Уолтер Уильямс - Война

– Миледи, пожалуйста, поверьте, я действую в ваших же интересах, – сказала Сула. – Прошу, не выставляйте себя на посмешище.

– На посмешище? – Очередной удивленный взгляд. – Что вы имеете в виду, леди Сула?

– Вряд ли мои войска уважительно отнесутся к командующему, всю войну прятавшемуся в Кайдабале, пока они сражались и умирали здесь, в Заншаа. А что касается правительства, я объявила себя губернатором в день победы, и никто не оспаривал этого.

– Но я старше по званию, – довольно мягко прошепелявила леди Трани. – Никто не салютует личности, все салютуют званию – и подчиняются ему. Вы упорно повторяете "моя" армия, но она вам не принадлежит, она принадлежит Империи, а здесь я старший имперский офицер. Я не оспариваю того, что вы военный губернатор, но и не считаю, что вам следует отказывать в передаче власти мне.

– Вас засмеют. – Сама Сула уже не смеялась, поддавшись нехорошему предчувствию.

– Пусть смеются, но дома, – спокойно ответила Трани. – Как только засмеются при всех или ослушаются, я перережу им глотки.

Сула удержалась и не шагнула назад, напомнив себе, что Трани безоружна.

– Думаю, что здесь должен решать кто-то вышестоящий, – произнесла она.

Отсрочка могла дать ей время на раздумья. Леди Трани уже не казалась такой смешной. Торминелка становилась серьезной проблемой, ведь за ней стояли флотский устав, обычаи и Праксис.

Более того, Сула могла обратиться только к Торку. Но он определенно предпочтет простоватую леди Трани, а уж после получения последнего сообщения, Торк на ее сторону точно не встанет.

"Я не отрицаю, что звание леди Трани выше, чем мое, – сказала Сула в очередном послании Торку. – Тем не менее, я обеспокоена, примут ли войска и учреждения Верхнего города с должным уважением того, кто прятался всю войну, бросив свое оборудование. Я не хочу лезть в первые ряды, но разница в звании действительно является проблемой, вы могли бы ее решить, продвинув меня. Я уже делаю дело, в конце концов".

Как она и ожидала, в пришедшем пятнадцать часов спустя ответе Торка об этом не было и речи.

"Меня давно беспокоило, что такой юный и неопытный лейтенант занимает столь высокий пост, – Торк обращался к леди Трани Крил. – Я не хочу оскорбить леди Сулу, но ей действительно не хватает опыта. Леди Трани, я рад утвердить вас в должности военного губернатора Заншаа. Надеюсь, ваша рука не дрогнет и вы в первую очередь казните предателей, принесших нашему народу столько страданий".

Леди Трани повернулась к Суле, сидящей у огромного выпуклого окна в кабинете командующего Основным флотом.

– Надеюсь, теперь я дождусь воинского приветствия, – произнесла она.

– Да, миледи. – Сула неспешно поднялась из-за стола и отдала честь.

– Большое спасибо, – сказала Трани. Она прошагала через кабинет к столу командующего, бросив взгляд в окно, на омытый утренним светом Нижний город, на свое королевство, отвоеванное без единого выстрела.

– Передайте коды доступа, – потребовала она. – Надеюсь, что пока я вхожу в курс дела, вы будете под рукой, а потом подыщу вам подходящее место. И безусловно, представлю к хорошей награде за то, что вы сделали здесь.

Сула постаралась скрыть дикое разочарование. Трани, несомненно, хотела быть вежливой.

– Благодарю вас, миледи, – ответила она.

Сула уже пятнадцать часов готовила себя к этому моменту.

Торминелка осмотрела стол.

– Мне также нужно встретиться с вашим советом, или кабинетом, или как там они называются.

– Кажется, пока никак. Но я созову их.

– Нет, – твердо сказала Трани. – Я созову их сама. Просто свяжите меня с ними.

– Слушаюсь.

Самообладание леди Трани не могло не восхищать. Она точно знала, что хочет, что необходимо и что ей подобает.

А вот согласятся ли с ней остальные, было под вопросом.

– Я просматривала сообщения, которыми обменивались офис губернатора и главнокомандующий Торк, – сказала леди Трани на состоявшемся чуть позже собрании. – Главнокомандующий выражал свое беспокойство по поводу нескольких пунктов. Во-первых, это наказания. Мы казним недостаточно предателей. По моим подсчетам, – она повернулась к Суле, – у нас около тысячи пленников?

– Их допрашивают, – объяснила Сула. – Когда следователи закончат с ними…

– Лорд Торк приказал просто убить их, – перебила Трани. – Мне кажется, что можно сделать это сразу, расстреляв всех из пулеметов.

– За измену сбрасывают с высоты, – напомнила Сула.

– Проклятье. Совсем забыла. – По мохнатому лицу Трани пробежала досада. – Ну, мы можем сначала всех расстрелять, а затем швырнуть?

На нее во все глаза глядел правящий совет. Они находились в здании Штаба, в мягко освещенном и обитом полированным деревом кабинете, в котором до эвакуации заседал Совет правления Флота. На потолке мерцала карта пространственно-временных тоннелей империи. Система Заншаа с восьмью ее станциями напоминала горящий красный бриллиант. Совет расположился за изогнутым в форме подковы столом, новая леди губернатор заняла место по центру.

– В Верхнем городе недостаточно открытых пространств для казней такого масштаба, – сказала Сула. – К тому же по традиции осужденных сбрасывают живьем.

– Проклятье, – выругалась Трани. – Значит, просто сделаем это побыстрее.

– Так точно, миледи.

Нежелание Сулы казнить пленных не имело ничего общего с состраданием. Убийцы десятков тысяч, они не заслужили ничего, кроме долгих мучений. Она только не хотела казнить, пока из их голов не вытянут всё полезное.

Леди Трани зажгла сигарету, вставила ее в держатель на одном из своих клыков и теперь могла одновременно говорить и курить, не помогая себе руками. Сула невольно подумала, не с ее ли складов этот табак.

Трани оглядела собравшихся.

– Курите, если хочется, ми… то есть дамы и господа.

Жюльен полез в карман за сигаретой. Сидящий рядом с ним Сергий равнодушно смотрел на леди губернатора мертвыми непроницаемыми глазами.

– Во-вторых, – продолжила леди Трани, – награды. Я лично проверю весь список рекомендаций, чтобы убедиться в его обоснованности. Я перепроверю все рекомендации на предмет соответствия. И, наконец, обещанная леди Сулой амнистия за преступления, совершенные до войны. Я тоже пересмотрю каждый случай. Главнокомандующий не видит никаких причин, по которым исполнение обязанности сражаться с врагом должно оправдывать довоенные преступления.

Жюльен усмехнулся, выпустив облако дыма. Сергий Бакши остался равнодушным. Сула закашлялась, когда до нее дошли табачные клубы.

– Леди комиссар, – сказала Трани представительнице полиции в совете, – буду признательна за вашу помощь с полицейскими досье.