Игорь Хорт - Шахтёр

— Он исправен?

— Да, — первое хорошее известие.

— Что с промышленными модулями системы «Синти-40»?

— Состояние аварийной консервации, блок-реактор разрушен на сорок процентов, в связи с этим отключён второй промышленный модуль, первая рубка управления и четвёртый модуль катализации и обеспечения.

— Их состояние?

— Модуль катализации и обеспечения в работоспособном состоянии полностью. Модуль управления требует ремонта. Второй производственный модуль требует серьёзного ремонта. Модуль-реактор требует полной замены.

— Сколько потребуется времени для сворачивания управляющего, второго производственного и четвёртого модулей «Синти-40»?

— Без модуля-реактора работы невозможны.

— Объём топлива и возможности реактора станции?

— Объём топлива сорок процентов от полного, реактор исправен.

— Состояние «Диспетчера-18М»? — Егор параллельно смотрел файл в нейросети и вёл разговор.

— Требуется ремонт блоков связи, частичный ремонт обшивки. Средний стационарный модуль «Диспетчер-18М» повреждён на пятьдесят процентов и работает в аварийном режиме.

— А развёрнутая система навигации и стационарные оружейные станции?

— Повреждение на восемьдесят процентов. Восстановление невозможно. Утеря в боевом столкновении пятидесяти процентов модулей безвозвратно. Тридцать процентов в повреждённом состоянии. Двадцать процентов исправно, но имеет неполный заряд.

— Ты сможешь подключить свой реактор к трём блокам «Синти-40» и начать их сворачивание?

— Работа в таком режиме приведёт к потере времени. Срок сворачивания растянется до шестнадцати дней, — доложил искин.

— Тогда начинай сворачивание производственного комплекса «Синти-40», — приказал Егор. Меняю код доступа. Теперь это «Рамсес. Егор. Кедр». Все, кто приближается, враги.

— Принято. Объёмы топлива в «Синти-40» необходимо слить. Есть свободные объёмы в моём топливном отсеке и в среднем заправочном стационарном комплексе «Заправщик-МЕ31».

— Сливай к себе и в «Заправщик», — разрешил Егор.

— Начал работы по сворачиванию трёх модулей «Синти-40». До окончания тестирования всех систем тридцать минут.

— Какое оборудование и корабли, не закреплённые за тобой постоянно, есть на станции?

— Три корабля «Добытчик-13М» исправны. Остальное в разных степенях повреждения.

— Скинь файл обо всём, что есть на станции и состоянии этого имущества.

— Выполняю, — пришёл довольно большой файл с перечнем.

— Всю информацию дублируй на искин «Жнеца».

— Выполняю.

— Скинь туда все данные о наличии в системе станций и баз, о которых тебе известно.

— Выполняю. Тестирование закончено.

— Все данные мне на искин. Я улечу, но вернусь. Полный запрет на посещение станции для всех без исключения. Я выпрыгну сразу на расстоянии пятисот километров и дам пароль «Рамсес. Егор. Кедр». Владельцу этого пароля разрешён вход на станцию в правах хозяина.

— Принято.

Больше на этой станции было делать нечего. Искин сбросил полный пакет с конфигурацией и всем имуществом, которое было в наличии. Сворачивание перерабатывающего комплекса «Синти-40» началось. Вся полученная информация требовала обстоятельного изучения. Особенно Егора радовало наличие топлива. В самой станции и заправочном станционном модуле его было не много, но то, что осталось в «Синти-40» и сейчас сливалось в станцию и заправочный модуль, превосходило все ожидания: почти шестьсот тысяч тонн. Видимо, в момент атаки этой базы паукообразными в «Синти-40» производственный цикл шёл к завершению. Топливо просто не успели слить и использовать по его прямому назначению.

— «Жнец», — Егор был доволен, хотелось вылететь сразу на «Рамсеса», но решил идти и дальше по плану разведки. — Вылетаем ко второй базе «178-РМ-123.14».

— Принято, выполняю.

Егор обследовал вторую базу, но степень её разрушения была более высокой. О сохранности искина тут речи не велось. Опять разворачивание диспетчерского буя, сканирование и телеметрия. База была разрушена основательно. По данным Содружества почти на шестьдесят пять процентов, но на деле был полностью уничтожен диспетчерский стационарный модуль и имелось прямое попадание в главный станционный модуль, причём в район расположения реактора, что привело к отказу оборудования и остановке работы станции. Егор решил, что тут было применено мощное электромагнитное воздействие, полностью нарушившее энергосистему базы. Паралич энергосистемы привёл к полному параличу оборудования. Дальше атакующие просто обстреляли важные узлы и модули станции, разрушив её. Закончив исследование второй базы, Егор решил прыгнуть к третьей, время у него ещё было.

Третья база «178-РМ-23.97» оставила о себе тоскливое впечатление. Здесь было применено какое-то неизвестное оружие, и станция была разрушена полностью. По космосу в этом районе плавали разбитые блоки и куски металла. Неизвестный разрушающий фактор сначала взрывом разорвал станцию на части, а потом стянул все её составные части в одну большую кучу из блоков и модулей. Что тут произошло, было загадкой для Егора. Егор развернул очередной диспетчерский модуль и, отсканировав и сделав подробную телеметрию, вернулся на Рамсеса.

За такими полётами пролетело ещё четверо суток. В первую очередь обследовал шесть баз и станций, принадлежавших Содружеству, следом занялся сканированием и телеметрией уже известных мест космических боёв и сражений. Выяснилось, что у паукообразных тут тоже есть брошенные базы, техника и оборудование, но к ним Егор пока не хотел приближаться. Хватало пока и того, что осталось от Содружества. Вообще создавалось впечатление, что в этой системе шли нешуточные бои и сражения. Возможно, что система была одной из ключевых в прошедшей войне.

Данные сканирования и телеметрии выложил в искин «Рамсеса» в закрытый файл с допуском только для Совета корпорации. На пятые сутки от работы освободились Гури и Диана. Появились свободные люди, Гам должен был вернуться со дня на день, поэтому решили собраться и обсудить результаты разведки втроём: Арен, Егор и Гури. Собрались у Арена в командном центре диспетчерского модуля.

— Предлагаю пропустить по сто грамм «планетарки», — начал разговор Арен. — Новости у нас отличные, и можно это дело обмыть.

— Не возражаю, — поддержал диспетчера техник.

— Я выпью «Гроха», — Егор не был настроен на выпивку, но отказываться тоже не стал. — Я и вам рекомендую по сто грамм «Гроха», идёт лучше, чем «планетарка».