Андрей Романов - И целого мира мало
- Сожми сильнее, я люблю тебя, и хочу, чтоб ты почувствовала мою любовь.
Тем временем моя рука вернулась назад такому теплому и отзывчивому лону, и продолжила свое сладострастное дело. Ууухх. Пожалуй, про "сожми сильнее" я погорячился, стоило мне прикоснуться к влажной плоти малышки и чуть надавить, как ее пухлая ладошка сжалась в кулачок, заставив меня застонать от смеси боли с удовольствием.
Помимо того, что я застонал, у меня еще и дрогнула рука, еще сильнее погружаясь в партнершу, от чего та сильнее сдавила кулачок, замкнутый круг. Но разрывать его не сильно-то и хотелось. Тем более что очень скоро по телу Юри прошла волна дрожи, она пронзительно вскрикнула и опала мне на грудь подрагивая всем телом от удовольствия. Тарелки и столик естественно при этом были опрокинуты на пол. Ручка, же девушки в первый момент, только сильнее меня стиснула, но почти сразу расслабилась, позволив и мне извергнуть из себя поток семени и блаженно развалиться на кровати, поглаживая пристроившуюся сверху малышку.
Юри, судя по ее милому сопению в районе моей шеи, настолько перенапряглась, что, достигнув, пика, уснула, и просыпаться не собирается. Будить, ее было жаль, но придется, мы все, же в больнице и риск случайного появления кого-либо сохраняется.
- Проснись красавица. - Зашептал прямо на ушко, для большей эффективности еще и покусывая это маленькое розовое чудо.
- Умур. - отмахнулась она левой рукой, правая все еще держалась за мою повторно готовую плоть.
- Юри, проснись... - Повторил я и потянулся к ее киске, раз уж на покусывание ушка она не реагирует.
И это сработало. Стоило моим пальцам прикоснуться к ее мокрым, и горячим губкам, как девушка дернулась, и завозила бедрами, пытаясь тереться о мои пальцы, и лишь после этого открыла глазки и посмотрела на меня.
- Синдзи? - непонимающе произнесла она, после чего видимо вспомнила, где находится, и что совсем недавно произошло.
Резко дернувшись, девушка приняла сидячее положение, при этом, не забыв вернуть себе обе руки.
- Уаааа... - простонал я, когда Юри с силой дернула меня за самое сокровенное.
- Син, прости, я не хотела... - сообразила девушка и, откинув одеяло, бросилась смотреть, что сотворила. - Покажи, я должна посмотреть. Ой, камера, я, мы... - Ударилась она в панику, когда до ее головки дошла очередная мысль.
Пришлось схватить ее, и крепко обняв впиться в губы жадным поцелуем, до тех пор, пока она не перестала брыкаться и не обмякла в моих руках, позволяя хозяйничать в своем ротике.
- Успокоилась? - Спросил я, прервав поцелуй, в упор, глядя в глаза девушки, так что наши носы кончиками касались друг друга.
Она не ответила, но, судя по эмоциям паниковать о том, что нас видели, она уже перестала, и скорее желала продолжить.
- Не беспокойся, камера все равно не работает, мне об этом Мисато, майор Кацураги сказала. - Обрадовал я Юри, и потерся щекой о ее щечку. - Так что нас никто не видел. - Чуть отодвинувшись, посмотрел на красавицу, и, дождавшись, когда в ее глазенках мелькнет отблеск понимания, я повторил поцелуй.
На этот раз Юри была куда активнее, и даже обхватила мое лицо своими ручками.
- Ой. Я испачкала тебя. - Заметила она, оторвавшись от моих губ. - Сейчас, надо вытереть, и рука у меня вся грязная.
- Грязная? Разве это грязь? Попробуй, это ведь часть меня, ты разве не хочешь попробовать ее вкус? - Подтолкнул я девушку, к альтернативному решению проблемы.
Она заколебалась, не слишком желая делать то, что я прошу, пришлось придвинуться ближе и засунуть руку ей между ног, проведя по ее киске, после чего с наслаждением облизав пальцы.
- Ну же, тебе понравится... - Подал я пример.
После такой демонстрации Юри медлить не стала и, зажмурившись, засунула в рот испачканные в сперме пальцы.
- Теперь на щеке, - продолжил обработку я, подставляя испачканную, ее усилиями щеку, для облизывания.
Маленький язычок, робко прикоснувшийся к коже, обжег меня бурей чувств, столько нежности было в ее движении. Пока малышка облизывала мне лицо, я быстро расстегивал пуговицы ее халата, желая дотронуться до вожделенного тела. Но, расстегнув халат, я вынужден был прерваться, поскольку Юри вошла во вкус и, вылизав мне, лицо настолько жадно вцепилась в губы, что все прочие мысли выветрились из головы, и я принялся отвечать на ее сумасшедший поцелуй.
- Любимый... - простонала она спустя пару минут, когда наши губы разомкнулись. - Мне никогда не было так хорошо...
Отвечать я не стал, а, воспользовавшись секундной задержкой рывком высвободил великолепную грудь партнерши с налитыми розовыми сосками и, не теряя времени, впился губами в наиболее сочный. Хотя вру, они оба были одинаково восхитительны, в чем я и убедился чуть позже, занявшись и второй пимпочкой.
Девушка громко вскрикнула, от неожиданности и страсти, а когда я ради интереса попробовал прекратить свое занятие и оценить выражение личика милой Юри, то почувствовал на затылке ее ручки. Недвусмысленно требующие, не отвлекаться на всякие пустяки и продолжать.
Мой язык описывал круги около твердой вершины соска, периодически останавливаясь, в эти моменты я охватывал губами заветную вишенку, щекоча самую ее макушку. Признаться честно я немного заигрался с такой приятной добычей и выпустил из внимания состояние партнерши, опомнившись лишь, когда ее тело скрутила очередная волна оргазма.
Юри безвольно опала на кровать со счастливой улыбкой на лице. Все бы хорошо, но вот растолкать её для продолжения уже не получилось, малышка выдохлась окончательно, а я можно сказать еще даже не начал. Переоценил я ее, но у меня есть оправдание в виде Рей.
Нет спустя полчаса, девушка проснулась, но эмоционально она была уже полностью выжата, и продолжать было бы... ну как с бревном...
Так что, полежав еще около часика в обнимку, слушая болтовню Юри о том, как она счастлива, что я обратил на нее внимание, и что она будет достояна моей любви. По пути, с признаниями вывалив на меня и все свои страхи и тревоги. Комплексов у девушки хватало, ей почему-то казалось, что она жуткая толстуха, и потому никому не нужна хотя она совсем не толстая, так слегка пышная. А тут появился я, герой, пилот, и совсем по-доброму к ней отнесся, короче влюбилась она бессовестно. А наша бурная ночь, пусть и проведенная мной с некоторыми огрехами, еще сильнее укрепила в ней это чувство, и несколько повысила самооценку.
Выслушав все ее признания, как ни как она мне тут душу свою, образно говоря, открыла, я подтвердил, что она просто чудо, что рядом со мной ей будет хорошо, и все в том же духе. После чего, убедившись, что сеанс излияния проблем завершен, и подруга успокоилась, готовая опять уснуть, пригревшись на моей груди, мягко намекнул на царивший в палате бардак, тем самым, переключив ее активность в иное русло.