Леонид Корниенко - Фантастика № 2.2011 Приложение к журналу "Знание-сила"

— Конечно! Он перепутал нас со своими! Ну, с этими… зомби!

Диксон исподлобья глянул в сторону дельта-кресла и вдруг ругнулся так, что Влад прикрыл рот ладонью, чтобы не прыснуть со смеху от удивления. Ну и ну! Вот это словарный запас у командира!

Вир, все так же не отрывая глаз от лица Олафа, продолжил:

— Я все-таки, — тень улыбки скользнула по его лицу, — обманул… всех и не отдал станцию… Нет, не всех! Не обманул Сону! Со-ну! — взгляд Вира потеплел. — Же-ну… мою! Она мне верила, верила, что я не… зомбирован… Судьба нас разлучила… Но она вернулась!.. Эти глаза! Эти глаза! Я жил надеждой их увидеть и сказать, что я… люблю эти глаза! Самое дорогое, что у меня… было!

Силы оставили Вира, и он замолчал, все так же не отрывая взгляда от Олафа.

Элюар, внимательно следивший за выражением лица Вира, повернулся к Олафу и кричащим шепотом сказал:

— У тебя глаза, как у твоей матери! И у него установка на зомбированность теряется! Смотри ему в глаза! Скажи третий тест гипнотической формулы реабилитации! Помнишь? Как я тебя учил? Для родителей!

Олаф дрожащими руками поправил воротник куртки, набрал полную грудь воздуха и негромким голосом, мягким и четким, не растягивая слов, проговорил:

— Я, как и ты, — частица Земли. Я, как и ты, — землянин. Ты — мой отец. Я — твой сын. Я — помню тебя. Вспомни меня. Я — твоя кровь. Мы — одной крови. Я — люблю тебя…

Наступившая следом пауза показалась всем оглушительной.

Вир вдруг закрыл глаза и весь как-то обмяк.

Олаф растерянно оглянулся на Элюара. Тот улыбнулся и показал большой палец.

— Все в порядке. Он — возвращается!

И нажал кнопку анабиоза.

Дайджест 3 из последних записей Элюара:

«…Земля — постоянно эволюционирующая живая субстанция. Эволюционирует она в русле тотального здравого смысла…

…Один из постулатов тотального здравого смысла — не суди, и судим не будешь. Цивилизованный человек этот постулат постоянно грубо нарушал. Он возомнил себя судьей всяк сущего на Земле и лишился в итоге изначального материнского инстинкта — беречь самую жизнь. Вслед за этим он утратил краеугольный камень духовности всей земной сущности: терпимость и прощение. И чуть не погиб…

…От физической гибели человечество убереглось, создав Единую Цивилизацию. Но в русло земного тотального здравого смысла не вернулось. Наоборот, вовсе перечеркнуло постулат „не суди, и судим не будешь“. Человечество собралось проводить Всеобщую Космоэкологическую революцию, в корне враждебную Земле и космосу…

… Терпение Земли — живой субстанции — исчерпалось! И пришли КОНЦЫ! Появились ЗОМБИ, призванные уничтожить человечество, как раковую опухоль!..

…О, мудрая Земля! Когда и ЗОМБИ переступили грань своего предназначения: вернуть всяк сущему на Земле эволюционную гармонию жизни, — пришло НАЧАЛО! Как свет в конце тоннеля было спасение Олафа от ЗОМБИ! Этим Земля дала зеленый свет пониманию, что только СОТРУДНИЧЕСТВО всех и вся с ней вернет человеку способность полностью возродить себя полноценной клеткой живой субстанции Земли! А значит, и Вселенной!..»

Эпилог

Спасательный модуль СЗ-10 подлетал к Земле. Голубой шарик планеты веселой новогодней игрушкой мерцал на экране пилотного отсека в звездных россыпях космической бездны.

Программа полета модуля была завершена — орбитальная станция второго поколения ИС-8, исчезнувшая в глубоком космосе тринадцать лет назад, была найдена и направлена к Земле в инерционном полете. Обнаруженный на ней ПОСЛЕДНИЙ ЗОМБИ нейтрализован. А это означало, что на Земле завершилась последняя фаза ПОСЛЕДНЕЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ людей. Человечество вступило в начальную фазу ЭРЫ СОТРУДНИЧЕСТВА с Землей. Оно возвращалось к первому и, пожалуй, единственному, что могло дать людям вселенскую защищенность, — к голосу Земли в своем сознании.

Об авторе

Родился в 1954 году в Калининградской области. Окончил Кировоградский педагогический институт. Автор книги «Фантом журавлика», вышедшей в издательстве «Вест-Консалтинг» в 2010 году. Член редколлегии журнала «Иные берега» (Хельсинки). Живет в Финляндии.

Последний день восьмого месяца нашего пребывания здесь подошел к концу. Мы с Дейвом стояли в нашем саду, хотя пора было уже завершать дневную программу и идти отдыхать. Но у меня такое чувство, что мне нужно еще что-то важное выяснить сегодня…

— Мы болтаемся здесь уже восемь месяцев, а конца по-прежнему не видно… — Я мельком взглянул на Дейва, чтобы уловить самую первую реакцию на свои слова. Вряд ли я добивался, чтобы он начал снова меня убеждать, скорее просто захотелось «размяться». Дейв помолчал, ему-то разминаться явно не хотелось. Потом заговорил бесстрастно и размеренно.

— Предстоящий эксперимент первое предприятие подобного масштаба в истории Человечества. В то же время сложность его такова, что предусмотреть все возможные последствия практически невозможно… — Я посмотрел на него в упор, и он осекся. — Зачем я тебе все это говорю, Стен?

— Не знаю, должно быть для того, чтобы рассеять мое невежество.

— Ты все это понимаешь не хуже меня. И почему нас не сняли вовремя, ты тоже знаешь. Зачем ты затеваешь каждый раз эти ненужные разговоры?..

Я бы мог ответить ему, что ненужные затеваю потому, что мне опротивели нужные — всякие деловые обсуждения и «непринужденное» общение по психологическому практикуму Коннори-Джилса (специально для работников стационарных космических станций). И еще я подумал, насколько приятнее было бы здесь жить и работать, если бы на месте Дейва был простой и незатейливый робот с несложной программой. Но всего этого я ему не сказал, а произнес с легким надрывом. — Я готов просидеть здесь еще восемь месяцев, лишь от этого был бы хоть какой-то толк! — Дейв посмотрел на меня с явным недоверием. Конечно, он думает, что все дело в этих двух лишних месяцах, что я просто надорвался. Но мне, в конце концов, нет дела до того, что он там думает….

— Стен, мы много раз говорили о том, почему еще не время начинать эксперимент — никто не может пока сказать с полной определенностью, какое сочетание микроорганизмов окажется оптимальным и какие могут быть побочные эффекты. А без этого нет уверенности в положительном результате. В случае же неудачи мы загубим целую планету.

Нет, его тупость порой бывает поразительна! Неужели он не понимает, что нельзя объяснить необъяснимого!!! — Неужели ты не понимаешь, Дейв, что этим исследованиям не будет конца?! Я слышу об Эксперименте с детства, почти 20 лет. Из-за него я не стал космолетчиком, а сделался космическим селекционером и развожу эту микроскопическую живность. — Последние слова прозвучали с мальчишеской запальчивостью, и я даже слегка смутился, однако продолжил. — Наших руководителей завораживает масштаб, поэтому никто не решается взять на себя смелость начать. Но ведь когда-то начинать все равно придется. А сколько еще продлиться преобразование поверхности! Так мы с тобой никогда не увидим эту планету зеленой!