Анатоль Нат - Приключения Вехтора

Маня, проводив княжну долгим, задумчивым взглядом, медленно двинулась следом за ней, не обращая на окружающих никакого внимания.

— Как же так? — растерянно спросил Сидора доктор и перевёл взгляд на стоящего рядом мрачного Димона. — Ведь этих серебрушек мне не хватит даже для обратного проезда, — с тихим отчаянием в голосе, проговорил он, протягивая им на раскрытой ладони десяток мелких серебряных монеток.

— Как же так? — повторил он снова, посмотрев на них широко раскрытыми глазами. — Да за простой загородный выезд к больному аристократу платят не менее пары золотых, а тут всего десять серебрушек, — прижал он к груди судорожно сжатый кулак с гонораром княжны.

— Не расстраивайся, доктор, — хлопнул его Сидор по плечу, криво улыбнувшись. — Чего-нибудь, да придумаем.

— Что тут можно придумать? — тихо спросил его доктор, как-то обречённо посмотрев на редкие серебряные монетки, на раскрытой ладони. — Видимо я ошибся, и у неё действительно нет средств.

— Присмотри за ним, — бросил Сидор Димону, указав на обречённо стоящего на пристани, понурого доктора, — а я сбегаю за жемчугом.

Резко подхватившись и придерживая рукой болтающийся на боку топорик, Сидор побежал к отошедшей к лошадям Маше, уже что-то оживлённо и бурно обсуждавшей с Корнеем. Подбежав к ним, он ни слова не говоря, схватил Машин баул и стал судорожно и зло его потрошить, пытаясь вытащить что-то, спрятанное глубоко внутри.

— Сидор, — посмотрела на него Маня, округлившимися от удивления глазами, — ты что, больной? У тебя что? Никак лихорадка образовалась?

— Где он, — резко откликнулся Сидор, продолжая судорожно копаться в Машиных вещах и уставясь на неё злыми глазами.

— Кто он? — терпеливо, как с больным, поинтересовалась Маня, со всё возрастающим раздражением наблюдая, как Сидор, бросив копаться в её вещах, требовательно уставился на неё.

— Жемчуг где, спрашиваю? — нетерпеливо бросил ей Сидор, всё более раздражаясь от её непонятливости.

— А зачем он тебе? — удивлённо посмотрела на него Маня. — У тебя же золота полны карманы. Чай, не всё ещё спустили, что ты в покер тот выиграл.

— Доктору дать, княжна отказывается оплатить его услуги, — раздражённо откликнулся Сидор, бросив косой взгляд на прислушивающуюся к их разговору, стоящую неподалёку от них княжну.

— Да вот же он, — растерянно заметила Маня, ткнув пальцем в валяющийся прямо под ногами Сидора внушительный, чем-то плотно набитый мешочек.

— А, — облегчённо вздохнул Сидор, и судорожно развязав какими-то резкими, нервными движениями туго стянутую горловину, запустил туда сразу обе ладони.

— Думаешь, этого хватит? — тихо спросил он, постепенно успокаиваясь и аккуратно доставая из мешочка сложенные ладони с горкой отборного жемчуга.

— Да наверняка, — растерянно отозвалась Маня, бросив небрежный взгляд на жемчуг и посмотрев на княжну каким-то рассеянным взглядом.

— Однако, — медленно покрутил головой Корней, не сводя с мешочка с жемчугом потрясённого взгляда.

— Что, однако? — внимательно посмотрела на него Маня, зло прищурив глаза. — Жемчуга раньше не видал?

— Столько нет, — глядя ей прямо в глаза, спокойно ответил Корней. — А что? Мне в моём прошлом положении должно было видеть столько богатства? — спросил он, не отрывая взгляда от смутившейся под его прямым взглядом Маней, и резко развернувшись, отошёл к своей лошади, поправить что-то в идеально подогнанном снаряжении.

Продолжая как-то вяло ковыряться, и постоянно бросая в сторону Корнея виноватые взгляды, Маня даже не сразу обратила внимания на скоро подошедших Димона с Сидором, весело о чём-то балагуривших.

— Нет, вы бы только видели, — заорал издалека Димон, не успев ещё даже подойти вплотную. — Что за рожа была у нашего доктора, когда Сидор вывалил ему в ладони горсть жемчуга. Челюсть, прям до земли отвалилась, — продолжал радостно разоряться Димон, направляясь к своей лошади и не обращая никакого внимания на стоящую рядом потрясённую всем произошедшим княжну. — Всё пытался Сидору в ножки бухнуться, да я не позволил. Нечего нашего Сидора баловать, а то ещё зазнается.

— Тогда от наших запасов вообще ничего не останется, — возмущённо добавил он.

— Я эконом, — заявил Димон, вскакивая на лошадь и гордо подбоченясь. — Дохтур пытался вернуть половину, но я не дал. Нечего Сидора баловать.

— А чем баловать то, — тихо спросила Маня, глядя на Корнея виноватыми глазами.

— Кабы я знал, — озадаченно потряс свою шевелюру на затылке Димон. — Но нечего! — весело закончил он. — Сказано, нечего баловать, значит нечего.

— Сидор вообще, скупердяй, — возмущённо добавил он, — чуть не поддался на мольбы доктора. Хотел, было, его ограбить и забрать половину. Но я не дал, — гордо приосанился Димон.

— Ну, долго вас ждать, — нетерпеливо повернулся он к молчаливой компании. — Полдень скоро, а мы ещё эти грёбаные Речные Ворота Столицы не покинули. Ещё до стольного города, сколько добираться, а там ещё и до замка, а вы всё рассусоливаете.

— Но-о! — пихнул он бока застоявшегося коняки, вздёргивая высоко повод. — А! — радостно заорал он, обернувшись к компании. — Как я Сидора сделал! Жмота такого. — И подхлестнув лошадь, резко бросил её вперёд. Остальные молча последовали за ним.

Следующие полтора часа вся компания молчком следовала за далеко вырвавшимся вперёд Димоном. Наконец, Корней, не выдержав непонятной скачки, догнал его и поскакал рядом.

— Может, ты немного придержишь свой галоп, — Корней, придержал, бешено скачущую лошадь Димона, перехватив у него повод. — Что с тобой? — вопросительно взглянул он на Димона.

— Я её убью, — тихо ответил ему Димон, глядя на него бешеными глазами. — Такие твари не должны жить. Ей сломать человека доставляет какое-то удовольствие. Ты не видел его глаза, когда он держал десять серебрушек в своей руке.

Димон внимательно посмотрел ему в глаза и тихо, одними губами добавил.

— Корней, её надо убить.

— Потом, когда Маня поймёт что это такое, — серьёзно посмотрел на него Корней. — Сейчас не время.

Дальше ни уже не отвлекались на разговоры и очень скоро добрались до стольного города. Перед ним, рядом с въездными воротами бурлило небольшое торжище, и толпился народ.

— Здесь где-нибудь можно лошадей передержать, — с любопытством глядя на торг, поинтересовалась Маня у княжны, — чтобы нам не таскать лошадей до замка твоего дяди.

— Здесь, на торжище, только до полудня, — пояснила княжна. — Но зато, платить не надо. Если же на пару, тройку дней, то лучше всего в городе, — кивнула она на широко распахнутые ворота города.