Йэнна Кристиана - Эмигрант с Анзоры

– Надо брать, – зашуршало у меня за ухом. Я попытался ответить, но микрофон, оказывается, сбило. Пришлось прислонить лучевик к стене, перенастроить микрофон...

– Ланс, ты слышишь?

– Слышу, слышу, – ответил я, – жди.

Я был командиром нашей маленькой группы. Временным командиром. Рэйли и Чен замерли, затаившись за грузовиком, ожидая моей команды. Что ж, наверное, втроем мы справимся...

– Чен, – сказал я, – пошли Горма с миной. И двинемся.

– Есть, – отозвался Чен. Через минуту от грузовика, где прятались ребята, метнулась темная тень к зданию. Овчарка была нагружена миной – проникнуть в здание, сбросить взрывчатку, вернуться к хозяину, все это для обученной собаки не проблема. Попасть в нее куда труднее, чем в нас, да пока еще сообразят, что в собаку надо стрелять... Но и нам медлить нельзя.

– Чен, – сказал я, – вы двое берете на себя первый этаж, я иду наверх. Если мне понадобится помощь, я вызову Рэйли. Ясно?

– Ясно, – отозвались по очереди ребята.

– Вперед!

До здания еще надо было добежать. Мы стали потихоньку, от укрытия к укрытию, пробираться по улице. Прямо поперек тротуара лежал труп какого-то общинника, молодой совсем парень... Луч лег снова рядом со мной, и я бросился на землю, прикрывшись трупом. Вот так... все нормально... извини уж, брат. Хотя, может, это я тебя и убил.

Ничего, Таро вон тоже убивал лервенцев. И такое бывает.

Наконец овчарка выскочила из здания.

– Взрывай! – приказал я. Чен нажал дистанционный запал, здание полыхнуло и содрогнулось.

– Пошли! – мы выскочили и бегом помчались к «гнезду». Теперь общинникам не до нас, они там внутри здания разбираются. Никто не стрелял. Так мы ворвались в холл первого этажа. Мне попался какой-то Треугольный, я только серую форму увидел, выстрелил, не целясь, не глядя, побежал дальше, к лестнице. Чен с Рэйли остались разбираться на первом этаже. Я мельком увидел, что Горм уже вступил в драку с каким-то лервенцем, то отпрыгивая, то налетая на него, хватая зубами, пытаясь свалить – полицейскую овчарку не учат прыгать сразу на горло, что было бы гораздо эффективнее, а просто – завалить противника и ждать хозяина. Но и так неплохо... Я взбежал по лестнице. На втором этаже меня ждали двое. Я выхватил на бегу шен (скарж все-таки научил чему-то), и в несколько ударов все было кончено, ребята валялись в отключке. В коридоре что-то взорвалось, я машинально накинул шлем – и вовремя, это была газовая граната. Прозрачный дым валил мне навстречу, и в этом дыму возникли несколько фигур в противогазах.

Ничего, так даже проще... Мой шлем гораздо надежнее. Я быстро рассчитал движения и прыгнул вперед...

Мне удалось порвать шланги у троих, и теперь они молча загибались, кашляя. Четвертого я пристрелил, другого выхода не было. Все, ребята... Я побежал по коридору, открывая двери, заглядывая вовнутрь. Больше никого не было. Лишь в последней комнате я обнаружил нескольких женщин, совершенно перепуганных и без оружия. Я просто захлопнул дверь – пусть сидят, ничего не случится. Потом выпустим...

Теперь третий этаж. Как там ребята?

«Чен, как жизнь?»

«Нормально, справляемся. Помощь нужна?»

«Нет пока».

Я и предполагал, что на первом этаже работы будет больше.

С лестницы прямо на меня прыгнули, но я успел отскочить. Реакция нормальная. Выхватил шен, закрутил, спустил беднягу вниз по ступенькам... Вперед! Автоматная очередь заставила меня метнуться за угол. Да, не так-то просто... сейчас бы песик мне не помешал. Эх, надо будет выучить себе щенка! Ладно, разберемся без собаки. Я бросил в коридор дистанционную мину. Содрал шлем – газ кверху не поднимался. Крикнул на лервени:

– Выходите, оружие на пол, руки за голову, иначе взорву!

Мне ответили еще одной автоматной очередью, отбившей штукатурку прямо у моего живота. Черт... взрывать не хочется. Там могут быть, например, пленные. И вообще.

– Считаю до трех! – крикнул я, – и взрываю. Раз!

– Не взрывай, – послышался голос из коридора. Какой-то бедолага вышел на лестничную площадку, автомат бросил на пол. Я потянулся за наручниками.

– Выходите остальные!

– Никого нет, один я, – сказал парень. Да, дружок, так я тебе и поверил... Ладно, что же делать. Я осторожно выглянул из-за угла, сказал «дай сюда руки», и замкнув силовые наручники, прицепил лервенца к перилам. Автомат я быстренько разобрал и раскидал части по коридору и вниз, на второй этаж, не таскаться же с ним, но и оставлять врагу не стоит. Коридор, вроде бы, пуст. Очень удобные выступы перед каждой дверью. Я пробежал от выступа до выступа, переждал, полоснул лучом по пустому коридору. Еще пробежал. Заглянул в дверь – никого. Проверил таким же образом еще две двери. В следующей меня ожидал сюрприз – только я начал открывать дверь, хлестнула очередь, но я снова успел отскочить, и даже дверь не открыл толком. Просто отошел и стал методично водить по двери лучом, испаряя и сжигая ее. Сбоку, чтобы в меня не попали. Потом метнул в помещение мину. Снова сообщил засевшим в комнате, что дело их швах, и что пора сдаваться. Через минуту примерно ребята приняли решение и вышли, побросав свои стрелялки. Их было трое. Наручников не хватало. Я поправил наушник.

– Чен, как слышишь?

– Ланс, слышу хорошо.

– Как дела?

– Нормально, заканчиваем.

– Пришли мне наручники, пожалуйста.

– Есть.

Пока я держал троих пленных под прицелом. В коридор проскользнула бесшумная стелющаяся тень, в зубах Горм держал пару наручников. Я заковал всех троих и сопроводил к лестнице, где уже скучал их приятель. Горм побежал вниз, к хозяину. Теперь другая сторона коридора. Первая дверь была заперта. Я вынул универсальный ключ, держа ствол лучевика в направлении коридора, левой рукой расковырял замок. Выстрелов отсюда ожидать не приходилось, но на всякий случай я встал рядом с дверью к стене и крикнул.

– Выходите! Оружие на пол, руки за голову.

Не могли же запереть пустую комнату. Молчание. Потом, через некоторое время, слабый голос. На линкосе. НА ЛИНКОСЕ.

– Я не могу выйти, товарищ.

Я заглянул в комнату. Замер.

Обстановка здесь была вполне жилая, вроде камеры. Железные кровати, тумбочки. На одной из кроватей, прикованный цепочкой за ногу, сидел Леско Рин. «О Господи!» – прошептал я. Старик улыбнулся.

– Ара...

– Ара, – сказал я тихо, – Леско, вы помните меня?

Я подошел и пережег лучом цепочку. Цепкие серые глаза внимательно смотрели на меня, и в них постепенно стало проблескивать узнавание – и удивление.

– Ты... тот мальчик... Ландзо... Господи!

– Вы встать можете? Вы не ранены?

– Нет, все хорошо, – Леско встал, покачнулся, взялся рукой за спинку кровати. Видно, не так уж хорошо.