Иван Граборов - Гончая свора
Аттвуд, отмахиваясь от пыли, подошёл поближе.
– Правильно, по всяким смертельно опасным участкам пусть лучше глупые люди ходят. Будь выше этого, гордый зилдраанец! – приблизился Аттвуд, когда представление кончилось и скрестил руки на груди. – Ты же из четвёртой категории. Вершина эволюции.
– У тебя нет его брони, – усмехнулся Флойд. – а через этот некогда дорогостоящий блейзер теперь только крупную лапшу пропускать. Сомневаюсь, что ты бы повторил.
– Ещё слово про костюм – Аттвуд собственнически сверкнул глазами. – и сам попытаешь удачи, умник.
Флойд неожиданно для всех рванулся, схватил его за грудки, изображая вселенскую обиду и, приблизив, быстро прошептал:
– Осторожней с Валлуром. Кажется, что-то не так.
Его идея оправдалась. Аттвуд мало что понял, но согласно кивнул головой. Дальше их разняла травница, вместо рук применившая Экрита, которому и указала на сцепившихся.
– Если для вас нормально вести себя как нечёсаные кеюмы со степей, то идите лучше порознь. – справила накидку Орно, ещё плотнее закрывая щёки и шею. – Здесь ещё Ша`А. Если станем бросаться друг на друга то не дотянем до безопасного места.
Флойд после сказанного преисполнился ещё большим уважением к травнице, требовательной до порядка.
– Прости. Не повториться. – сказали они с Аттвудом одновременно, когда травница уже повернулась, чтобы уходить.
– Ну конечно. – отвесил наблюдавший Гартвиг. Верховный ловчий их запросто расколол, но по иному выходку не прокомментировал. Зилдраанец – этот яммтет – его тоже беспокоил.
Валлур тем временем полностью отряхнул себя от земли и пыли, поднялся гордым соколом, покачал плечами-щитками, очищая прослойку, повертелся с геф-проектором по сторонам, а потом указал куда-то вдаль между древ:
– Привал ещё не скоро. Поторапливайтесь. Фракха примерно в шести дакту от нас.
– А по человечески? – шмыгнул Аттвуд. – Тут не все ещё разбираются в системе счисления Монн. Что к лучшему…
Валлур перевёл несколько бегунков вправо, что-то набрал, сместил обзорный луч глубже в сферу и заявил:
– Девяносто четыре мили.
– Прощайтесь с пятками! – крикнул остальным Лэрд, армейским шагом проходя мимо зилдраанца прямо в густую дремучую чащу и пугая мелких жучков да стайки пятнистых дзу-дзу.
– Два дня пути. Если поторопимся, то поспеем до конца Эшту и налопаемся лепёшек из лагри. Такого вы никогда не пробовали, клянусь! – Адайн, завлекая остальных за собой, обогнала Лэрда трусцой и, немного поозиравшись, воодушевила сникший отряд: – Эту часть леса я отлично помню. Давайте скорей за мной!
Валлур не оспорил её командирский норов, уже проявлявшийся раньше, и, избрав себе временно нового вожака, группа помчалась за охотницей, так ловко шныряющей под корневыми дугами, что зависть испытал бы любой оккнум.
Девяносто три мили. Компания пополнила состав. Сзади, на удалении ярдов двадцати, за ними неожиданно последовал салатовый рак с подранным панцирем. Аттвуд, почёсывая щетину, рассматривал ветерана сражений в местной экосистеме некоторое время, а потом объявил Валлуру, что это тот же самый рак, которого они видели в первый поход через Ша`А. Валлур ответил, что этого не может быть и что таких существ тут навалом. Тучи захмарились через час, лес окутали потёмки. Двигались кучно. Постоянное клацанье вытянутых клешней вскоре начало действовать всем на нервы.
Семьдесят миль. Группа, казалось, пробыла в пути бесконечно долго. Оптимизма поубавилось уже через четыре часа, а шестой ознаменовался началом упадка. Они то бежали, то шли, а под разгар дня больше искали родник или малый ручей, чтобы жадно к тому припасть. Лэрд ступал в стороне, удерживая идущих в поле видимости с каменной миной ответственного конвоира. Он словно шёл с ними рядом, но был сам по себе, что, скорее всего, тем и намеревался показать. Клацанье не прекращалось. Лэрд, поглядывая изредка назад, начал задумываться над тем, что прожарка такого большого рака на вкус должна быть весьма недурна. Салатовый рак начал задумываться, что клацнуть того в чёрных штанах за зад – прекрасный план на день. Правда скоро повелителя пригорков и завоевателя корней потеряли из виду.
Пятьдесят шесть миль. Промелькивающее ощущение некоторой радости и шутливое настроение вернулись к привычной мрачности сразу, как стало темнеть. Виной тому Мьюраи, что гнетуще нависал в физически ощутимой меланхолии, пусть теперь и был для них в сотню раз меньшего размера. В их памяти не остыл ещё прекрасный, но и давящий образ корабля, парящего над густыми облаками, что быстрее и быстрее плыли по беспокойному небу, пуская в него статические разряды. Не остыли в их памяти и яркие удары, эти олимпийские молнии, раз за разом взрывавшиеся синим светом в гуще формирующихся циклонов. И вот, за ними, как и в иные Эшту, последовали взрывы более мощные, сформировались высотные торнадо и даже исполинские ветви вечных древ закачались, сотрясаемые непрерывным свистом холодных ветров. Листья крон корчились и трепыхались будто новорождённые младенцы, едва вылезшие из материнской утробы, а потом полил дождь невиданной силы. Испарина дымки вмиг протянулась над верхами леса и жиденький туман накрыл его подножья тонким слоем густеющей испарины. По крайней мере, они теперь не слышали абсолютно ничего, в том числе и клацанья.
Сорок одна миля. Валлур настаивал на возобновлении движения, но Аттвуд с Адайн честно высказались на этот счёт. Большая остановка. Флойд с Гартвигом, заручившись советом Орно, на дороге-пути, пролегавшей сквозь вымокший лес, ветряные воронки, буераки, поросшие длоотом холмы и иногда каменные поля, ощипали несколько пригорков пруйупп – местных лопухов, похожих на вид arctium lappa. Лэрд, пахучий как очистной сток и потому хотевший скорее смыть с себя грязевой налёт, посмеялся над их затеей, когда её озвучили. Валлур, будучи под панцирем, за сырость и вовсе не переживал. Не переживал он и за других, пусть дождь бы и совсем смыл с них одежду. Экрит и Адайн, уставшие от томительной бездеятельности, занялись перевязкой нарванного. Получились пышные купола, на вроде вязки пальмовых листов. Ими группа укрылась, словно зонтами, и, не теряя ни секунды, удалилась в туман. Вновь лишь Лэрд, ни разу им не помогший, шёл раскинув руки, набирая полный рот воды да стирая с себя запахи степных трав Самшада.
Вереница прошла сквозь пустую сердцевину древа, упавшего мостом с невысокой скалы до берега безымянной речушки, и, пройдя по тормозящему песку четыре мили, опять свернула в заросли.
Двадцать пять миль. Лэрд, отделённый дождём последние шесть миль, совсем куда-то запропастился, но на поиски не было времени. Валлур сказал группе, что видит его и, что он в порядке. Их это устроило. Ни один не стал намеренно выискивать одиночку.