Алексей Завальнюк - Великий и Чёрный Инквизитор

Да, речь Хабека оказывала на людей какое-то странное влияние. Он воспевал её доблесть, воспевал отвагу и воспел её смерть. Инквизиторы сидели сжимая кулаки, Маги и Эмиссары смахивали слёзы. Я же слушал в пол уха, пока Хабек не перешёл к делу.

– Мы понесли огромные потери. Пятьсот отборных и хорошо обученных Инквизиторов, наших с вами товарищей и братьев по оружию, погибло в бою, а их тела гниют в подземелье Саргастора. Но я не собираюсь сдаваться и отступать. Довольно я слушал мелких просьб и вникал в дрязги Конклава! Завтра с утра я обращусь к самому Императору и попрошу его о поддержке. Мы соберем железный кулак из отборных воинов его величества Императора и Наказующих нашего Ордена и двинем его на Саргастор. Эту войну нужно закончить немедленно, пока у нас ещё есть время. Через несколько месяцев Саргастор полностью возместит свои потери, а вот тогда будет жарко, очень жарко, уверяю вас. Мы должны быстро, я повторяю, Быстро нанести удар и уничтожить подземные гнёзда захватив то, с помощью чего Нежить до сих пор засоряет наш мир. Конклав не будет кидать клич, но если Магические школы или Ордена Эмиссаров захотят поучаствовать и помочь Ордену, это не будет забыто в будущем. Сегодня я говорю это во всеуслышанье, чтобы потом никто не говорил, что Лидер Конклава лжец, или хитрая змея. Все кто хочет узнать подробности предстоящей операции сегодня вечером приглашается в зал городского совета, там будет объявлено решение. Я закончил!

После столь пламенной речи началась траурная церемония. Инквизиторы и младшие посвященные других школ встали на колени и затянули траурную песню. Ученики Ордена закрыв глаза начали читать молитву. А я наблюдая за ними вдруг тихонько засмеялся: – Интересно, а чтобы они сейчас почувствовали, знай они, что моя мать Жива?

– Что-что? Экзель, что ты сейчас сказал? – переспросил Нильсен, к нему потянулись мои друзья. Они услышали.

– Ладно, только тихо, – я медленно закрыл глаза и спроецировал на них свой сон как и на Литу утром.

– Экзель, а если это ловушка? – осторожно поинтересовался Рагнор.

– Возможно, брат, возможно. Сегодня ночью увидим. Хотя у меня есть ощущение, что моя мать придёт и это будет именно она, а не бездушная кукла.

Друзья не стали до меня докапываться, но тут же встал вопрос, что делать дальше. Траурные молитвы грозили затянуться до обеда, а сидеть три час и молить Богов за упокой души моей воскресшей матери казалось мне безумием. Выход из положения нашла Лита. Она закрыла глаза и взяла за руку меня и Джерома, тот взял за руку Нильсена, и так далее.

Мы погрузились в транс. Этому нас научил Крисстас. Со стороны казалось что мы молимся вместе с остальными, но на самом деле мы сейчас находились в ином пласте реальности наслаждаясь единением друг с другом.

Мы просидели так до самого обеда, выйдя из транса подчиняясь сигналу внутреннего будильника. Церемония уже подошла к концу, ученики и Инквизиторы покидали аудиторию. Только вокруг Лидера Конклава собрался узкий кружок из представителей Эмиссаров и Инквизиторов. Я дал знак друзьям отправляться обедать, а сам протолкался к Хабеку. Маги уже уходили, только одна из них, женщина в оранжевом балахоне пронзила меня странным взглядом и отправилась дальше. Возле Хабека остался только один Инквизитор, тот самый, со сломанной рукой. Лидер Конклава яростно отчитывал его и подойдя поближе я понял, что это связано со вчерашним происшествием. Мне стало по настоящему стыдно. Этот человек рисковал собой защищая мою мать, а я направил на него гнев Лидера.

– Простите меня, Лидер Хабек, я вам не помешаю? – спросил я вежливо поклонившись.

– О нет, Экзель, ты как раз вовремя. Я решаю как мне поступить с ними за столь вопиющее нарушение устава. Они ведь действительно были обязаны привести её в Орден, так как в её памяти храниться множество полезных для врага вещей.

– Лидер Хабек, я приношу свои извинения, но я был не прав, – я посмотрел на Инквизитора и отвесил ему глубокий поклон. – Сегодня ночью, мой милосердный Князь Тишины ниспослал мне сон, в котором мне была видна истинная картина произошедшего. Я приношу вам свои извинения, Инквизитор третьего ранга Кристофер Бэйрон. Вы рисковали своей жизнью пытаясь защитить мою мать, я этого не забуду. Лидер Хабек, они действительно сделали всё что могли.

– Ну если так, – Хабек мрачно усмехнулся. – Тогда и я прошу прощения за несдержанность. Вы свободны, Кристофер. Ты тоже можешь идти, Экзель.

На обед я опоздал, мои друзья уже ушли. Я быстренько перекусил и отправился искать Наставника, по доброй традиции столкнувшись с ним в дверях.

– Я за тобой пришёл, Экзель. Я хотел провести небольшой урок природного общения. Нам дано разрешение посетить Каредонскую рощу. – Знал я это место. Там обитали довольно дружелюбные феи и призраки Хранителей природы. Однако, я почувствовал себя разбитым и слабым, вчерашняя усталость вернулась.

– Простите, наставник, но я сейчас не в состоянии. Я хотел бы несколько часов вздремнуть, если вы мне позволите.

– Делай что хочешь, – Керин сердито нахмурился. – Какого дьявола в транс входил на погребальной церемонии? – Керин махнул рукой и отправился к ученикам, а я, кое-как доплёлся до своей комнаты и рухнул на кровать, моментально отключившись. Меня ожидало яркое пробуждение.

Крепость Князя Тишины. Внутри стен Абсолютного Молчания

А в крепости Князя Тишины в тот день было неспокойно. С того момента как Амиладжар Джемал вернулась к жизни, Князь вёл ожесточённый спор со своим незримым советником.

– Я волен выбирать, как мне следует поступать, Азраил! – эхо разносило могучий голос таинственного Князя и само Безмолвие было не в силах его заглушить.

– Мой Князь, это безумие! Вы позволили Экзелю поднять её с помощью этого мерзкого проклятого Орудия… Она способна погубить весь наш план. Амиладжар ослепла в жажде мести. Она служит не вам, мой Князь. Она служит своей мечте вонзить это… оружие в тело Сатурна!

– Довольно, Азраил! Я слишком долго ждал подходящего момента. О да, она действительно ослеплена, но она действует в точности так как Я этого хочу. Она привязана к своему сыну. Сегодня она вернётся к нему и с его помощью она приведёт Астах к процветанию, а Экзеля к власти, которая ему будет столь необходима.

– Идиотизм, – советник утратил всю свою почтительность. – Ну почему же ты до сих пор не взял в расчёт его родословную? Он Его сын и даже ты не в силах этому помешать. На нём то же самое проклятье. Он обманет твои надежды. Одумайся, пока ещё не слишком поздно. Мы всё ещё можем…

Князь Тишины уже не слушал своего советника. Он вызвал проекцию Экзеля и сейчас любовался своим спящим избранником.