Сара Коуквелл - Архитектор Судьбы

— Я думал об этом, — признался Кир. — Полагаете, это возможно?

Колофон пожал плечами:

— Вероятность беспокоит вас?

Кир вспомнил пепел мертвого мира на своих пальцах.

— Да, особенно в свете последних событий.

Брови Колофона поднялись:

— Последних событий?

Кир нахмурился. Вторжения были только эпизодами внезапно вспыхнувшей войны вокруг Ока Ужаса. Вечно неспокойное место в последнее время стало средоточием всеобщей войны, войны, которую Империум мог проиграть. В нее были вовлечены силы нескольких орденов, и фронт расширялся.

— Вторжения из Ока, — сказал он, — появление «Проклятой вечности». Это стратегическая станция, сообщение об этих событиях должно было пройти через вас.

Колофон покачал головой.

— Это ретрансляционная станция: сотни моих коллег прослушивают космос на предмет сообщений, принимая их и передавая дальше за пределы досягаемости первоначального отправителя. Мы слушаем сообщения, которые проходят через нас, не более чем труба пробует воду, которая проходит через нее.

— Я считал, что как старший астропат, вы должны были получить сообщение о войне…

По лицу Колофона пробежали морщинки, когда он нахмурился.

— Нет, я просто занимаюсь потоком сообщений, а не их содержанием. Если кто и знает, так это Геката. Она, видно, сочла излишним сказать мне. Она наш главный сторожевой пес, наш «специалист по имматериуму». Почетная должность, хотя она ненавидит тот факт, что примарис должен сидеть здесь и следить за нашими менее одаренными душами. — Он фыркнул. — Никогда не догадались бы, не так ли?

Последовала пауза, и Кир собрался снова заговорить, когда старик, казалось, стряхнул с себя тревогу. Он немного натянуто улыбнулся и постучал тростью по полу.

— Давайте пройдемся, Белый Консул Кир Аврелий. Это полезно для моих костей и уменьшит ваши тревоги.

Колофон вышел, стуча кончиком трости. Кир пошел следом, размышляя над отголосками и сообщениями из неизвестного будущего.

Полковник Рихат никогда прежде не видел ангела смерти. Он был солдатом большую часть своей жизни, видел, как умирают люди — несколько пиратов во время зачистки приграничных миров, несколько дезертиров, — но никогда не участвовал ни в чем серьезнее перестрелки.

В своем старом полку он служил взводным офицером, хотя через несколько десятилетий понял, что повышение ему не грозит. Однажды полк был переброшен к Кадианским Вратам. Он находился в пути к месту несения гарнизонной службы на захолустном горнодобывающем мире и пропустил передислокацию. Рихат отстал, и поэтому его отправили в Геликонскую Гвардию.

Геликонская Гвардия представляла собой полк ветеранов, собранный из частей, понесших такие большие потери, что они не представляли больше боевой силы. После слияния солдаты отказались от прежних цветов и взяли бледно-желтые и красные для нестроевой формы и бронзовый для боевых доспехов. Большинство были из полков, сформированных в системах вокруг Ока: суровые жители ульев или отбросы общества с миров, где можно было увидеть свет Ока в ночном небе.

Рихат знал, что не имеет права на уважение со стороны мужчин и женщин, находящихся под его командованием. Должность досталась ему формально: по прибытии он оказался старшим офицером и поэтому получил ее. Он знал, что не был героем. Он делал все возможное и пытался опираться на тот опыт, что у него был. Но этот опыт не включал доскональное знание Адептус Астартес.

Его первой реакцией был страх. Когда противовзрывные двери станции открылись, Рихат почувствовал, как кишки завязываются в холодный узел. Дело было не просто в размерах воинов, не в том, что они были выше любого солдата, стоявшего позади него. А в том, как они двигались и смотрели на тебя. Он вспомнил, как ребенком увидел одного из ледяных львов домашнего мира. Зверь неслышно бежал по дороге в тундре перед их машиной. Его движения были медленными, под узорчатой шкурой играли мышцы. Лев остановился и посмотрел на них. Рихат взглянул в желтые глаза зверя. За секунду он понял, что смотрит в душу абсолютно равнодушного к нему существа, которое само будет решать: убивать или нет. Глядя в глаза Кира, полковник ощутил отголосок того воспоминания.

Второй реакцией было любопытство. Тот, кого звали Фобос, попросил показать станцию, и вот Рихат идет рядом с ангелом смерти по коридорам и колоннадам станции. Пока они шли, полковник не смог удержаться и взглянул на грубое лицо космодесантника. Он увидел сдерживаемую свирепость, нечто хищное в расположении глаз и бровей, и задумался, какая душа таится за этим лицом.

— Вас что-то беспокоит, полковник? — холодно прорычал Фобос.

— Нет, милорд, — ответил Рихат, тщательно стараясь скрыть свою тревогу.

Космодесантник заворчал.

— Фобос, полковник. Я — не милорд, а вы — командующий офицер. — Он обратил бесстрастный взгляд на Рихата. — Моего имени будет достаточно.

Рихат коротко кивнул, чего Фобос, казалось, не заметил.

Они свернули в широкий коридор, который тянулся внутри километровой ширины центрального комплекса станции. Стены из зеленоватой бронзы поднимались аркой к центральной балке, с которой свисали зажатые в орлиных когтях креплений люмосферы. Это был самый большой из центральных коридоров. Из него можно было добраться до любой части станции.

— Вы прежде не видели воина Адептус Астартес.

«Обычное утверждение», — догадался Рихат. Он не смог понять, что подразумевал Фобос. В его словах не было эмоций, по крайней мере, полковник не смог распознать их. Он увидел, как женщина в мантии шифровальщика посмотрела на Фобоса и перестала бормотать мнемонические команды.

— Нет. Я думаю, здесь немногие видели.

— Псайкер примарис, которую зовут Гекатой, она видела, — так же монотонно прорычал Фобос.

Рихат нахмурился. Казалось, Геката знала намного больше любого и никогда не стеснялась заявлять об этом. То, как псайкер говорила с космодесантниками в стыковочном отсеке, шокировало Рихата. Она словно презирала их.

— Возможно, — сказал он, покачав головой от мысли, что кто-то мог стоять лицом к лицу с этими созданиями и общаться с ними, как с малограмотными детьми. Но Геката именно так и поступила.

— Мы странно выглядим для вас?

Вопрос заставил Рихата заморгать от удивления. Он едва удержался от улыбки.

— Да. Честно говоря, да.

Фобос задумчиво заворчал, едва заметно кивнув.

— Ангелы смерти среди смертных.

— Да, что-то вроде этого. — Рихат нахмурился. На мгновение ему послышалось нечто нехарактерное для голоса космодесантника.