Уолтер Уильямс - Война

Сразу зачирикал сигнал тревоги. У Казимира было опасно низкое давление.

– Я же говорил, что что-то не так, – апатично произнес Казимир.

– Доктора сюда! – крикнула Сула торминелу, и тот бросился к двери. – Приведи доктора!

Сула повернулась к Казимиру и взяла его за руку. Он сжал ее пальцы своей прежней крепкой хваткой.

– Когда всё закончится, тебе понадобятся деньги, – сказал он. – Прости, что не стану лордом Сулой и не помогу тебе разграбить Верхний город.

Его слова вывели Сулу из себя. Она видела, каков он в гневе и когда от души смеется, видела удивленным, даже ошеломленным. Знала его обаятельным и в смертельной ярости. Она помнила, какой он любовник, по-мальчишески пылкий и немного жадный. Планируя операции против наксидов, он был хитроумным. И в любой ситуации старался стать лидером.

Но она никогда не видела, чтобы он сдавался. Сула рассвирепела.

– Не смей умирать! – приказала она. – Ты станешь лордом Сулой.

Он посмотрел на нее из-под полуопущенных век, и на губах мелькнула грустная улыбка.

– Надеюсь, – ответил он, затем его глаза закатились и он потерял сознание. На кровати заверещал сигнал тревоги.

Когда все бросились к нему, Казимир очнулся, приоткрыл глаза и отрешенно наблюдал за суетой, царящей вокруг. Потом перевел взгляд на Сулу, опять улыбнулся и с силой сжал ей пальцы.

Сула свободной рукой стянула с шеи ожерелье Скачка и отдала его Казимиру.

– Это оберег, – сказала она.

Он коснулся бусин, и в глазах под тяжелыми веками промелькнуло удовольствие.

В стерильном халате благородного лилового цвета, пришел доктор-даймонг и долго смотрел на монитор кровати.

– Я вынул все осколки, – произнес он, будто обижаясь на нежелание больного поправляться. – Не понимаю, в чем дело.

Суле хотелось наорать на него, но вместо этого, уловив запах отмирающей плоти даймонга, она почувствовала позыв к рвоте.

Казимир опять отключился. Врач приказал увезти его для дальнейшего обследования. Сула пошла было следом, но доктор был непреклонен.

– Вы только помешаете, – сказал он, окинув ее с ног до головы взглядом немигающих глаз. – И вы нестерильны. – Сула, увидев на себе пятна крови, согласилась с ним.

К тому же в палату, как и приказано, начали подтягиваться командиры подразделений.

– В госпитале настоящая неразбериха, – сказала Сула, когда Казимира увезли. – Наведите полный порядок и заодно приструните своих бойцов.

Двоих, торминела и лайона, она оставила охранять Казимира днем и ночью. Остальных отправила выполнять распоряжение.

– С этого момента и до приказа идти в бой, все ваши бойцы отправляются помогать медикам. Если дежурный врач попросит о помощи, надо помочь. Если скажут вымыть коридор, пусть вымоют, чертовски вежливо попросив инструменты. И срочно убрать груду трупов у входа. В наших же интересах не допустить распространения заразы. Если не получится в морг, погрузите на грузовик и отвезите туда, где их примут.

Что-то в Суле – то ли ее ярость, то ли брызги крови – заставило всех беспрекословно подчиниться. В любом случае, ей больше не пришлось стрелять ни в кого из своих бойцов. И спустя несколько секунд она увидела нескольких терранцев, промаршировавших мимо двери с винтовками за спиной и швабрами и ведрами в руках.

Запах мертвечины возвестил о приходе доктора-даймонга. Он принес огромный планшет с цифровым изображением внутренностей Казимира.

– Я разобрался в проблеме, – сказал он. – Молодой джентльмен был ранен осколками. Ранение несложное. Все сканеры были заняты, но тут сгодится и рентген, так мы и поступили. Я определил положение каждого осколка и все их удалил.

Он показал Суле изображение. Неестественно яркие цвета плыли перед глазами.

– Но беда в том, что на джентльмене во время ранения был бронежилет. И от него откололся кусок и впился в тело, а броня у вас из прочного пластика, который не виден при рентгене. Сканирование, однако, показало, где он застрял, – вот тут.

Сула не понимала, что именно изображено на картинке. В горле стоял ком, и она кашлянула в кулак.

– Объясните, что происходит, – приказала она.

В звенящем голосе даймонга зазвучали высокие, отрепетированные нотки сочувствия:

– Кусок бронежилета у него в печени. Мы не можем достаточно быстро перелить ему кровь, чтобы возместить потери. Как только джентльмена подготовят, я начну операцию, но случай тяжелый.

– Поставьте его на ноги. – Сула смотрела на доктора.

Врач ответил свысока:

– Я сделаю всё возможное, но, пожалуйста, примите во внимание, что для терранцев подобное ранение в печень очень серьезно.

Доктор с достоинством вышел из палаты, оставив Сулу размышлять. Она знала, что придется ждать новостей о Казимире, но ей не хотелось сидеть сложа руки и вариться в собственном соку, поэтому решила проинспектировать госпиталь. Скачок и телохранитель-торминел молча последовали за ней. Дело шло на лад, но в госпитале по-прежнему царил хаос и не хватало квалифицированных врачей. Она позвонила Макнамаре, приказав разместить на всех каналах объявление, что больнице "Слава гигиене" требуется медицинский персонал и помощь добровольцев.

– Немедленно сделаю, миледи, – ответил Макнамара. Подождав, пока он отдаст распоряжения, Сула потребовала отчета о происходящем.

– Наксиды опять атаковали фуникулер, – начал Макнамара, – и с тем же успехом, что и в прошлый раз. Сейчас пытаюсь выяснить местонахождение всех наших отрядов. О многих из них ничего не слышно. – Он замолчал, а после добавил: – Время обеда. Может, ответят, когда поедят.

Сула приказала ему собрать штабных.

– Но кого?

Макнамаре требовались средства связи, а Министерство мудрости как раз предоставляло таких специалистов. Но сейчас ему понадобились курьеры, чтобы убедиться, что отряды выполняют приказы, и кто-то, кто смог бы проверить наличие запасов. Сула предложила начать с Сидни.

– Сделаю, что смогу, миледи, – сказал Макнамара.

Надо было срочно ехать в Министерство мудрости и набрать штаб самой, но Сула не могла побороть себя. Она пошла в палату Казимира, попутно общаясь с ранеными, лежащими в коридоре. Тяжелых случаев не было, все бодрились и винили в своих бедах наксидов. У Сулы начало подниматься настроение.

В палате Сулу встретила терранка в стерильном халате ассистента врача и болтающейся у шеи хирургической маской. Сула видела беспокойство и сочувствие в ее глазах и ощутила, как погибает надежда.

– Примите мои соболезнования, – произнесла женщина. – Он умер до начала операции. Доктор еще полчаса боролся за его жизнь, но всё было уже напрасно.

– Где врач? – спросила Сула. Она хотела услышать это от него, из его неподвижных губ.