Анатоль Нат - Долгое путешествие на Юг.

И ты мне можешь, что угодно говорить, но я хоть убей, не верю, что такие здоровые и так вовремя, и так регулярно из года в год на одном и том же месте повторяющиеся пожары, происходят по естественным, природным причинам.

Несколько лет подряд, на одном и том же месте, раз за разом возникают лесные пожары. Выгорела уже территория чуть ли не с Францию размером и конца края этому процессу не видно. И мне почему-то кажется, что кто-то специально выжигает леса в том краю. Самое логическое объяснение, что приходит в голову — этот кто-то пытается уничтожить все заросли дикой шишко-ягоды, какие только могут там быть. Давно пытаются, да не знают точного места. Вот и жгут всё подряд.

Или же, что тоже может иметь место быть. В том краю раньше было много мест где росла наша дикая ягода, до того как её принялись планомерно уничтожать. И мы наткнулись лишь на остатки былого богатства.

Кстати, местные лесовики подтверждают это мнение. Уж больно много странного в тех местах происходит. И не бывало такого раньше, чтоб леса так часто горели. И горельник этот чудовищный, и трупы ящеров, бывших Глав наших ящеровых кланов, что мы там так удачно нашли, тоже почему-то привязаны к тому же месту. И фальшивая амазонка эта, что так ловко ушла от погони, словно весь лес там знала как свои пять пальцев.

И если бы ты не сидел, запершись в своей долине, трахая своих баб как сексмашина, то ты тоже был бы в курсе всего этого. А так…, - с сожалением развёл он руками. — Девок твоих тоже, кстати, надо будет потом серьёзно проверить на вшивость.

— А Машка знает? — вопросительно глянул на него Димон.

— Я знаю, ты теперь знаешь, профессор знает, но тоже не всё. А вот Машке, говорить, пока не стоит. А то её опять переклинит и куда-нибудь не туда занесёт. Я до сих пор себе простить не могу, что так глупо повёлся на её уговоры и засветил наши рюкзаки с жемчугом перед городскими властями. Теперь чуть ли не половина нашего жемчуга уже перешла в чужую собственность, оставив нам лишь память. Да и к оставшимся крохам жаждущие потихоньку подбираются. Плюс сюда толком ни на что не пригодный банк повис у нас на шее, с которым лично я совершенно не представляю, что можно сделать. Да ещё с таким дурацким названием "Жемчужный".

Зато Маша теперь рулит, — громко расхохотался Димон. — И в Городском Совете заседает, чуть ли не каждую вторую пятницу, со значением надувая щёки и показывая всем, какие мы крутые.

— Мы? — Сидор, неверяще глядя на смеющегося Димона, ткнул себя в грудь большим пальцем. Лицо его сморщилось словно печёное яблоко. — Мы? — ехидно переспросил он. — Да мы никто и звать нас никак. Даже с каким-то мелким Наполеончиком Бугурусланом не смогли справиться. Шахту с изумрудами просрали? Просрали! Из-под носа считай, что у нас увели, а мы только клювом пощёлкали и облизнулись.

А кедровники? — раздражённо посмотрел он на Димона. — Ничейные кедровники, которые теперь приобрели своего законного хозяина — Бугурусланову банду. Это же вообще золотое дно. Ты видел, сколько они ореха этой осенью в том кедровнике набили? Ужас! Меня чуть кондратий не хватил, когда я увидал занятый ими подвал под башней, до потолка забитый здоровыми, туго набитыми мешками с кедровым орехом.

— Надо было зарплату вовремя платить, — сразу прекратив смеяться, сердито выругался Димон. — Сказал бы что делать, так я бы мухой слетал сюда, в предгорья. Заодно и долину эту твою посетил, посмотрел бы сразу на месте. И не хлопал бы сейчас здесь глазами, не понимая, что происходит.

— Ничего бы это не изменило на самом деле, — мрачно проговорил Сидор. — Не было бы этой, нашли бы сотню других причин. Лишь бы не отдавать найденного сокровища. И не отдали бы, не сомневайся. И ничего бы ты с этим не сделал, потому что зубов нет.

Армия нам нужна, Димон. Своя собственная частная армия, пусть и небольшая, но такая с которой будут считаться. А не десяток, другой сопливых необученных пацанов, которые только у нас и есть. Что толку, что мы пышно именуем их егерями? Что с того, что вооружаем дорогущими арбалетами, из которых они едва умеют стрелять? Зачем одеваем в непробиваемую бронь, которую они при первом удобном случае норовят скинуть с себя, жарко, мол. И над которыми все у нас в городе просто потешаются, как над потешным войском Петрушки, — выругался он.

Нужна пусть и небольшая, но зубастая, с реальным боевым опытом армия, как и у всех нормальных местных кланов.

Будет армия, будут с нами считаться. Не будет — так и продолжат регулярно обдирать. И сколько ты не колготись, ничего не изменится, пока окончательно всё не обдерут. Хорошо ещё если спасибо потом скажут.

Колотишься, колотишься, создаёшь материальную базу собственного благополучия, а Корнею всё пох…, - неожиданно зло выругался он. — Никак в игрушки свои со школой не наиграется. Великий Учитель выискался на нашу голову. Пришлось даже отдельную учебку заводить в стороне, на Ягодном острове.

— Ну, он то, как раз вроде бы и не против свою школу закрыть и сосредоточиться на наших внутренних делах? — Димон, перестав улыбаться, серьёзно смотрел на Сидора.

— А толку?

Хотеть то он хочет, созрел. Да ему уже не дают, слишком он многим оказался удобен в своём нынешнем качестве.

Ты обратил внимание? Стоило ему только попытаться распустить последних остававшихся у него в школе курсантов, чтобы наконец-то аккуратно, без скандала прикрыть свою школу, как ему тут же нашли новых учеников, которых он до того безуспешно выколачивал из Совета чуть ли не целых полгода? Тебе это ни о чём не говорит?

На коротком поводке нас тут держат. Чуть в сторону шагнём, так сразу одёргивают. А тут ещё сами, дурачьё, подставились с этими лошадьми, — сердито проворчал Сидор. — Так подставились, что теперь придётся год, а то и все два расхлёбывать, сидеть тише воды ниже травы, пока окончательно из этого лошадиного дерьма не выберемся.

Потому ни Машка, ни Корней не должна ничего знать из того, что мы там в твоей пещере напридумывали, — резко ткнул он в лицо Димона указательным пальцем, чуть не попав тому в глаз. — Учти это! Никому и ничего! Даже тебе я не всё, что задумал, сказал.

Так чтоб даже во сне я от тебя слова лишнего не слышал. И я не просто так застращал твоих девчонок всяческими жуткими карами, чтоб они и в мыслях не держали, даже случайно зайти в мой рабочий кабинет у тебя в пещере. Никто не должен знать, что мы там с тобой всю зиму и лето ваяли. Даже профессор! А уж тем более ни Машка, ни Корней. Никто!

Такого жуткого провала наших планов, как этим летом с лошадьми я больше не допущу. Всё было! И деньги были, и договорённости на покупку были, и по людям всё было договорено. Кто, что, чего, как… И по лошадям, и по станкам для будущего завода… Всё было на мази! — не выдержав, Сидор с чувством, от души выругался. — Даже бетонные фундаменты на железном заводе Лёха под будущее оборудование залил. И стоило только на месяц оставить Корнея без присмотра, да с деньгами, так он такого наворотил.