Ринат Назипов - Невозвращенец (Дилогия)

— Тут не поспоришь. Когда думаешь возвращаться?

— Да прямо сейчас и полечу, тут пока делать нечего. Я вообще подумываю вернуться на Хоралу. Нейросети будут, подготовить пару-тройку медиков, пусть своим их ставят, а я команду обучу и опять в пиратский рейд подамся. Пока хадры учат Базы, технарь на верфи еще пару подобных фрегатов сварганит, жаль конечно, что гипердвигателей нет, так их пока и на связке утащить можно, один так точно. А в два-три корабля уже можно будет и с каким одиночным линкором потягаться, если ему конечно движки выбить, да орудия повредить. В общем шансы есть и шансы неплохие. Остается только решить вопросы с моими невольными пассажирами, разобраться с захваченными кораблями и скорее всего и на самом деле придется сделать шаг назад, сосредоточиться, как говорится.

Чем ближе я подлетал к крейсеру, тем сильнее нервничал, тем сильнее меня тянуло к Ольге. Хотелось немедленно ее увидеть, может даже и поговорить, но об этом я как-то не думал, увидеть, увидеть, увидеть… Права Ирина, никакого рационального объяснения моему поведению и моим желаниям нет, эта девушка как-то умудряется воздействовать на меня даже на огромном расстоянии. Раньше, на Земле, ее скорее всего назвали бы «ведьмой» и е ней выстроилась бы целая очередь из дорогих машин и расфуфыренных дамочек, а еще раньше просто сожгли бы на костре, или забили камнями и палками. А вот в Содружестве, она просто менталист, в одних государствах таких людей защищают и оберегают, считая, что это следующий этап развития разумных рас, в других, ненавидят и всеми силами стараются уничтожить, считая их мутантами и монстрами, а в третьих, просто не обращают внимания, считая, что у каждого разумного свои тараканы в голове и не стоит на это обращать никакого внимания. Честно говоря, я не знаю, в каком из этих типов государств я хотел бы жить, да мне по большому счету и все равно, никакими талантами в области экстрасенсорики я не обладаю.

Привычно заведя бот на полетную палубу крейсера, я уже практически ничего не соображая направился в секцию офицерских кают. Ольга с отцом занимают двухкомнатные апартаменты корабельного инженера, причем в каждую из комнат можно зайти через отдельный вход, в гостиную и одновременно кабинет через центральный вход, с палубы, а в спальню через запасной выход, ведущий непосредственно в технический сектор корабля, чтобы при необходимости инженеру не приходилось обходить добрую половину судна, если вдруг возникнет необходимость срочно прибыть в двигательный или реакторный отсек, или на полетную палубу. Ирина еще пыталась хохмить, спросив:

— Олег, ты что так и собираешься завалиться к девушке посреди ночи и прямо в скафандре? Хочешь ее на всю оставшуюся жизнь сделать заикой?

На несколько минут мой разум очистился от одержимости увидеть девушку, я кое-как стащил с себя скаф и даже нашел в себе силы забежать в душ, предназначенный для пилотов и техников с полетной палубы, после чего натянул на себя новый комбинезон и как носорог ринулся к каюте инженера.

ИскИн услужливо открыл герметичную дверь, она поднялась мягко и почти бесшумно. Мимолетно оглядев помещение в котором оказался, я довольно кивнул, нашему разговору с Ольгой никто не помешает, дверь ведущая в соседнюю комнату была закрыта. Да и в остальном все как обычно, вполне стандартная спальня офицера корабля. Широкая и, даже на вид, мягкая кровать, весь пол покрыт толстым, нежным ковром, в углу небольшой шкафчик с какой-то утварью. Изящный столик, на котором еле тлеет ночник, создавая загадочную и таинственную атмосферу, тихая игра теней превращает стандартную спальню в будуар восточной красавицы. Мой взгляд немного задержался на кровати, и даже истошный вопль Ирины о каких-то там преградах, гормональном взрыве и потере контроля уже никак на меня не могли повлиять.

На кровати я увидал ЕЕ! Обнаженная женская фигурка лежала, вытянувшись на белом покрывале ложа. Каштановые кудри рассыпались по обнаженным плечам, руки вытянуты вперед, как у пловца, собирающегося нырнуть в омут. Как можно было оставаться равнодушным к этому гибкому, сильному телу? Как устоять перед силой Эроса источавшейся таинственным очарованием женственности? Как можно оставаться безучастным, глядя на длинные стройные ноги, гибкий стан, на колыхание упругих грудей с розовыми вишенками сосков, на чарующую округлость ягодиц? Именно видения этого стройного молодого тела, этого строгого застывшего лица и преследовали меня два последних дня. А запах этого тела, кажется высеченного из холодного мрамора гениальным скульптором, просто пьянит.

Уже абсолютно не отдавая себе отчета, я стянул комбинезон и прилег рядом, нежно притянув к себе легкое, почти невесомое тело. Ольга всхлипнула и неожиданно прижалась ко мне всем своим телом, сонная, не понимающая кто и зачем оказался в ее постели. Слегка покачивая девушку, как будто ищущего утешения ребенка, я начал покрывать, почти невесомыми поцелуями ее изящную спинку, длинную шею, слегка покусывать мочки ушей. Постепенно мои руки, будто живя своей отдельной от тела жизнью, начали скрупулезное и доскональное исследование столь желанного мною тела. Они опускались все ниже и ниже, а Ольга начала слегка постанывать, даже кажется пару рас всхлипнула, на губах появилась счастливая улыбка. Она была уже готова, трепещущая, влажная, с напряженным лобком, но я никак не решался перейти к самому важному, к самому приятному, ощущение, что я воспользуюсь сонным состоянием девушки, по сути, просто изнасилую ее, не дает мне продолжить.

— Ты все же пришел. Не останавливайся, продолжай. Мне очень приятно, и я хочу продолжения. — не открывая глаз вдруг тихо прошептала Ольга.

Я не мог заставить это воздушное создание просить меня дважды. «Красавица и чудовище», — подумал я, нежно раздвигая стройные ноги девушки. Ольга прекрасно знала, чье тело содрогнулось рядом в согласном усилии с ее плотью. Потом — долгий блаженный вздох, счастливая улыбка на губах и ладонь, скользнувшая по моей щеке жестом ласки. Да, рядом со мной была женщина, настоящая женщина, пылкая и страстная, нежная и стеснительная, умная и немного наивная, но безумно истосковавшаяся по ласке и любви.

— Зачем ты это сделала?

— Сделала, Что?

— Зачем ты так громко и настойчиво звала меня?

— Не знаю. Еще там, на полетной палубе, когда твои дроиды вывели нас с отцом из бота, я почему-то подумала, что ты тот, кто мне нужен, что ты мой. Я знала это и боялась, боялась ошибиться, а потом боялась, что отец окажется прав и ты тут только для того, чтобы убить нас. А потом я решила рискнуть, и позвала, а ты услышал и пришел.

— А почему ты до сих пор не открываешь глаза? Ты и сейчас боишься?