Анна Назаренко - Тень нестабильности
...и в то же время - полное отсутствие выбора. Наивное желание маленькой девочки -выделиться из числа сверстниц и заслужить одобрение отца - предопределило судьбу взрослой женщины. Начав обучение, она уже не могла остановиться на достигнутом. Да и не позволили бы ей это сделать: отец всегда придавал большое значение своему наследию - частью которого она являлась.
Еще совсем недавно Исанн все устраивало. Но сейчас...
За спиной послышались тяжелые шаги. Крепкие руки обхватили девушку за плечи, сжимая их почти до боли.
- Ты совсем глупая? - осуждающе прошептал Сельвин, прижимая ее к себе. - Стоишь на холоде почти голая. Простудиться решила?
...но сейчас у нее есть этот дикарь. И как без него жить дальше, Исанн уже не представляла.
- Ты прав, Райт. Я совсем глупая, - она обезоруживающе улыбнулась, оборачиваясь к нему. - Я думала, ты спишь.
"Скажи мне кто раньше, что все так обернется, я бы долго смеялась".
- Спал. А потом понял, что рядом кое-кого не хватает, - он усмехнулся и потянул ее за собой. - Пойдем. Буду тебя горячим чаем отпаивать, дурочка.
С готовностью кивнув, девушка последовала за ним. Сельвин так и не разжал объятий, а Исанн не собиралась отстраняться.
Все правильно. Звания не помогут ей в трудную минуту, а ордена и медали не согреют ночью. Променять на них единственного человека, которому она по-настоящему дорога... какой же невообразимой глупостью это теперь казалось.
Бросив взгляд на изможденное лицо Сельвина, девушка нахмурилась:
"Но прежде я должна спасти его от самого себя. Уничтожить то, что между нами стоит... в том числе и его собственные убеждения".
С помощью гипноза и комбинации наркотиков можно заставить солдата забыть о пережитом плену. Приложив чуть больше усилий, можно заставить его добровольно застрелить товарища и лучшего друга - привив, скажем, воспоминания о страшном предательстве и воздействуя на некоторые эмоциональные центры. Блокирование участков памяти, вживление чужеродной информации на подсознательном уровне - старые игрушки Разведки, хотя весь их потенциал еще только предстоит раскрыть.
Исанн нужно лишь освежить свои познания в этом вопросе и посмотреть, что можно сделать в полевых условиях. Быть может, она сумеет заставить благородного принца забыть о придуманном долге перед его жалкой родиной.
* * *
Казалось, Сельвин только сомкнул глаза - и проснулся, разбуженный первыми лучами рассвета. Он с трудом повернул голову, морщась от боли в затекшей шее. Циферблат антикварных часов показывал почти пять утра.
"Пора ехать".
Принц быстрым, слитным движением поднялся с постели. Тело протестующе ныло, а в ушах стоял противный звон, но он давно уже отвык давать себе хоть какие-то поблажки. Совет был назначен на семь часов утра, так что тянуть с отбытием не следовало.
Привести себя в порядок после сна, немного размять мышцы и одеться - на все это ушло не больше пяти минут.
Со стороны кровати послышался тихий шорох: Сиена беспокойно заворочалась, кутаясь в одеяло, и потянулась к пустующему месту рядом с собой. Длинные ногти слегка царапнули еще теплую подушку.
Сердце кольнуло - остро и мучительно-сладостно. Сельвин подошел ближе и ласково провел ладонью по щеке девушки; отбросил назад упавшие на лицо пряди - угольно-черные на алебастровой коже.
Его женщина. Его любимая. Единственная простая, человеческая радость в его жизни.
- Я вернусь к тебе. Обязательно вернусь, - прошептал он, целуя ее в лоб - легко, чтобы не разбудить.
Слова прозвучали с горечью, удивившей его самого. Словно прощание.
Он мог не вернуться. У него было чертовски много шансов никогда больше не увидеть ее.
Но он вернется. Потому что иначе и быть не может.
Сельвин развернулся и вышел из комнаты, ни разу не оглянувшись назад.
* * *
Уверенный, властный голос Сельвина Вельна раздражал. Отвлекал от собственных размышлений, приковывая внимание Ридена к ничего не значащим для него словам.
Ему не было никакого дела до атаки на губернаторский дворец, которую повстанцы планировали на следующий день. Куда больше его занимали последствия...
...хотя план и впрямь был не так уж и плох. Завтра на площади перед дворцом планировалась ярмарка в честь какого-то местного праздника - подачка аборигенам и, наверное, самое неуместное во время гражданской войны мероприятие. Повстанцы, раздобыв по своим каналам необходимые разрешения, вроде как намеревались пригнать три грузовика - якобы со всяческой сельхозпродукцией. На деле же один из них будет доверху набит взрывчаткой, а два других - вооруженными до зубов террористами. Вельн еще упоминал что-то о диверсантах, замаскированных под простых гуляк, о своих людях внутри дворца, о снайперах, которые будут расставлены на нужных позициях...
Риден поморщился. В голове будто тикали часы - назойливо так тикали, крайне раздражающе. Отсчитывали время, которое ему осталось жить.
А значит, к хаттам детальную проработку побега. Сойдут и те наброски, что у него имелись.
- Также мы организуем ложную атаку на космопорт - с опережением в полчаса. Это отвлечет имперцев на какое-то время, - продолжал вещать принц, обводя присутствующих тяжелым взглядом. - По всему городу будут спровоцированы массовые протесты; особенное внимание планируется уделить митингу у мэрии и забастовке рабочих на оборонном заводе. Само собой, большинство протестующих будет вооружено.
Риден ухмыльнулся уголком губ: и не переводятся ведь идиоты, чтобы в этих массовых беспорядках участвовать! Бывшего разведчика всегда поражала глупость населения: будто бы от того, что они поорут на баррикадах, зарежут энное количество полицейских и покрушат собственные города, их жизнь непременно превратится в рай земной.
"К слову, об идиотах. Пора бы уже привлечь внимание его высочества".
- Я не так хорош в вопросах военной тактики и стратегии, чтобы высказывать свое мнение по поводу предстоящей атаки, - по его губам скользнула тонкая улыбка. - Но мне бы хотелось обратить ваше внимание на другую значимую проблему, господа. Также требующую неотложного решения.
- Я вас слушаю, Карл, - невозмутимо кивнул Альберт Вельн.
Принц смерил Ридена мрачным, подозрительным взглядом - слишком долгим, чтобы означать простое выражение неприязни. Вполне возможно, прямо сейчас он обдумывал, как и когда убьет намозолившего глаза имперца.
"В очередь, ваше высочество. В очередь".
- Я говорю о человеке, повинном во множестве бед восстания. Хитром, умном и жестоком человеке. Полковнике Халиде Мейере, главе местного ИСБ.
- Его время придет совсем скоро, - пренебрежительно фыркнул Сельвин Вельн. - Как и всех имперских прихвостней.