Стив Паркер - Сражения Космического Десанта
— Уверен.
Бриджстоун кивнул. Когда катаканский сто восемьдесят третий застрял на Пифосе по пути в Мальстрим, многие скептически отнеслись к идее командующего танковым подразделением Пита Бриджстоуна использовать зверей в качестве транспорта. Однако им не пришлось долго сомневаться, когда почти тридцать «Химер» и шагателей было потеряно в трясинах, и семьсот душ быстро пересмотрели свои прежние взгляды. Местная живность оказалась очень даже приспособленной к переноске больших грузов.
Даже если они не смогут обнаружить каровиса, охрану удвоят, а тяжелые болтеры на наблюдательных вышках не позволят животным и на двести метров приблизиться к городу.
— Вперед. Давайте поохотимся! — заявил Котчефф, один из охраны периметра.
Его пропотевшая бандана обтягивала лоб, а кожа головы блестела в тусклом свете позднего вечера. Он был обмазан защитной краской с головы до ног, как и его сослуживцы, а в руках покоилось лазган. Одна рука лежала на прикладе, готовая в любой момент привести оружие в боевое положение.
— Ладно, только без глупостей. Раз это — наш ужин, давайте насладимся процессом, — произнес Бриджстоун.
Несмотря на то, что у сто восемьдесят третьего было достаточно провизии на много месяцев вперед, и каждые несколько недель их запасы пополнялись с близлежащих сельскохозяйственных миров, катаканцы предпочитали настоящее мясо. Единственным источником мяса являлись хищники, на которых натыкались патрули. Если бы Бриджстоун смог заполучить мясо каровисов, в следующем месяце никому из его отряда не пришлось бы платить за выпивку. Шестеро катаканцев направились обратно к столице планеты, солнце медленно опускалось за их спинами.
Как и большая часть поверхности Пифоса, обращенная к суше сторона Атики, состояла из трясин и топей, откуда произрастали деревья с толстыми стволами, высотой в сотни метров, закрывавшие поверхность от лучей солнца. Бриджстоун и его люди были начеку, так как представители хищной фауны могли вынырнуть из тумана в любой момент, но и флора планеты таила в себе немало опасностей: вьющиеся, похожие на щупальца, стебли, луковичные коконы, растущие в основании деревьев, готовы были распылить споры от одного лишь прикосновения. Даже трясина сама по себе представляла опасность: вязкая поверхность могла поглотить неосторожного путника, химическая реакция между агентами в воде и воздухе превращали пар в кислоту, разъедавшую все, что попадало в радиус действия. Когда катаканцы возвращались в Атику по одному из проложенных маршрутов через трясину, что-то насторожило Бриджстоуна.
Каждый боец отделения выполнял определенные функции во время патруля. Бриджстоун следил за признаками кислотного пара: голые стволы деревьев, выжженная листва. Кимино следил за лианами и каждый раз «новичку», как его называли в отделении за достаточно короткий срок службы в пять лет, приходилось отстреливать очередную ветку-щупальце, пытавшуюся утащить арбозавра, вызывая раздражение остальных, считавших, что тот, таким образом, отпугивает их добычу. Зенс наблюдала за опасными растениями, пока Мак и Фьюри отслеживали след каровиса. Котчефф прикрывал тыл. Сто восемьдесят третий убивал время в ожидании транспортников, которые доставят их в реальные зоны боевых действий, а пока подобные занятия называли «мирное времяпровождение». Враги Императора не сидели, сложа руки, и подобная праздность могла стоить жизни. Многие из катакан, думая, что война пройдет мимо них, уже кормили червей. Командующий сто восемьдесят третьим, полковник Страйк по прозвищу «Смертельный», выживал в боях за Императора уже более десятка лет, не лелея подобных мыслей, и внушал это своим офицерам, которые, в свою очередь, вбивали эту мысль в головы своих подчиненных.
Удар вдалеке заставил всех насторожиться. Бриджстоун поднял руку, и отряд остановился. Бойцы направили оружие в сторону угрозы, готовые поразить первого, кто появится из джунглей. Мак проверил боекомплект своего тяжелого болтера, прикрученного к седлу. Через несколько секунд раздался второй удар, уже ближе к отряду.
— Звук раздается с того направления, — шепотом произнесла Зенс, ее полуметаллическая рука указывала влево.
Как один, стволы шести орудий повернулись в этом направлении. Сквозь туман было видно, как листья растений зашевелились, словно кто-то или что-то двигалось в зарослях. Оно походило все ближе и ближе.
— Не стрелять. Не стрелять… — голос Бриджстоуна был едва уловим в приближающемся шуме.
Что-то быстро приближалось. Двадцать метров. Пятнадцать. Десять.
— Открыть огонь! — крикнул Бриджстоун.
Его голос был заглушен крещендо выстрелов. Сконцентрированный огонь велся по области в несколько метров шириной, уничтожая все, что попадало в область поражения. Несколько мелких саурианов выскочило из травы и бросилось в рассыпную. Множество мелких четвероногих были ранены, но основная масса продолжала убегать из зоны поражения.
— Прекратить огонь! — приказал Бриджстоун, через несколько мгновений его приказ дошел до всех членов отряда.
Они опустили стволы и стали наблюдать за стайками животных, пробегавших между ног аброзавров в сторону зеленой полосы позади них.
— Мальки, — произнес Кимино, спешиваясь с аброзавра, чтобы подойти к одному из убитых зверьков. — Мало мяса, конечно, но если убить большее количество …
— Стой. От кого они убегали? — прервал бойца Бриджстоун.
Ему не пришлось долго ждать. Сопровождаемый убегавшими в панике мелкими грызунами, каровис выскочил из кустов и сбил Кимино брутальным ударом рогом. Голова несчастного еще не успела коснуться земли, как животное атаковало аброзавра Фьюри. Животное с грохотом упало на землю, сломав себе шею, но катаканец не пострадал. Он поднял лазган с земли и направил ствол в сторону каровиса. Фьюри нажал на спусковой крючок, но ничего не произошло. Он попытался еще раз, когда небо над ним стало черным, и огромная лапа, которая оставила след, нависла над ним для решающего удара.
Послышался грохот тяжелого болтера. Лапа каровиса взорвалась, забрызгав Фьюри кровью. Зверь взревел и неуверенно развернулся в сторону угрозы. Скорректировав угол атаки, Мак произвел несколько выстрелов в грудь твари, оставляя дыры в оранжевой шкуре каровиса и заставляя того рухнуть на колени. Животное снова попыталось взреветь, но его голос был заглушен огнем лазганов Бриджстоуна, Котчеффа и Зенсы. Разряды поражали уже образовавшиеся дыры в теле существа, сжигая внутренние органы.
Беспомощный каровис задыхался, но даже в последние минуты жизни его когти могли нанести серьезный урон. Избегая ударов поверженного животного, Бриджстоун достал свой боевой нож и всадил его в плоть каровиса, место, где соединяются позвонок с черепом. Когда командующий продолжил вводить лезвие глубже в мозг, он поймал на себе взгляд зверя. Там, где он ожидал увидеть первобытную ярость, Бриджстоун обнаружил страх. Взявшись обеими руками за рукоятку, он вдавил нож в плоть, забирая последние мгновения жизни зверя.