Энн Маккефри - Полет дракона

Лесса вспомнила слова Ф'лара о том, что жажда мести не может целиком наполнить жизнь. Как всегда, он был прав. Теперь она, Госпожа Вейра Бенден, последнего и единственного оплота Перна, понимала, что в жизни есть нечто большее, чем месть, вражда или ненависть. Попытка достичь невозможного — вот в чем смысл жизни! Достичь или умереть в борьбе. Она выбрала свой удел. Повелительница Вейра, подруга и помощница его вождя, способная влиять на события и судьбы людей в грядущие Обороты смятения и горя… готовая защитить Перн от смертельной угрозы… Да, такова её судьба, её предназначение. Её долг. Лесса подняла голову и, утерев слезы, прошептала слова прощания. Старый К'ган заслужил их.

Как и предсказывал Ф'лар, атака закончилась к полудню, и вскоре Рамота звонким криком приветствовала усталых драконов и всадников. Убедившись, что состояние Ф'лара не ухудшилось, что ожоги Ф'нора не слишком серьёзны и что Килара отослана на кухню предусмотрительной хозяйкой Нижних Пещер, Лесса занялась организацией ухода за ранеными и утешением страдальцев — как двуногих, так и крылатых.

С наступлением сумерек на Вейр опустилась тревожная тишина — время беспокойного отдыха тел и душ, обладатели которых слишком устали или были слишком изранены, чтобы разговаривать. Звук собственного голоса казался Лессе неуместно громким, когда она обходила вейры и составляла список раненых зверей и людей. К'ган оказался единственным погибшим, но ещё семь человек, получивших сильные ожоги, в течение несколько месяцев не способны будут встать в строй. Четыре дракона, жестоко исхлёстанные Нитями над Керуном, тоже не скоро поднимутся в небо.

Лесса пересекла дно чаши и стала медленно подниматься в свой вейр. Раздумывая, как сообщить Ф'лару эти печальные новости, она заглянула в спальню, но комната была пуста. Лесса прошла мимо Рамоты, уже погрузившейся в сон, и заглянула в помещение Совета. Тоже пусто. Озадаченная и слегка встревоженная, она сбежала по ступенькам в зал летописей и там нашла склонившегося над заплесневелыми пергаментами Ф'лара. Предводитель поднял измождённое лицо.

— Что ты тут делаешь? — удивлённо спросила Лесса. — Тебе надо как следует выспаться.

— Тебе тоже, — усмехнувшись, произнёс он.

— Я помогала Маноре разместить раненых…

— У каждого — свои заботы… — Ф'лар откинулся на спинку кресла, осторожно растирая ладонью повреждённое плечо. — Я не могу заснуть, — признался он. — Вопросы, вопросы… слишком много вопросов. И мне захотелось снова заглянуть в летописи. Вдруг…

— Найдёшь ответ? Ты надеешься на чудо? — воскликнула Лесса. Она пожала плечами. «Нелепость. Как будто летописи могут дать ответы на все вопросы».

Ф'лар снова улыбнулся, жестом предлагая ей присесть рядом.

— Мне нужно знать лишь одно — каким образом единственный, ослабевший Вейр может защитить Перн?

Лесса подавила холодную волну страха.

— Ты научился предсказывать время атак и можешь заранее спланировать оборону, — отважно заявила она. — Ты сумеешь сохранить драконов и людей… пока не подрастёт смена из выводка Рамоты.

Ф'лар насмешливо приподнял левую бровь.

— Будем честными друг с другом, Лесса. Это далеко не так.

— Но и раньше случались долгие Интервалы, — запальчиво начала она. — Перн пережил их — значит, мы тоже выстоим!

— Раньше Перн охраняли шесть Вейров. И за двадцать Оборотов до Прохождения производительность королев резко увеличивалась. И королев было шесть — а не одна золотая Рамота. Йора, о, эта ленивая Йора! Будь ты проклята! — Ф'лар вскочил и, отбросив со лба прядь чёрных волос, принялся раздражённо шагать от стены к стене.

Лесса разрывалась между желанием успокоить его и леденящим ужасом, вновь поднимающимся откуда-то изнутри, — ужасом, путающим её мысли.

— До сих пор ты не сомневался… — прошептала она.

Ф'лар стремительно обернулся к ней.

— Да, пока я не столкнулся с Нитями вплотную, не увидел их и не подсчитал число раненых! Время работает против нас. Пусть даже нам удастся посадить других всадников на свободных драконов все равно, мы будем вынуждены постоянно держать большие силы в воздухе… а нам ещё надо проверять почву. — Он заметил, что Лесса не до конца поняла последнюю фразу, и пояснил: — Завтра леса Нерата нужно обойти пешком. Неужели ты думаешь, что нам удалось перехватить и сжечь в воздухе все Нити?

— Пусть этим займутся местные жители! Не собираются же они отсиживаться в безопасности за каменными стенами, в то время как Вейр истекает кровью! Не на столько же они глупы и подлы.

Резким жестом Ф'лар оборвал её.

— Разумеется, холды окажут помощь. Завтра я собираю большой Совет — всех правителей холдов и главных цеховых мастеров. Но ведь нужно не только найти глубоко зарывшуюся в землю Нить — нужно её уничтожить! Огонь драконов хорош в небе и на поверхности земли — но не под землёй! — Об этом я не подумала… Но ведь существуют огненные ямы…

— Только на возвышенностях вокруг холдов, но не в джунглях Нерата и не на заливных лугах Керуна.

Лесса печально опустила голову.

— Я думала, что наши драконы — все, что нужно несчастному Перну для защиты от Нитей, — медленно произнесла она. — Наверно, я не слишком дальновидна…

— Есть и другие способы. — Ф'лар пожал плечами. — Или были. Они должны существовать! Я часто встречал упоминания о том, что холды создавали отряды, которые выжигали Нити. Каким образом — нигде не сказано. Наверное, тогда это было общеизвестно. — Он с отчаянием вскинул руки и вновь бессильно уронил их. — Даже пятьсот драконов не смогли бы сжечь все Нити, упавшие сегодня! И однако древние сумели сохранить Перн… Как?

— Север Перна, да… но не Южный материк. Ведь он необитаем?

— Сто тысяч Оборотов Южный материю никого не интересует, — фыркнул Ф'лар. Он с отвращением посмотрел на летописи, безмолвными стопками лежащие на длинном столе. — Ответ должен быть где-то там, в них.

В его голосе послышались нотки отчаяния. Очевидно, он винил себя в том, что не сумел вовремя извлечь из этих пыльных груд нужную подсказку.

— Даже те, кто их писал, не смогли бы прочесть и половины, — мрачно сказала Лесса — Пока нам больше помогали твои собственные идеи. Ты составил карты, отметил на них время атак — и смотри, как они выручили нас сегодня утром!

— Я слишком привязан к шкурам, да? — спросил Ф'лар. Странное выражение появилось на его лице — улыбка вместе с гримасой боли. Он осторожно потрогал рубец на щеке.