Константин Хвостополосатов - Экскурсант

— Круто, — удивился я. — А сколько сборка организма для медноволосой барышни продлится?

— Дней пятнадцать плюс-минус, — ответила Светлана. — Корабль до ума еще дольше доводить будут, может, мы в случае неудачи еще и второго добровольца успеем подготовить.

— Ясно, — ответил я. — Давай начинай клонирование и сборку. Я пока займу медицинский блок с адаптационными процедурами.

Для уверенности Светлана меня промурыжила в медицинской кроватке двое суток. Все это время я предпочел проспать, воспользовавшись советом Светланы. Проснувшись, я почувствовал некоторую слабость и дискомфорт. Это было странно, обычно из кроватки или кресла я вставал полным сил.

— Светик, что-то не так? — спросил я. — Я себя как-то неуютно чувствую.

— Это остатки токсинов в теле дают о себе знать, — ответила Светлана. — Но лучше провести пробный выход в атмосферу Улара именно сейчас. Ты не возражаешь?

— Нет, конечно, — ответил я. — Бывали недомогания и похуже, особенно после встречи Нового года в общаге.

— Так, снимаю колпак, — отозвалась Светлана. — Готово. Отключаю тебя от «кроватки», сейчас будешь дышать самостоятельно, поначалу может оказаться очень трудно. Будет лучше, если ты сделаешь гипервентиляцию организма, а потом выдох перед отключением.

Меня отключили. Я сделал свой первый глоток чужого воздуха. Голова закружилась, сознание поплыло. Хорошо, что я лежал, а то упал бы. Легкие молотили воздух, но организм судорожно требовал дышать еще. Спустя несколько секунд, на шестом-седьмом вдохе сознание начало возвращаться рывками на место. Я открыл глаза, картинка была мутной с красноватым отсветом.

— Жить буду? — спросил я Светлану.

— Все идет нормально, — отозвалась она. — Еще минут десять-пятнадцать полежи, потом опять тебя подключим, исследуем, подкорректируем и очистим от гадости.

Второй раз включение в атмосферу прошло спокойнее, но окончательно организм сдался только на четвертый раз. Светлана все поражалась, насколько непокорный у землян организм. После последней доводки меня на двенадцать часов погрузили в сон и восстановительно-очистные процедуры. К моему пробуждению Светлана сменила всю атмосферу «Ботаника» на уларскую. Проснулся я бодрым, как обычно. Но при процедуре моего подъема присутствовал киборг, как сказала Светлана: «На всякий случай». Все произошло удачно. Тем не менее, воздух был необычным, в нем присутствовали странные для меня запахи. Мне казалось, что сердце работает немного быстрее, да и дышать приходилось слегка с натугой и немного чаще. Светлана сказала, что со временем организм привыкнет к условиям нагрузок в новой атмосфере и все придет к старой норме. Зато теперь я смогу погладить белок, если дадутся, конечно. Странно, но у меня эта мысль нашла какой-то необычный отклик. Я не обратил на него внимания, посчитав происками чуждой атмосферы. Еще полдня я прогуливался по «Ботанику», заставляя организм привыкать к нагрузкам в новой атмосфере, попутно входя в курс дел. Строительство «корабля из прошлого» шло медленнее, чем рассчитывали, тем не менее, трудности были всего лишь технического характера, приходилось в точности следовать технологиям уларсу, скидки не делалось даже в мелочах. Девчонки болтали о жизни, расспрашивали ощущения беременности у Белочки, занимались на тренажерах, очень им понравилось играть в компьютерные симуляторы. Светлана предложила им симулятор нашего истребителя, просто чтобы скрасить их одиночество. Через день на него подсели все уларсу, включая инженеров и Белочку. Пришлось ограничить инженерам доступ к этому аттракциону, чтобы не страдало основное дело. Клонирование организма для добровольца шло своим чередом. Светлана просила как можно скорее определиться с окрасом, так как чем дальше, тем труднее было бы абсолютно точно его воспроизвести. Я решил не оттягивать время и переговорить с добровольцем. Сначала я решил переговорить лицом к лицу с Белочкой, так как она была наиболее подготовленным к этому событию уларсу. Ведь я даже не знал, как уларсу относятся к людям, вполне могло быть, что они воспринимали нас жуткими уродами, сдерживая эмоции из уважения. Светлана просто попросила Белочку зайти медицинский отсек на обследование по поводу беременности. Обследование действительно сделали. После обследования я зашел в отсек к Белочке. Белочка сидела на кроватке обнаженная, ее повседневный комбинезон лежал на стуле у входа в отсек.

Дверь открылась, и я зашел, остановившись на пороге, с опозданием подумав, что может быть, стоило подождать, пока она оденется. От удивления Белочка скрутила хвостик в колечко, так и оставив его подрагивающим мохнатым бубликом. Мы стояли и смотрели друг на друга.

— Это голограмма? — прострекотала Белочка.

— Нет, — ответил я.

— Но ты без скафандра, — удивилась Белочка, хвост начал скручиваться и раскручиваться. — Ты не навредишь себе?

— Нет, я теперь могу дышать твоим воздухом, Кларкисс, — постарался я наиболее правильно произнести настоящее имя Белочки, чтобы это было понятно и без перевода Светланы. — Адаптация завершена, ни вы мне, ни я вам не опасны.

— Удивительно, — Белочка села на палубу практически как собака, обернув задние лапки хвостиком. — Кто бы мог подумать, что такое возможно.

— Я тоже удивлен не меньше твоего, — ответил я, продолжая стоять. — Могу ли я задать тебе личный вопрос?

— Конечно, — Белочка свенула и развернула хвостик.

— Я всегда терзался мыслью, как вы воспринимаете людей? — спросил я. — Я понимаю, что раз мы разумные, вы нас можете уважать, но чисто субъективно, что ты чувствуешь, глядя на меня?

— Трудно сказать, мне нелегко определиться, — Белочка пару раз наклонила голову из стороны в сторону, хвост дернулся, но остался на месте. — Могу я задать тебе еще более личный вопрос, нет, скорее высказать просьбу?

— Конечно, — удивился я.

— Можно я тебя потрогаю? — спросила Белочка, хвост метнулся и закрыл мордочку, оставив только огромные глаза-апельсины.

— Можно… — ответил я, удивившись еще больше, про себя думая, что если дело приняло такой оборот, значит не так уж и противны мы для уларсу.

— Ты же в одежде? — продолжила Белочка. — Я могу надеяться на ответную услугу? Раз уж ты застал меня обнаженной, тоже сними, пожалуйста, одежду я так и не видела твоего природного облика.

«Да, любопытство кошку сгубило…» — подумал я, усмехаясь и снимая комбинезон. Я бы, наверное, не смог попросить о таком, побоявшись отпугнуть Белочку. Хотя, наверное, она еще моложе меня, а потому значительно более непосредственна.

— Извини мою бестактность, я просто не увидел стеснения между вашими полами, поэтому и решил, что у вас это не запрещено моралью, — ответил я.