Марьяна Ярош - Крылья богов

Попытка разбудить Пламена привела к нешуточному конфликту с грозной орчанкой.

Резко дёрнув меня за руку, она встала между мной и сыном и свистящим шёпотом, тоном, не терпящим возражений, потребовала оставить бедного мальчика в покое.

— Не мешшшай мне женщшшина — это мой сссын! — попытался вразумить я неожиданную защитницу Пламена.

— Так ты отец этого мальчика? — в грудь мне упёрся толстый короткий палец, — и ты, поганец, позволил, чтоб твой ребёнок потерялся на чужой планете? Да что ж ты за отец? — похоже, она не отдавала отчёта в том, с кем разговаривает. Или не боялась меня, что было очень странно. Но вела она себя, как мать, защищающая своего детёныша. В глубине души я позавидовал её детям. Драгнаирские женщины занимаются только тем, что вынашивают и рожают детей, воспитанием их они почти не заморачиваются. А уж о любви к своим чадам не идёт и речи. Разве можно любить того, кого ты родила, получила за него деньги и передала в руки покупателя?

Между тем, орчанка продолжала:

— Или у тебя так много детей, что ты можешь ими разбрасываться по всем планетам? Что ж ты за отец такой? — теперь она махала руками перед моим носом, как будто взбесившаяся птица крыльями.

— Не лезссь, куда тебя не просссят, сссамка!

— Это кто — самка? Я что ли? Ах ты, поганец! Лучше б за ребёнком смотрел! Я тебе покажу сейчас самку! — и пулей выскочила из кладовки, едвы не сметя меня с пути.

Тишина стояла кромешная. Все остальные участники нашего спектакля молча следили за разворачивющимися событиями. С каменными лицами. Только Зоран позволил себе ехидную ухмылку. Да и то краешком губ.

Этот момент выбрал Пламен, чтобы проснуться.

— Отец? Что ты здесь делаешь? — меня поразил тон, которым были произнесены эти слова. В них проскользнули нотки сердечности, которые мой сын не позволял себе никогда. Вернее, абсолютно не был на такое способен.

— Тебя ищшшшу, щшшенок! Ты почшшему покинул корабль?

— Отец, я видел Великую мать! — благоговейно произнёс сын, — представляешь, она пришла на Айдору, чтобы со мной поговорить.

— Ты опять дышшшал этой дурью? Поссследние мозссги рассстерррял? — моё терпение подходило к концу. Мало было мне проблем с ним на Драгнайре, так теперь он позорит меня и в Айдоре.

— Ты не понял, отец! Я остаюсь на Айдоре! Нужно вырастить из твоих детей настоящих драконов!

Так сказала Великая мать! Твоя женщина может умереть при родах, поэтому я должен привести к ней доктора Лисисайю Эйхан. Я нашёл её дом и должен уговорить помочь. Великая мать потребовала с меня клятву Жизни, отец!

— Как это женщина можшшет умереть при родах, ты понимаешшшь хоть, о чём говоришшшь?

Пламен посмотрел вдруг на меня серъёзными глазами умудрённого жизнью существа.

— Улетайте, отец… Мы и так нарушили на Айдоре все мыслимые и немыслимые законы. Так что, по нам всем плачет трибунал Звёздного контроля… А я натворил больше всех… Но Великая мать дала мне шанс исправить содеянное мною зло. Видишь? — он выразительно показал на свои лохмотья. — Я оборачивался сегодня.

— Чшшто ты делал? — оборот в драконью ипостась был строжайше запрещён на всех иных планетах, кроме Драгнайра. Это было первое и основное правило, которому учили молодых драгнайров с рождения. — Ты понимаешшшь, что натворил?

Усталость навалилась на плечи, как каменная плита. Теперь сыну нельзя возвращаться на Драгнайр — его предадут суду, как нарушителя Устоев.

— Девочка, которую я соблазнил и опозорил, пыталась сброситься со скалы. Великая мать показала мне, где она находится. Я успел в последний момент. Она сказала, что это не нарушение Устоев, а дело чести. Улетайте, отец. Вам здесь больше нечего делать…

— Вот-вот, — раздался грозный рык орчанки, — улетайте отсюда, господа драконы, пока я вас не покалечила! Так кто тут у нас самка?

Недоумённо покосился в сторону и обомлел. Рядом стояла вооружённая до зубов женщина. В одной руке у неё была тяжёлая чугунная сковородка, в другой — что-то из поварского арсенала, но тоже большое и тяжёлое на вид. Весь её грозный вид вызывал, по большому счёту, смех, но спорить с ней было себе дороже.

— Ещё раз спрашиваю, кто у нас тут самка? — орчанка продолжала наступать на меня.

В этом месте ей пришлось на мгновение прерваться, так как раздался заливистый мелодичный смех. Смеялась Лисисайя.

— Массара, не пугай господ драгнайров…, сейчас они покинут наш дом. И мальчика своего заберут… Он нам здесь совершенно не нужен.

— Лиська, ты почто мешаешься? Я им тут покажу самку… Нашлись производители, в демонову бабушку… И мальчика им ихнего не отдам, испортят ребёнка, поганцы! — Массара разошлась не на шутку и попытка Лисисайи слегка охладить её боевой пыл, прошла впустую.

— Зссамолчшши жшшенщшшина! Твоё мнение здесссь никого не интересссует! — Вот теперь я разозлился! Сейчас она у меня получит! Но боевая повариха вдруг грохнула своим оружием по сковороде. Раздался такой грохот, что заложило уши.

— Ты, поганец, хочешь сказать, что это ты у нас — самец? Ты в зеркало на себя давно глядел, чучело космическое? — и ещё раз грохнула в свой импровизированный барабан.

Ну, всё! Пора эту старуху поставить на место! Будет она ещё меня учить, как себя вести! Прислуга должна знать своё место!

Но опять вмешался Пламен.

— Отец, вам, на самом деле, лучше улететь… Не усугубляй ситуацию… В чужой храм со своими богами не ходят… — На этом самом месте я попросту поперхнулся. Не мог мой сын сказать такого, никак не мог!

— Правильно, мой мальчик, гони их к демоновой бабушке, нам завтракать пора! Ходят тут всякие драконы, как у себя дома! — добавила неугомонная орка.

Вначале послышались редкие смешки, которые переросли в громовые раскаты смеха. Смеялись все: и лайна Эйхан, и мужчины, живущие в её доме, и Орой с Зораном Титроем, и сама орчанка, и даже Пламен. Смеялся вместе со всеми и я…

Напоследок хотел всё-таки отчитать распоясавшуюся прислугу. Но мне не позволили это сделать…

— Спасибо Вам, уважаемая, за урок, который вы преподнесли всем драгнайрам! — это вмешался Зоран, — и если Вам вдруг понадобится моя помощь — с удовольствием её окажу.

Повернулся к Лисисайе. Улыбнулся одними глазами.

— Приносим свои извинения… Как посол дружественной державы, обещаю возместить нанесённый вам моральный ущерб в любом эквиваленте. До встречи, лайна Эйхан. Горан Орой, у вас есть несколько минут для того, чтобы попрощаться со своей листани…, - и кивком приказал нам всем покинуть помещение.

В моей жизни, однозначно, началась чёрная полоса. Слишком много неразрешимых проблем и слишком много препятствий, о существовании которых я и не подозревал. Я жил, не задумываясь о причинах и следствиях происходящих событий, ибо они не задевали интересов моей семьи. Да и сами события, в свете произошедшего, были просто воскресными прогулками. Жизнь была слишком благосклонна ко мне. Либо боги Айдоры очень тщательно оберегали меня от потрясений.