Анна Мистунина - Ворованные звезды

— А в старости?

— У Компании лучшая медицина во Вселенной. Пилоты летают до девяноста лет. Когда летать дальше невозможно, врач вводит лекарство, и смерть приходит быстро. По меркам жуков это гуманно.

— И ты добровольно пошел на это?!

— Все идут добровольно. Марина, я с пеленок мечтал о космосе! Тогда еще и речь не шла о Контакте. Ночами не спал, смотрел «Звездный Путь»…

— Я тоже смотрела, — призналась она.

— Сопротивление… — улыбнулся Андрей.

— Бесполезно, — подтвердила Марина.

Андрей осторожно положил руку ей на плечо. Притянул ближе.

— Ты не против?

«Я могу сказать, что не хочу. Это будет наглая ложь…»

Марина ответила на поцелуй.

— «Снявши голову, по волосам не плачут» — как раз об этом? — спросила она.

— Что-то в этом роде, — согласился Андрей, расстегивая ее блузку.

— Подожди! А разве в корабле нет системы наблюдения?

— Поменять кристаллы с записью на другие не сложнее, чем перебросить шарик тебе в карман.

— Сашка это сделал?

— Это сделал я, — прошептал Андрей, — снявши голову, по волосам не плачут… Хочешь еще о чем-то спросить?

Марина замотала головой: она не хочет ни о чем спрашивать, она хочет довериться его сильным рукам…

«У нас меньше недели».

Марина изо всех сил вглядывалась в лицо спящего пилота — хотя бы в памяти сохранить навсегда. Твердые скулы, решительный подбородок. Томительно засосало внутри. Слишком привлекателен. Побочный эффект пилотских способностей, или Андрей с рождения такой?

— Сопротивление бесполезно, — прошептала Марина.

Он открыл глаза. Бросил взгляд на часы в углу экрана — Марина подавила вздох. Сказка заканчивалась слишком быстро. Андрей зарылся пальцами в ее волосы, в серых глазах промелькнула улыбка.

— Я знаю, о чем ты сейчас думаешь.

— Нетрудно догадаться.

— Не считай меня ловеласом, Марина. Сколько ты пробудешь на Хотосе?

— Полгода — земных.

— А потом?

— Вернусь в Москву.

— Я тебя найду, — улыбнулся он. — Рискнешь связаться с мутантом, который живет неделю на Земле и месяц в космосе? Или… У тебя кто-то есть?

— Есть. — Марина облегченно выдохнула ему в плечо. — Вот этот мутант.

Андрей поцеловал ее.

— Вот и прекрасно. Сейчас я пойду — надо еще выгнать из моей каюты оболтуса, пока он чего-нибудь не натворил. Моя вахта двенадцать часов, а потом… я приду?

— Приходи.

— Они потащили меня на проверку. Одевают такие железки на голову и руки, и на компе смотрят эти способности. — Сашка лизнул купленное Мариной мороженое. Зажмурился от удовольствия. — Поднялся скандал. Меня закрыли в комнате с железными стенами.

— По-моему, ты умеешь ходить сквозь стены, — заметила Марина.

— Не, я не умею.

— Как же ты попал ко мне в каюту?

— Я открыл замок. Он электронный, это легко. А там не мог, у них какое-то излучение мешает. Меня мамин друг выпустил. Ночью. На Земле меня бы сразу нашли, из Питера я улететь не мог — поймали бы. В России всего два космопорта. Мама купила мне билет до Москвы, и…

— И мама отпустила тебя одного неизвестно куда?

— Известно куда — к своей подруге на Хотосе. Ей больше ничего не оставалось.

— А отец?

Сашка пожал плечами.

— Она сказала, он пилот. С другой планеты.

— Понятно.

Марина откинулась на спинку стула. Зал ресторана был полон людей, шум чужих голосов и смеха скрывал их негромкий разговор. Сашке все нипочем. Расстался с матерью, чудом избежал ареста — и с довольным видом уплетает мороженое. Что ждет мальчишку дальше? Стоит «Звездному Мосту» дать сигнал, и власти любой планеты принесут Сашку на блюдечке. Ему не скрыться, если Андрей прав, и в крови мальчика действительно бомба вселенского масштаба.

Андрей еще не вернулся с дежурства, и Марина скучала так, что самой делалось страшно. Поминутно смотрела на часы. С каждым кругом стрелки встреча ближе, и так же неумолимо близилось расставание.

Экспедиция на Хотос — дело всей жизни, Марина два года готовилась к ней, но сейчас она все отдала бы за лишнюю неделю на корабле. Сашка, маленький оболтус, посматривал хитро, как будто видел ее насквозь.

— А я у Андрея в каюте ночевал, — сказал он невинно.

— И как?

— А он там не ночевал.

— Понятно, раз ты занял его кровать.

— А где он был?

— Разве это твое дело? — нахмурилась Марина.

Мальчишка надулся.

— Ты же меня расспрашиваешь!

Марина даже растерялась.

— Но это другое. Я взрослый человек, и…

— А я маленький! — Сашка сморщился, будто готовясь зареветь. — Как ловить меня с пистолетами, так взрослый, а ты…

— Тише, тише! — Марина выставила вперед ладони. — Я не ловлю тебя с пистолетами. И не надо об этом здесь!

— А где он ночевал? — упрямо спросил Сашка.

— Ты ужасный ребенок. В моей каюте. Доволен?

Он улыбнулся с видом победителя.

— Да. Купишь еще мороженого?

Марина со вздохом позвала официанта.

Он не вышел в тот день на работу. «Звездный Мост» не прощал даже малейшей небрежности, но в этот раз ему было все равно. Инстинктивное чутье, свойственное зверям и преступникам, кричало: сегодня за ним придут. Бежать? Не получится. Надо было раньше, пока не ослабел от страха, пока жесткие тиски погони не сомкнулись, загоняя в угол. Теперь — поздно.

Вчера он дежурил на станции. Обычное дежурство, рутина: протестировать системы, убедиться, что компьютеры, дикая смесь земной техники с инопланетной заумью, работают без сбоев. Этих сбоев, даже незначительных, допустить нельзя: пришельцы скрупулезны, пунктуальны и совершенно не понимают шуток. У них свои понятия о том, что значит «хорошо».

Надо признать, он отлично разбирался в чужих технологиях — только сейчас от этого было нисколько не легче, наоборот. Вернись все назад, он в жизни не подошел бы технике «Звездного Моста». Не изучал бы ее с первого года Контакта, со скрупулезностью маньяка выискивая крохи сведений, не мечтал бы овладеть запретным знанием. Не пришел бы на работу в «Звездный Мост».

Почти десять лет он был доволен своей жизнью. Были деньги: «Звездный Мост» платит щедро, на Земле разве что министры получают больше. Были женщины: серебристая эмблема на рукаве — и бабы у твоих ног. Было все, о чем мог мечтать, и тайны «Звездного Моста» в придачу.

Но однажды холодный голос в телефонной трубке предложил встречу — очень выгодную встречу, и он не смог отказаться. Не посмел ослушаться ледяного приказа, спрятанного за вежливым приглашением. Не справился с замаячившим призраком Больших Денег.