Стив Лайонс - Имперская гвардия: Омнибус

"Сила Императора будет со мной!" Стрек выплюнул кровь когда разрывные заряды вылетели из его пистолета, сотрясая руки и отбрасывая его назад. Чужак высоко прыгнул, уходя от выстрелов комиссара. Снаряды взрывались под крышей бункера, каждый всё ближе к молниеносному эльдар, плывущему по воздуху. Стрек упал в грязь, ослабевшие конечности били по земле, когда эльдар метнулся к нему, спаренные лезвия он держал над головой как матадор. Стрек толкнул дрожащего гвардейца к эльдар, и тот свалил его, даже не замедлившись. Выстрелы закружились вокруг панциря его противника. Стрек устремил молитву Императору.

Эльдар нырнул к Стреку, от его серной теплоты образовывался пар. Комиссар моргнул в ожидании боли. Большего времени и не потребовалось. Открыв глаза, Стрек посмотрел вверх и увидел дрожь смертельной судороги противника. Он висел на конце большого, грубого цепного меча. Выгравированные вдоль лезвия слова гласили: Катачан IV.

Лейтенант Лоунс, суровое лицо которого было покрыто потом, посмотрел вниз на комиссара: "Показалось, что вы были окружены".

ПОТРЕБОВАЛОСЬ НЕМНОГО времени, чтобы отнести мёртвых в укрытие и перегруппироваться в протекающем стальным бункере. Половина укрепления была разрушена, открывая одну сторону, и Лоунс приказал двум Бойцам Джунглей заблокировать этот проход любыми булыжниками, который они смогут достать и использовать так, чтобы их при этом не подстрелили.

— Почему они пропустили вас, лейтенант? — спросил комиссар Стрек, разглядывая Катачанского командира.

— Ложная надежда. Вы продержались долго, думая что вы будете спасены, — Лоунс продолжил перевязывать руку гвардейца. — Нас здесь всего пятеро. Недостаточно, чтобы вас вытащить.

— Мы обречены? Вот что вы думаете, лейтенант? — Стрек посмотрел в глаза Катачанца.

Лоунс встал и указал на столпившихся несчастных людей. — Нет, это то, что они думают, — Он усмехнулся комиссару. — Я бывал в ситуациях и похуже.

— Правда?

— Ну для начала это не тираниды.

Стрек повернулся спиной к Катачанцу и посмотрел через тёмное отверстие в стене бункера. — Я буду ждать до рассвета прежде чем скомандовать атаку. Мы будем сражаться здесь. Слава Императора поможет нашей борьбе.

— Они не позволят нам продержаться до рассвета. Они расстреляют этот бункер до основания, прежде чем позволят нам увидеть их позиции. Мы должны поставить ловушку, выманить некоторых и уходить отсюда. — ответил Лоунс. Комиссар повернулся к нему лицом.

— Вы думаете, что когда Великий Единственный сражался с предателем Гором, он предлагал создание ловушки чтобы "выманить" к смерти. С одной лишь волей он победил злодея, не просто трюками. Он не был…

Лоунс покачал головой. — Комиссар. Сэр. Я не подвергаю сомнению доктрину, скорее пытаюсь вытащить моих людей и вас отсюда живыми. Слава может подождать до следующего дня.

— Слава должна быть единственной целью каждого человека, каждый день. Его разум это храм, а тело — оружие на службе Императору.

Лоунс посмотрел на крышу, а затем на Стрека стальным проницательным взглядом. — Я очень не хочу говорить этого, сэр, но этот конкретный храм должен быть признан негодным — а у всего оружия Императора заканчиваются боеприпасы.

ПРИГОТОВЛЕНИЯ ЗАНЯЛИ всего несколько мгновений. Лоунс и его люди пробежались из бункера и обратно, пригибаясь к земле как крабы. Другие принесли детонационный кабель который они протащили по земле от сгоревшей огневой базы. Комиссар Стрек наблюдал за этим, выражение его гранитного лица было угрюмым. В голове он проиграл различные возможные действия. Из глубин памяти, в которые он не проникал несколько лет, он вытянул фрагменты доктрины и обучения, и прецеденты. Восстание на Утаре III, кровавое безжалостное подавление, Милость Императора для тех чьи разумы были смертельно утомлены. Стрек сформулировал, предусмотрел и подготовил суждение, тёмные глаза ничего не сказали бы тем, кто посмеет взглянуть комиссару в лицо.

Только один человек смог. "Комиссар, мы уже готовы, благодарение Императору", — прокричал Лоунс из ненадёжной позиции на крыше бункера.

Стрек встал сзади. Катачанцы на скорую руку установили несколько гранат в слабых точках в грудах щебня около внешних стен бункера.

— В том конце обшивка имеет двойную толщину, — сказал Лоунс, указывая. — Все люди там.

— Что именно вы предлагаете нам сделать, лейтенант? — спросил Стрек с насмешкой.

— Мы установили взрывчатку снаружи. Этот бункер сейчас одна большая граната, — Даже Стрек слабо вздрогнул при этом сравнении. — Всё что нам нужно это выманить их и позволить ей взорваться.

— Как вы предлагаете нам сделать это?

— Сдайтесь, — усмехнулся Лоунс.

— Ксеносы еретики известны тем, что не берут пленных.

— Вот именно.

— Я НЕ ВИЖУ их приближения. — Джунгли безмолвствовали в ярком свете рассвета.

— Ты не заметишь их, пока они не подойдут достаточно близко чтобы убивать. — сказал Лоунс тихо. Он продолжил смотреть наружу из бункера, прицел лазгана следил за молодым гвардейцем. Маленькая фигура перемещалась вперёд к краю зоны, свободной от деревьев и кустарника, нервно оглядывая всё вокруг.

— Они быстрые, сэр.

— Я знаю, сынок. Именно поэтому я послал тебя туда. Твои рефлексы заставили бы Департамент Муниториум рассмотреть твое направление на специальные тренировки. — Лоунс тоже нервничал. Он не мог разобрать никакого движения в слабом свете пробуждающегося дня.

— Вы так думаете, сэр? — Гвардеец опустил свой белый флаг на мгновение, когда оглянулся через плечо.

— Смотри в оба, солдат.

— Итак? — прозвенел голос Стрека в бункере.

— Пока ничего, комиссар, — Лоунс резко тряхнул головой, пот пропитал бандану и начал стекать в глаза. — Напряжённо, не так ли?

— Вы должны быть уверены, что ваши люди готовы, а я позабочюсь о своих. — Стрек повернулся к нему спиной и зашагал к своей свите.

Лоунс двинул рукой и три оставшихся Бойца Джунглей поползли вперёд, пригибая головы. "У нас есть сюрприз, — прошептал Лоунс своим людям. — Может быть нас и превосходят численностью, но мы бывали в гораздо худших ситуациях и выжили. Пройдите через это и я попробую сделать так, чтобы нас направили в Сегментум Солар, поближе к дому".

Голос Стрека звенел в бункере, когда он шёл вдоль линии нервничающих имперских гвардейцев. "Страх — удел слабых и недостойных. Нет никакой славы для тех, кто побежал из битвы или не может поднять оружие в гневе. Те, кто придёт после вас, будут помнить этот день, если вы будете драться с доблестью. Нас превосходят численностью — этой планете предназначено быть взятой. Здесь слишком много непристойных врагов Императора и слишком мало его слуг, — Стрек вынул копию Имперских Законов из пальто. — Я твёрдый человек но я даю вам моё благословение потому что это того стоит. Для каждого потерявшего…"