Кевин Андерсон - Скрытая империя. Звездный лес

Пока челнок заходил на посадку, туристы влезали в индивидуальную защитную одежду. Антон натянул свой костюм, усиленно моргая после смутного сна. Когда все двенадцать посетителей были готовы к выходу, челнок сел на площадку сразу за главным куполом Маратхи Секонды.

– Все готовы? Мы достигли того, чего хотели, – Антон видел, что спутников одолела нерешительность, когда они поняли, что придется встретиться с настоящей темнотой самолично. Пустой, еще недостроенный город был так же огромен, как мегаполис Маратхи Примы, но стоял пока необитаемый и полный теней.

– За мной, друзья, не будем медлить! – бесстрашно улыбнулся Антон.

Он первым шагнул в открывшийся люк, и Вао’ш последовал за ним. Двенадцать дрожащих искателей приключений выбрались на железный пол посадочной платформы и уставились на сказочное будущее Маратхи.

Кликисские роботы уже заложили платформы для космопорта и установили главный городской купол. Струны мощных лучей пронизывали похожие на коробки здания и рассеивались веером бриллиантового свечения под величественным куполом. Безмолвные передающие башни тянулись к небу, к ледяным звездам.

Антон оглядывался вокруг, трепеща от восторга.

– На Приме все так ярко и ровно освещено, я не мог представить себе реальный масштаб города, – восклицал он. – Секонда станет фантастическим местом, когда строительство закончат.

Кое-кто из туристов отошел на несколько шагов от группы, как бы демонстрируя храбрость; те же, кто был послабее, жались друг к дружке.

– Черное небо угнетает, – сказал медик. – Звезды напоминают жала пуль, несущихся к нам.

– Побывать снаружи и в темноте – исключительный опыт, – неуверенно пробормотал Вао’ш.

– Сейчас – лучшее время для историй о привидениях, – убеждал илдиранского историка Антон. – Или в «Саге Семи Солнц» нет ничего подобного?

– Ох, боюсь, что есть, – сказал Хранитель памяти, радуясь поводу отвлечься и заняться привычными обязанностями. – Пойдемте, я буду рассказывать, пока мы идем к свету. – Остальные заторопились следом, хотя не слишком жаждали услышать страшную историю, но отстать было еще страшнее.

– На отдаленной планете Хелд, принадлежащей Империи, – начал Вао’ш, – группа поселенцев оказалась на мели, когда во время бури разбились аккумуляторы и силовые генераторы. Каждая ночь на Хелде длится почти неделю, но кромешная тьма, спустившаяся на планету тогда, казалась ее жителям намного, намного длиннее. Каждая секунда была смертным мучением. Плотные штормовые облака закрывали луну и звезды. Жители пытались зажечь костры, но у них было мало топлива. К тому же растения намокли и не желали гореть, колонисты не были готовы к такой беде, и вскоре их надежда иссякла. А ночь становилась темнее и темнее…

Вао’ш взглянул на принужденно слушающих илдиран, что с трудом тащились к огням Секонды. В защитном костюме историк не мог воспользоваться своими необычными мимическими приемами, потому как лицо было скрыто, но аудиторию ни к чему было расшевеливать. Все и так были на грани.

– Деревни, построенные вдоль побережья большого континента на Хелде, далеко отстояли одна от другой, а, поскольку были повреждены силовые системы, обреченный город не мог послать сообщение и объяснить, что повреждено.

Тем не менее, так как испуганные души поселенцев вопияли все ужаснее и пронзительнее, этот крик разносился всюду, по всей Империи, до самой Илдиры и Мудреца-Императора. Все громче и громче. А затем – тишина! Абсолютная тишина, как открытая, зияющая рана в тизме, – Вао’ш отошел, остановился в некотором отдалении и повернул сверкающие глаза к встревоженной аудитории.

– Команда смельчаков из второй деревни вооружилась факелами и блазерами и отправилась, чтобы спасти бедствующих соплеменников, – Хранитель памяти пошевелил пальцами, сильно удивив слушателей. – Но когда они прибыли, то нашли всех колонистов безжизненными, словно камни. Как будто всю кровь – до капли – вытянула из каждого ужасающая темнота, полностью отрезав несчастных от Светлого Источника. Очаги остыли, в городе не было видно ни единого проблеска света. Может быть, они умерли от страха… или их жизни выпили Шана Рей.

Антон хихикнул:

– Смотри-ка, ты создал свою собственную страшную историю. Что это за Шана Рей?

– Монстры, что живут вне света и процветают в тени, – ответил Вао’ш. – Создания, отлученные от Светлого Источника. Все боятся их.

– А, ты имеешь в виду призраков, – поскучнел Антон.

– Не могли бы мы просто посмотреть город и вернуться назад, в Приму? – прервал их диалог один из нервно дрожащих приключенцев. – У меня… еще много работы…

Антон скептически поднял брови:

– И это на курорте?

Они подошли к главному входу огромного недостроенного купола. Похожие на жуков черные машины ползали по высоким лесам, собирая толстые фермы, устанавливая плиты из прозрачных полимеров. Под ослепительным светом Антон увидел груды стройматериала, постоянные жилища и склады, незаконченные удивительные комплексы. Внутри купола стояли пустые дома и сооружения инфраструктуры рядом со зданиями ресторанов и производственными корпусами, ожидая заселения, как только дневной свет придет на эту сторону Маратхи.

Роботы-добровольцы, казалось, достигли великого успеха в осуществлении этого замысла. Звуки строительства были слышны сквозь шлем.

– Как вы убеждаете их так тщательно работать? – осведомился Антон. – Непохоже на то, что город будет в какой-то мере принадлежать этим роботам, когда они закончат.

– Ни один илдиранин не командует кликисскими роботами, Хранитель Антон, – ответил Вао’ш. – Мы не порабощаем их и не программируем. Они делают это по собственной воле.

– Я рад, что они собрали для нас блазеры, – добавил другой отдыхающий.

Туристы немного расслабились среди оживленной деятельности и яркого освещения главного купола, хотя густые тени от ферм и креплений раскинулись на земле, как паучьи сети.

Антон пошел вглубь города под куполом, слушая эхо строительного гула, наблюдая за многочисленными роботами. Он никогда не видел столько черных машин вместе.

– Кликисские роботы хорошо приспособлены для работы в темноте, – пояснил Вао’ш.

– И они уверенно делают свое дело, – кивнул изумленный Антон.

Королевская свадьба предполагалась еще более пышным зрелищем, чем коронация. Униженное поражением у Оскувеля человечество было жадным до роскошных, разгульных карнавалов. Граждане на время позабыли о своем негодовании на короля за принятие закона об ограничении рождаемости и собрались вместе, подбадривая друг друга и пытаясь хоть на время забыть об ужасной трагедии.