Геннадий Иевлев - ПОТУХШИЕ ЗВЁЗДЫ

— Но ведь Дин Лоран должен знать?

Дуатороут снова покрутил головой.

— Когда корабль землян вошел в пространство Дрейв, на нем уже не было землян, корабль шел сам.

— А откуда же тогда взялся Дин Лоран?

— Если ты помнишь, в последнем сеансе связи "Звездной стрелы" с Землей капитан говорил, что звездолеты вошли в какой-то пространственный континуум: я подозреваю, что он пересек один из потоков харранов. Корабль начало метать по сторонам, корпус угрожающе затрещал и одна из внутренних, охлаждающих генераторы, криогенных установок не выдержала и треснула, над экипажем нависла угроза смерти. Дин Лоран и с ним еще пять человек направились ликвидировать аварию. Но произошел мощный выброс жидкого азота и, как Дин Лоран, я дальше ничего не знаю. Дальше могу рассказывать, уже как Дуатороут.

— А где вестинианский звездолет?

— Не знаю. — Дуатороут покрутил головой. — Мы шли на большом удалении друг от друга и что стало с ним, даже не представляю. Когда корабль землян вошел в пространство Дрейв, мы, просканировав его информационные поля, узнали откуда он и сразу же начали готовить ядра к трансформации в тела землян — мы даже и не могли представить себе, что рендеры уже полностью контролируют информационные поля корабля. Видимо они спрятались в одном из информационных каналов и закрыли его так, что мы ничего и не почувствовали. Мы полностью открыли свои информационные потоки, сняли с них защиту, и тут появились они — рендеры. Они мгновенно вторглись на наши информационные поля и начали опустошать их. Когда мы, наконец, поняли что происходит и закрыли каналы, часть полей уже оказалась пустыми и многие дрейвы умерли. К тому же рендеры оказались внутри защищенного потока и завладели одним нашим информационным каналом. Они замкнули его реверс на себя и стали появляться на Дрейв и исчезать, когда это было им нужно, а скорее всего, когда это было нужно харранам. Иногда они исчезали на столь долго, что казалось ушли навсегда, но стоило нам начать устанавливать контроль над утраченным каналом, как они мгновенно оказывались на Дрейв и начинали новые попытки вторжения в наши информационные поля. И сейчас нам приходится расходовать немало сил и энергии, защищая их.

— А куда они уходят?

— Откуда и пришли — во внутренний мир, бесследно растворяясь в нем. Как мы поняли: они есть ничто иное, как виртуальные отображения внешнего мира харранов через энергетические поля внутреннего в нашем внешнем мире.

— Вы уверены, что рендеры — порождения харранов? Тогда выходит — харраны познали внутренний мир?

— Мы это не исключаем.

— Но это невозможно.

Дуатороут шумно и протяжно вздохнул.

— А звездолет они отдали вам за просто так?

— Они видимо посчитали, что звездолет уже сыграл свою роль и больше не проявляли к нему интереса. То, что хотели сделать мы против них, сделали они против нас. — Дуатороут натянуто улыбнулся. — В один из моментов, когда рендеры ушли, мы смогли организовать короткий реверсный канал к звездолету. Там мы нашли шестерых землян, которые находились в глубоком криогенном сне. Нам удалось прочесть остатки информации, еще хранившейся в их сознании, из которой мы узнали об их настоящей цели прихода в пространство Дрейв. Тела землян оживили и мы ввели ядра в их сознание. Так я оказался в сознании Дина Лорана. Мы оградили сознание землян защитными полями и организовали для их тел на звездолете приемлемые условия жизни. По реверсному каналу корабль был отправлен к Солнечной системе — мы еще на что-то надеялись. Но рендеры…

— Подожди. — Го Бар взялся руками за голову. — Я не могу осмыслить одного. Почему какие-то роботы оказались сильнее дрейвов? Почему вы до сих пор не завладели информацией, находящейся в их сознании и не узнали их истинной цели. Почему не вернули утраченный информационный канал?

— Мы не в состоянии пробить его защиту. Более того: пользуясь им, рендеры появляются в нашем пространстве когда хотят, скорее всего, когда того хотят харраны. — Дуатороут шумно вздохнул. — Рендера невозможно убить. Он бессмертен. Даже не так. — Дуатороут махнул рукой. — У него нет жизни, как таковой. Он просто переходит в другое энергетическое состояние, еще непознанное нами. Он ничто. — Дуатороут поднял плечи. — Что такое ветер в атмосфере Земли? Примерно тоже представляет рендер в нашем пространстве.

— Ветер, наделенный сознанием. — Го Бар хмыкнул. — Какой-то абсурд.

— Возможно. — Дуатороут глубоко и протяжно вздохнул.

— Но если этот ветер имеет сознание, то неужели невозможно им завладеть, разрушить его защиту? — Го Бар потряс руками перед собой. — Для нас ведь не существует невозможного.

— У них нет защиты, как и нет сознания. — Дуатороут развел руками.

— А что же тогда, черт возьми! — Го Бар неожиданно вскипел, в глубине сознания начиная понимать нелепость своего будущего существования, под постоянным контролем этих уродов.

— Мы пришли к выводу, что у рендера нет мышления, в его нашем понимании.

— Как нет?

— Мы только на пути к познанию их сознания. Оно имеет у них особое состояние, которое мы назвали виртуальным.

— Виртуальное сознание? Это чушь. — Го Бар покрутил головой.

— Мы все-таки придерживаемся этого мнения. — Дуатороут провел рукой по лбу. — Как я уже говорил — рендер, есть не что иное, как сгусток высококонцентрированной энергии внутреннего мира, на порядки превышающей концентрацию нашей энергии. Они просто концентрированные сгустки энергии внутреннего мира, запрограммированные для какой-то конкретной задачи. Энергия внутреннего мира концентрируется в сгусток, упорядочивается, что равнозначно получению им каких-то сознательных примитивов, в соответствии с требуемой задачей и выталкивается во внешний мир. Задача рендером выполнена и он, либо предоставляется самому себе, попросту бросается, либо вновь растворяется во внутреннем мире. Как видишь, они живут не своим сознанием, а командами, получаемыми по каким-то информационным каналам из внешнего мира, лишь на мгновение материализуясь среди нас, в чьих-то интересах. Все это указывает на то, что рендер есть ни что иное, как отображение некто в нашем мире посредством внутреннего мира, о котором мы имеем лишь отдаленное представление.

— Так что же они, фантомы, черт возьми? Неужели о них совершенно невозможно ничего узнать?