Кристиан Данн - Бойся Чужого
— Господин, несмотря на силу духа, благословляющего эту винтовку, я боюсь, он не столь силен, как ауспики вашего шлема или войск тау. Если у них есть тепловизоры или другие хитрые приборы, они нас тут же обнаружат.
Аспидно-черные глаза задержались на нем, и Тэм подумал, что космический десантник был самой смертью. Единственным цветом, выделявшимся на белом алебастре его кожи, была тонкая красная линия — порез на челюсти, который раньше был открытой раной. Гесар заскрипел зубами в гневе.
— Ты будешь следовать приказам, гвардеец, и не станешь заставлять меня повторять дважды.
Тэм быстро кивнул. Последнее, чего бы ему хотелось, это привести Астартес в ярость. Среди них редко можно было встретить того, кто хотя бы захотел заговорить с простым солдатом вроде Тэма, но чтобы Астартес замедлялся, чтобы тот поспевал за ним, или позволял ему говорить с собой так, как говорил он… Тэм намеревался оставаться либо позади, либо бок о бок с космическим десантником, пока они не доберутся туда, где бы ни находился его полк, или пока они не смогут выбраться с этой планеты. Он также собирался делать все, чтобы Гесар оставался в хорошем расположении духа.
— Да, господин. Вы думаете, в этом секторе все еще есть имперские войска?
— Мы узнаем, только если найдем ферму и выясним, есть ли у них какая-то связь с остальным миром. Это аграрная планета: здесь большую часть года почти ничего нет, кроме навоза и растений. Холода, как правило, длятся лишь несколько недель. Большая часть фермеров их пересиживает и ждет, когда снова можно будет сажать. Тау поглощают своих врагов, втягивают их внутрь своей империи, а тех, кто не присоединяется по доброй воле, заставляют служить своей цели, своему крестовому походу во имя Великого Блага.
— Они транслировали передачи о нем перед тем, как приземлились. Это религия?
Гесар уселся на бревно и стал проверять запасную обойму к болтеру. Губы его двигались, беззвучно читая литанию, и он убедился, что оружие все еще действует безотказно. Под кожей перекатывались желваки — Тэм понял, что мужчина скрежещет зубами, подавляя гнев.
— Это, скорее всего, их система убеждений. Синекожие ксеносы всегда делают вокс-трансляции. Они клянутся, что не причинят вреда, и проповедуют нечто вроде терпимости. Они отравляют умы своей чужацкой ложью и пытаются обратить слабых духом в свою веру, на благо пришельцев. Порой трусы и предатели вносят свою лепту, и тогда у меня и моих братьев просто появляется больше целей для стрельбы.
Гесар вытащил кусок ткани и стал вытирать болтер. Творя молитву о верной руке, он несколько раз проверил ход патрона в патроннике.
Тэм должен был признать, что не столь же пламенно чтит Империум, как Гесар, но ведь все избранные для службы в Адептус Астартес с радостью посвящали себя Императору. Тело, душа и все, что есть между ними, преображались, дабы сотворить гибельных ангелов человечества. Взгляд, который бросил на него Гесар, как будто видел насквозь каждую мысль.
— Гвардия Ворона опустошает тебя; опустошает и заново наполняет Волей Императора. Она даровала мне уверенность. Эти твари говорят на нашем языке, набирают людей с десятков миров и платят ксеносам-наемникам, чтобы те воевали за них.
Тэм заговорил, когда Гесар вогнал обойму в гнездо и прикрепил болтер к поясу. В слабом свете космический десантник слился с фоном и стал подобен одной из множества теней среди деревьев.
— Скоро уже появятся звезды, господин. Как только солнце зайдет, я смогу подобраться к кромке леса и посмотреть.
Тэм мог с тем же успехом разговаривать с гранитной статуей. Космический Десантник представлял собой образец терпеливости и скрытого насилия. Он смотрел мимо Тэма, и то, что он видел в темноте, не было тем, с чем Тэм хотел бы встретиться лицом к лицу.
— Ты показал себя достойным слугой Императора. Собери все силы и мужество. Не позволяй ксеносам схватить тебя. Если это произойдет, то лучше нам обоим умереть, чем позволить себе угодить в их лапы.
Тэм бы яростно сопротивлялся, если б дошло до этого, но тау говорили, что любой, кто сложит оружие, будет с радостью принят как солдат, который будет воевать за нечто большее.
— Вижу, что ты думаешь. Даже при самом слабом освещении я могу видеть почти так же хорошо, как этот прицел. И со своим шлемом мог бы видеть лучше, чем прицел. Я знаю, что у тебя на уме. Ты не хочешь бросать оружие.
— Я не трус, господин.
В тусклом свете выделялись зубы Гесара. Над горами восходила восковая луна, и желтый свет придавал бледному лицу Астартес призрачный облик мертвой головы.
— Я говорю не о смелости; в тебе хватает стали, но ты не знаешь, что делают эти ксеносы. Тау распространяют ложь, но я слышал, чем они платят крутам. Люди, служащие им,— предатели, а тау столь же подлы, как любые другие чужаки, но круты — нечто иное.
— При всем уважении, господин, они умирают, как все остальные. Мне все равно, пошлют ли они за нами псов или явятся сами во всем своем уродстве. Я буду стрелять во всех, кто не носит имперской формы.
— Ты еще не понял, да? Я говорю о самоубийстве не из страха. Нет большего греха, который я могу измыслить, чем позволить себе попасться этим тварям. Ты не имеешь представления о том, что такое чужак. Есть причина тому, почему мы не терпим их существование. Они даже отдаленно не напоминают нас, они не думают так, как мы, и, сколько бы предателей не шагало в их рядах, их не заботит ничто человеческое.
Гесар говорил так тихо, как мог, но Тэм без проблем расслышал угрозу в его словах.
Гесар покачал головой и вздохнул. Холод продолжал усиливаться, и Тэм подумал, нет ли подогрева в броне космического десантника, и насколько хорошо она защищает его от стихий.
Должно быть, когда Гесар поступил на службу, космические десантники закачали в его вены теплоноситель. Тэм слышал массу историй о том, что входило в процесс создания Адептус Астартес. Они были воплощенной Волей Императора, и, что бы не сделали апотекарии с их телами, дабы сделать их заступниками человечества, это сделало космических десантников чем-то большим, чем просто людьми.
Они сдерживали Хаос за пределами Империума. Они встречались лицом к лицу с ксеносами, мутантами и любыми предателями или безумцами, достаточно глупыми, чтобы отвергать власть Верховных Лордов и Волю Императора. Тэм допускал, что, вероятно, Астартес не слишком высоко ценил простых ребят, служащих в Имперской Гвардии снайперами, но у Гвардейца Ворона не было особого выбора спутников на этой задрипанной планете.
Тэм оперся спиной о дерево и сполз наземь. Он поднял ружье и начал проверять режим ночного видения, когда Гесар вновь заговорил.