Владимир Лавров - Волд Аскер и блюз дальнего космоса

— Нужно. Потом мне покажешь, чему научилась.

— А сколько я могу денег потратить?

— Сколько нужно. Нам власти на ознакомление выделили довольно большую сумму игровых денег, используй.

Ближе к трём ночи Алуки вытащила из-под моей головы учебник экономики. Я заснул примерно на десятой странице.

Поутру явилась представляться комиссия, которую власти собрали для взаимодействия с нами. Я был приятно удивлён. Я ожидал увидеть пожилых напыщенных сановников, озабоченных только постановкой подножек политическим конкурентам, а увидел неплохой набор специалистов. В основном, довольно молодые люди. Философы, экономисты, финансисты, психологи, инженеры, даже одного программиста прислали. Парень до этого занимался разработкой систем искусственного интеллекта, точнее, "милых зверюшек" нового поколения, и совершенно не понимал, зачем его включили в набор. Впрочем, один пожилой сановник в комиссию всё же вошел, но уже по его первым замечаниям я понял, что дядька обладает острым умом и в команде совсем не лишний. А может быть, даже и лучший.

Вместе с программистом пришел человекообразный робот, оформленный под низкорослую девушку. Робот сел в сторонке и внимания до конца дня не привлекал.

Комиссия ввалилась как раз тогда, когда мы завтракали. Всю свою команду (включая монахов) я усадил завтракать приказом. Они пищали и просили "ещё чуть-чуть поработать". Я их "чуть-чуть" знаю прекрасно, оно вполне может растянуться на несколько суток. Всю ночь они "изучали виртуальные реальности", не сомкнув глаз, и теперь едва не сползали на пол со скамеечек (местные сидят по-собачьи на маленьких скамеечках). Комиссия застала нас тёпленькими — я ещё не проснулся, команда уже засыпала.

После завтрака я услал всю банду спать. Со мной остался Суэви. Он спит разными половинами мозга поочерёдно. Теперь игровую он усыпил, а философскую пробудил. Серьёзные дядьки были удивлены, что я остался общаться один, но возражать не стали. Дракона они сочли экзотической наплечной птицей.

Власти просили нас помочь по целому ряду направлений. Во-первых, у них свирепствовал затяжной экономический кризис. Целый ряд производств уже остановился, и слишком большой процент людей перешел на минимальное обеспечение за счёт государства. Во-вторых, они наблюдали усталость от жизни и нежелание жить у многих простых людей. В-третьих, их беспокоила ситуация с виртуальными реальностями. Они подозревали, что в результате неправильных решений они разрушают психику. И все эти ответы они хотели получить от нас немедленно.

Я начал задавать вопросы. Во-первых, я спросил, нельзя ли отменить институт рабов. Пожилой чиновник — теперь его должность именовалась "Глава комиссии по связям с космическим разумом" — довольно мрачно сообщил, что им самим это учреждение не очень нравится, поскольку оно в значительной степени подрывает высокие моральные нормы их цивилизации, но поделать они ничего не могут — в противном случае всех детей "сверх лимита" придётся просто убивать. Как раз пример тех детей, которые попали в рабы, должен удерживать родителей от поспешных поступков.

Я спросил, нельзя ли отделить игровые деньги от реальных. Чиновник ответил, что они пытались это сделать три тысячи лет назад, но целый ряд предметов и преимуществ в виртуальном мире настолько вожделенны, что люди всё равно находили способы обменять одно на другое. В настоящее время это вообще невозможно — от трети до половины трудовых ресурсов планеты заняты обеспечением виртуальных реальностей, а многие из этих людей получают деньги за услуги прямо в виртуале. При этом услуги могут быть самыми разнообразными — от трёхмерного дизайна до помощи в прохождении некоторых игр способом составления компании, многие зарабатывают тем, что составляют свиту.

— Составляют свиту? — удивился я.

— Да. Для подчёркивания важности богатого игрока. Просто ходят следом. Те же рабы, по сути, только их функции выполняют свободные люди, — пояснил чиновник, — рабов для этой цели считается покупать непрестижным, слишком дёшево. Кроме того, некоторые составляют свиту только несколько часов в неделю, а в остальное время занимаются чем-нибудь ещё. Я сам так студентом подрабатывал.

— А, — сказал я.

— Не удивляйтесь этому и не думайте, что мы развращённая нация. Мы нация с очень высокими моральными стандартами. Дело в том, что производительность труда у нас слишком высока. Весь тот набор продуктов и изделий, которые необходимы для выживания нашему населению — тому, которое ещё может выдержать планета — могут произвести десять процентов трудоспособного населения. Чтобы не допускать появления большого количества безумных паразитов, мы стараемся привлечь к работе как можно большее число людей. Увеличиваем сроки учёбы до двадцати лет. Уменьшаем рабочее время. Стараемся найти такие промыслы, продукты которых будут востребованы всеми и займут как можно большее количество людей. Виртуальные реальности, человекообразные роботы в этом плане — очень удобное средство. Они позволяют дать многим людям умное занятие, в некоторой степени — обучающее занятие, и при этом не очень нагружают ресурсы планеты. Сидят люди, занимаются друг другом, а за право доступа к забаве мы можем организовывать их на некоторые общеполезные действия. Но этот ресурс небеспределен. Люди перестают покупать и использовать новое тогда, когда у них просто не остаётся времени на новое, а старое всё ещё вызывает восторг.

— То есть у вас экономический кризис потому, что люди просто не успевают потребить то, что вы произвели?

— Грубо, но по сути правильно.

— Падение астероида вам бы помогло. Шутка.

Комиссия дружно рассмеялась:

— Да, помогло бы. Подобный вариант — искусственных бедствий — рассматривался, но мы от него отказались по причине избытка страданий.

— Я за вас рад. Насколько богаты у вас богатые люди?

— Формально разница в доходах очень сильно ограничена. Высший управленец не имеет права получать зарплату больше, чем в три раза отличающуюся от самого низкооплачиваемого сотрудника. Однако, из-за того, что все жизненно важные товары — из-за перенаселения — стоят слишком дорого, разница в остатке после оплаты еды и других жизненно важных надобностей может составлять многие десятки раз. Кроме того, многое зависит от того, сколько людей в семье работают. В итоге одним еле хватает на жизнь, другие способны купить несколько рабов. Ещё очень многое зависит от успехов в игровых мирах. Люди, которые имеют несколько замков или другой игровой собственности, доставшейся им от предков, могут на несколько порядков быть более богатыми, чем управленцы высшего уровня. Мы пытались с этим бороться, устанавливали налог на наследство, иногда даже просто отбирали, но это только осложняло ситуацию. Тысячу лет назад мы от этого отказались.