом. В совокупности с ненормально-быстрой даже для кассилиан реакцией, это делало его опасным противником. Кроме того, Тенчен-Син был и превосходным пилотом, что вообще невообразимо для кассилианина. У любой другой расы подобные таланты могли вызвать только зависть или почтение, но у себя на планете Тенчен-Син был изгоем, хотя и принадлежал к клану Синов ― самому могущественному клану планеты. Дело в том, что Тенчен-Син был результатом генетического эксперимента, гены его зародыша подвергались направленным изменениям, что и отразилось и на его психологии, и на манере его поведения. В нём было больше человеческого, чем кассилианского. И соотечественники его это хорошо чувствовали. Да и люди ― тоже. Недаром же Тенчен-Син был завален предложениями работы именно от людей, хотя хорошие телохранители нужны были всем и всегда.
Александр Рогов. Отличный боец, сильный, выносливый. Из всей группы лишь он один (не считая самого Кирка) сумел выдержать ужасы второй зоны Лабиринта Анкора: когда все уже задрали лапки кверху, задавленные непонятным и неизвестным излучением зоны, Рогов с ван Детчером ухитрились вдвоём вытащить всю группу в безопасное место. Кирк это хорошо помнил. Как помнил и то, что раньше Рогов не ладил с Тас-Кса-Сит. Впрочем, ничего удивительного в этом не было. По Имперским законам у Рогова не было никаких прав, потому что он не являлся человеком ― клон. Таких никогда не любили в Империи. Их могли терпеть ― в качестве охранника или в качестве пушечного мяса, используемого в боевых операциях. Но отношение к клонам всегда было презрительным. А донор Рогова когда-то имел весьма неприятный инцидент с Тас-Кса-Сит. Волей случая Рогов оказался с ксионийкой в группе Кирка, на Анкоре-II. Ему удалось смириться с этим по одной простой причине ― у него никогда не было друзей и неприязнь ксионийки не явилась для него чем-то необычным. Хотя, подумал Кирк, тут я не совсем прав. Есть у Рогова один друг ― Партиони.
Мигель Партиони ― прирождённый актёр, неплохой боец и любитель роскошной жизни. Шесть лет назад именно он поставил Кирка ван Детчера перед ситуаций, когда у того не оказалось выбора. И Кирку пришлось выполнять работу Аллана Дитриха, у которого в то время служили и Партиони, и все остальные члены группы. Но несмотря на это сам Мигель Кирку нравился ― не трус, но и без безрассудства, самостоятельно в петлю голову не сунет, но и любой приказ выполнит. В последнее время, насколько было известно Кирку, Партиони вёл достаточно роскошный образ жизни. Денег, полученных в своё время от Дитриха, на подобную жизнь хватить не могло. Но Партиони занялся игорным бизнесом, и доходы от него позволяли роскошествовать и дальше. Единственное, что могло угрожать Мигелю Партиони ― любовь к дорогой и зачастую весьма экзотической еде. Кирк с сомнением посмотрел на Партиони и подумал, что это сейчас, после воскрешения, он выглядит таким крепким и подтянутым. А ведь у себя там, до смерти, он наверняка уже порядочно раздобрел. Но айттер воспроизводит воскрешаемого именно в таком виде, в каком с него была снята матрица. И Кирк с усмешкой заметил, что Партиони нервно поглаживает свою обритую голову ― наверняка он не рассчитывал, что ему опять придётся так неожиданно расстаться со своей шикарной шевелюрой.
Патрик Мелони. Боец? Нет, вообще не боец. Ни разу ни никакой. В настоящей схватке ему не выстоять и минуты. Но у Патрика были другие преимущества перед остальными членами группы: он очень хорошо разбирался в технике, в электронике, легко мог взломать пароль любого электронного замка... Интересно, подумал Кирк, а чем вообще занимался Патрик? В смысле ― до того, как я всех их тут «собрал»... То, что он неравнодушен к женщинам, и то, что он в них совершенно не разбирается ― это я знаю. Что-то он говорил о своей компании, что-то связанное с электроникой... Не просто же так он интересовался этим моим инфокристаллом, который я вытащил из Лабиринта. Что-то ему там было нужно, раз он так умолял меня позволить ему сделать копию. Хорошо, что я ему отказал. Мелони такого бы наворотил ― неизвестно, чем бы дело кончилось. На Парисе, вон, тоже пытались что-то изучать, и вот к чему привело... Однако именно от Мелони на Парисе и будет больше пользы, чем от остальных. Остальные ― так, боевая группа. А вот разобраться в том, что же происходило в лабораториях ― это сумеет только Патрик.
Кто ещё остался? Тас-Кса-Сит? Да, она. Жительница второй планеты Ксиона, представительница расы, чьими предками были кошки. Расы, которая во времена Большой Войны едва не погубила Межзвёздную Империю Людей. Расы, во всём полагавшейся именно на женщин ― быстрых, ловких, беспощадных к врагам, могущих в одиночку под покровом темноты вырезать роту десантников. И если бы Император не догадался заключить с ними союз, неизвестно ещё, чьей бы победой завершилась Большая Война.
Тас-Кса-Сит очень хорошо показала себя в Лабиринте Анкора. Но тогда она была гораздо моложе, с сомнением подумал Кирк. Сколько ей сейчас? Двадцать три? Двадцать четыре? По понятиям Ксиона-II ― старушка уже, такой бы дома сидеть, а не шляться по другим планетам с боевыми группами. Хотя... У себя на Ксионе она ведь ни одного турнира по ксиболдингу не пропускает. Знаю я, что такое ксиболдинг, сам участвовал. Потом, правда, лечиться пришлось долго ― пять десятков швов, пересадка кожи... Страшная это вещь ― стальная перчатка, каждый из пальцев которой представляет собой отточенное стальное лезвие. Этот спорт не для слабаков. И не для таких старушек, как наша кошечка... Но Тас-Кса-Сит несколько раз умирала (кстати, именно на турнирах-то её и убивали), а айттер, что ни говори, омолаживает, сбрасывает со счетов прожитые года. Так что ей сейчас никак не больше восемнадцати биологических лет ― самый боевой возраст для ксионийки. А вот с психикой... ну, ладно, надеюсь, что и чувствует она себя не на два с половиной десятка. К тому же, Тас-Кса-Сит всегда была очень хорошим бойцом, ничуть не хуже (а может быть, кое в чём даже и лучше), чем Тенчен-Син. И спокойная она... обычно. Просто сейчас чего-то разбушевалась. Впрочем, понятно ― почему. Очевидно, нанятые мной убийцы воспользовались далеко не самым приятным способом, чтобы отправить ксионийку на тот свет... то есть, ко мне, на «Анкор».