Маргарет Дэвис - Космический десант

— Если мне что-нибудь будет нужно, я попрошу, — пообещал Лукас, стараясь по возможности четче выговаривать каждое слово.

— Отлично, я вернусь после прыжка, — Майклсон взял наполненный кровью шприц и направился к выходу.

— Попытайся уснуть, Лукас, добавил он, выключая свет. Он шагнул через порог, и дверь за ним закрылась.

Лукас натянул одеяло до самого подбородка и смежил веки.

Если мне что-нибудь будет нужно, я попрошу, мысленно повторил он, прекрасно зная, что не попросит. Но не собственная ложь беспокоила его, а последний взгляд на него Майклеона. Понимающий взгляд. Майклсон понял, что он, Лукас, лжет.

Джон Роберт развернул кресло второго пилота, тяжело опустился в него и повернулся лицом к пульту управления. Пробежался глазами по ряду мягко мерцающих дисплеев, считывая показания о координатах корабля, его курсе и скорости, а также о состоянии систем жизнеобеспечения звездолета.

Он слишком много времени проводит на капитанском мостике, виновато подумала Кайли. При жизни Джона-старшего брату требовалось несколько минут, чтобы разобраться во всей информации, а сейчас оказалось достаточно практически одного взгляда.

— Извини, я задержался, — сказал он. — Лайа уже приносила тебе обед?

— Нет.

— Еще успеешь что-нибудь приготовить. Ступай. Я справлюсь пока один.

— Я потерплю.

— Кайли, тебе нужно поесть, — покосился он на сестру.

— Позже, после прыжка… До него осталось слишком мало времени.

— Тебе может быть нехорошо.

— Я знаю, что делаю.

— Да? А вид у тебя такой, будто ты вот-вот грохнешься в обморок. Голодание не приведет к добру.

— Джон Роберт, прекрати! — рявкнула она и тут же пожалела о своей вспышке.

Прости, — вздохнула она. — Не следовало мне орать на тебя. Ты прав, я устала. Но не больше, чем ты, так что не указывай мне, что делать. Я пообедаю позже, после прыжка.

Просмотрев данные, отображенные на навигационном графопостроителе, она нажала на клавишу приема, вводя время прыжка и координаты в главный компьютер корабля.

Звездолет быстро набирал скорость, готовясь к субпространственному переходу. Палубы и корпус вибрировали с легким жужжанием: «Галактика Виддона» как бы собиралась с силами в ожидании могучего толчка. Желудок Кайли сжало спазмом от нарастающего волнения и напряжения.

Она старалась контролировать свои эмоции, спрятав их под внешним спокойствием, но они рвались наружу, заставляя ее забыть на время о годах нудной повседневной работы, о долгих, скучных часах бессонных вахт, о постоянных проблемах с деньгами. В последние, предшествующие прыжку мгновения, когда подвергалось риску самое дорогое, что есть у человека — его жизнь, Кайли охватывало какое-то радостное и вместе с тем отчаянное возбуждение, ради которого стоило терпеть всю скуку обыденного существования. Кайли никогда и никому не признавалась в том, что в такие моменты, ощущая скорость и мощь управляемого ею корабля, она испытывала чувство сродни оргазму.

— Десять минут до перехода, — объявила она по интеркому. — Холли, ты готова?

— Да, Кайли, — ответила молодая женщина. Интересно, а она чувствует что-либо подобное?

— Лайа? Риз? Готовы?

— Готовы, Кайли, — отозвался Риз. В голосе его не угадывалось признаков волнения, что было в порядке вещей. Риз никогда не выказывал эмоций, даже во время наиболее горячих семейных споров.

— А что Лукас? — поинтересовалась она у Джона Роберта, отключая интерком.

— Спит, — бросил Джон Роберт.

— Как он?

— Думаю, ему уже лучше, хотя температура еще держится. Я взял у него кровь на анализ.

— Поэтому и опоздал?

— Да. Прости, Кайли, — извинился он. — Я знаю, ты хотела немного отдохнуть перед прыжком.

— Ничего, переживу, — повела она плечами. — Он скоро поправится?

— Надеюсь, что да. Я так и не обнаружил каких-либо серьезных дисфункций организма. После перехода введу данные с анализатора и биосканнера в главный компьютер для окончательного диагноза, но я по-прежнему считаю, что наш пациент страдает больше от переутомления, нежели от какого-то заболевания. Несколько дней отдыха, и он придет в норму.

— Скажи откровенно, Джон Роберт, ты все же думаешь, что я допустила ошибку, предложив ему место на борту «Галактики»? — спросила Кайли, избегая смотреть на брата..

Тот довольно долго молчал, прежде чем ответить.

— Не знаю. Но я почему-то уверен, что он будет выполнять твои приказы и неплохо справится с работой. Полагаю, насчет этого можешь не беспокоиться. По-моему, он слишком горд, чтобы выставить себя в невыгодном свете, но…

— А, значит, какое-то «но» все-таки есть? Джон Роберт помедлил, — потом вдруг выпалил: — Он напуган, Кайли, напуган до смерти. Я не знаю, чем, но что-то вселяет в него ужас. И что еще хуже, он отказывается признать, что он чего-то боится. Боюсь, он не признаётся в этом и самому себе…

— Может, он не в ладах с законом?

Джон Роберт задумчиво покачал головой.

— Нет, здесь не то. Чувствуется в нем какое-то… благородство, что ли. Сомневаюсь, что он совершил что-либо противозаконное за свою жизнь. В этом смысле он напоминает мне Джона.

— То есть сохранение своей целостности и честности для него важнее, чем выживание?

— Точно.

Руки Кайли непроизвольно напряглись. С Джоном-старшим не так-то просто было ужиться даже в лучшие времена. Его порой болезненная гордость и кристальная честность не делали жизнь близких более легкой.

— Ну, если он боится не закона, тогда чего же?

— Если бы я знал.

— Но ведь он боится?

— Да.

— Следовательно, страх делает его опасным, — заключила Кайли, проклиная себя за то, что не прислушалась к предостережениям брата с самого начала.

— Верно… однако, с другой стороны, если он так сильно напуган, то, возможно, он постарается избегать других неприятностей. Я хочу сказать, будет работать как можно лучше, дабы не навлечь на себя подозрений.

— Такой вариант меня вполне устроил бы.

— Меня тоже. Но в таком состоянии он может оставаться, лишь держа под контролем свой страх. Если же страх этот будет нарастать, или у Лукаса иссякнет энергия для его подавления, нельзя исключать вероятность срыва.

— Или взрыва?

— Или взрыва, при определенных обстоятельствах.

— Когда? В ближайшие дни? Или часы?

— Нет, вряд ли. Но нам лучше держать ухо востро.

— А как вам себя вести с ним?

— Прежде всего, не давить на него. Не задавать слишком много вопросов и не волноваться, если он пожелает уединяться в свободное от работы время.