Стив Паркер - Сражения Космического Десанта

— Капитан Фишер, говорит Верховный магистр Драйго. Телепортируйте меня обратно на «Месть».

Секунды спустя лидер Серых Рыцарей материализовался среди Очистителей и Паладинов. Картина, представшая перед ним, несколько отличалась от того, что он видел, перед тем как покинуть это место. Шум битвы поутих, единственными звуками были шипения огнеметов, поливавших струями прометия останки демонов. Портал закрылся, и на нижних палубах воцарилась атмосфера относительного спокойствия. Некоторые конструкции все еще несли на себе следы инородных тел, но теперь, по крайней мере, их можно было отличить друг от друга. Палуба наполнилась радостными голосами, когда Серые Рыцари увидели, что их командир жив. Новость быстро распространилась по всему кораблю, и с каждым радостным возгласом Драйго ощущал теплоту и искреннее облегчение, исходящие от его братьев. Даже члены Крыла Смерти уважительно кивали Верховному магистру. В его отсутствие на палубах появились другие подразделения Темных Ангелов, и среди братьев из первой роты можно было увидеть броню черного и зеленого цветов. Заметив группу их троих человек, общавшихся в темном углу, Драйго снял шлем и двинулся к ним. Один из воинов в синей броне, с аугментированным глазом, кивнул Драйго, после чего дискуссия прекратилась. Двое других Темных Ангелов — один в терминаторской броне Крыла Смерти, другой в стихаре, с двумя черепами на пиках, украшающих его ранец — повернулись, чтобы поприветствовать вновь пришедшего.

— Верховный магистр, — произнесла фигура в стихаре, висевший на плече искусно сделанный комби-болтер соприкасался с его бедром.

Его броня была поцарапана, а на левом наплечнике виднелись следы от удара цепным мечом. Рука десантника безвольно болталась, полоски крови протянулись вниз от бедра. Он выглядел так, словно пережил маленькую войну.

— Верховный магистр, — ответил Драйго.

— С братом Гавриилом ты уже встречался, это — брат Иезекииль из библиариума, — произнес Азраил, показывая бронированной перчаткой на облаченного в синюю броню Темного Ангела.

— Рад встрече, брат Иезекииль. Твоя репутация идет впереди тебя, — мягко отозвался Драйго.

Грубый аугментированный глаз зажужжал, фиксируя лицо Верховного магистра Серых Рыцарей.

— Как и ваша, лорд Драйго, — ответил Иезекииль, его взгляд на мгновение встретился с взглядом Азраила, и на лице мелькнуло подобие улыбки.

— Судя по твоему виду, твоим оружейникам и апотекариям предстоит тяжелая работа, — произнес Драйго. — Неожиданные неприятности?

— Неприятности никогда не бывают неожиданными, брат. Хотя я думал, что источник этих повреждений давно мертв.

Драйго на мгновение подумал о том, чтобы попытаться узнать больше информации, но понял, что его усилия будут напрасны. Даже у секретов Темных Ангелов есть свои собственные секреты.

— А что с тобой, брат? — продолжил Азраил. — На тебе также видны отметины боя. Гавриил поведал мне, что принц демонов решил присвоить тебя в качестве трофея.

Драйго бросил взгляд на поврежденный наплечник, на который указал Азраил. До этого, он не обращал на него внимание. Идеальный отпечаток кулака гиганта застыл на пластине брони.

— Я знал, что мой оппонент может быть жив, но все же надеялся, что он давно мертв, — произнес Драйго, повторив прием Азраила, дабы избежать ненужных вопросов. — Хотя, этот враг исчез, а день завершился нашей победой. Серые Рыцари благодарны тебе и твоим братьям за… своевременное вмешательство.

— Битва за систему Пандоракс может и выиграна, но война за Пифос только началась, — произнес Азраил, принимая благодарность Драйго. — Уверен, тебе и твоим братьям еще не раз представится возможность почтить обязательства перед нами.

Несмотря на то, что это не было сказано вслух, Азраил намекал, что теперь Серые Рыцари обязаны Темным Ангелам. Не желая провоцировать конфликт, Драйго откланялся и поспешил присоединиться к своим братьям.

Для тех, кто все еще оставался в живых на поверхности Пифоса, летящее тело казалось метеоритом, попавшим в атмосферу планеты. Шире Хаген, находившейся в кабине безжизненного «Сокола», казалось, что она заточена в крематории. Ее летный костюм начал плавиться, некоторые части одежды показывали все признаки начала возгорания. Во рту было сухо, голова плохо соображала из-за недостатка влаги и гравитации. Плюс ко всему за ней неотрывно следовал Хельдрейк, его мощные крылья были уже совсем рядом. Вспоминая то, что она выучила в первый день летной практики, и, добавив к этому знания, полученные за годы пребывания в корабельных барах, Шира боролась с силами, прижимавшими ее спину к креслу, пытаясь выбраться наружу. Наконец ей удалось приоткрыть окно и вытащить руку наружу. Она выругалась и резко одернула обожженную руку, корпус корабля был настолько раскален, что металл с трудом выдерживал такую температуру. Натянув рукав на обожженную ладонь, она снова попыталась вылезти из кабины, но раскаленный металл снова не позволил ей это сделать, все, чего она добилась — было возгорание ее рукавов. Потушив рукав о бедро, Шира стала искать выход из сложившейся ситуации. В противном случае, ее ожидало две судьбы: аварийное приземление без шансов выжить или смерть в демоническом пламени. Вокруг нее валялись бесполезные инструменты. И лишь одна вещь давала шанс на спасение. Вспоминая то, что она выучила во второй день практики и никогда ни с кем это не обсуждала, Шира попыталась сделать невозможное. Она опустила руку вниз под сиденье и нащупала выступ на верхушке рычага. Пластик вершины рычага был раскален добела, и его структура начала плавиться под воздействием сильного жара, но он все еще был работоспособен, а самое главное — соединен с закрылками. «Сокол» был одним из вариантов штурмовика типа «Гром», приспособленный для полетов в космосе, и их системы управления были идентичны. Руль управления в хвосте корабля был абсолютно бесполезной вещью в данной ситуации (хотя, если бы генератор был в строю, Шира могла бы им воспользоваться), как и катапультируемое кресло с парашютом (опять же, он бы сильно облегчил Шире жизнь). Однако на «Соколе» все еще оставалась спасительная нить, гидравлические закрылки. Шира узнала, как их правильно применять при «жаркой» посадке, от инструктора. В редких случаях, когда Имперскому судну приходилось совершать быстрый варп-прыжок, всем истребителям нужно было срочно вернуться на корабль, совершая посадку на полной скорости. «Жаркую» посадку. Эта практика сопровождалась риском, и даже опытные пилоты обнаруживали, что их истребитель сталкивался с другим истребителем. Одним из способов снизить степень риска, которому учил Ширу ее наставник, было использование закрылок при приземлении. В теории, этот прием должен был затормозить корабль, используя добавочное сопротивление. Несмотря на то, что это было давно, и Шира еще никогда не использовала этот прием в реальных боевых действиях, она решила ухватиться за эту соломинку. Оглянувшись назад, Шира увидела устрашающую форму Хельдрейка не более чем в ста метрах позади нее, с каждым взмахом крыльев монстр наращивал скорость. В течение нескольких секунд она окажется в зоне поражения, и тот жар, который она испытывала в настоящий момент, покажется Шире самым прохладным днем на Фенрисе. В следующий момент кабину накрыла белой пеленой, а от корпуса «Сокола» стали подниматься испарения. Шира попала в облако.