Стив Лайонс - Имперская гвардия: Омнибус

Мужчина снова сорвался в спринт, его ноги и руки стремительно замелькали, когда он ускорился. Пока он бежал по изогнутому коридору, его глаза осматривали стены и потолок, отчаянно ища лазейку для побега. Он пробежал еще тридцать метров, существо все сильнее наседало на него, затем он заметил открытый проход справа. Прыгнув через дверь, его глаза ухватились за запирающий механизм, который он шлепнул кулаком. С шипением начала стремительно опускаться противовзрывная дверь, но секундой позже, когда она была на полпути вниз, жестокий охотник проскользнул под ней. Он выпрямился в полный рот и встал напротив мужчины, его темные, чужеродные глаза смотрели со злобой.

Тот начал палить из пистолета в монстра перед собой и нырнул обратно к двери, перекатился на другую сторону и вставал на ноги. Через мгновение дверь с глухим ударом закрылась, запечатав ненасытного хищника. Глубоко выдохнув от облегчения, он услышал, как мощные конечности врезаются с другой стороны в дверь, прерываемые визгом, когда длинные когти распарывали металл. Шум бесполезной атаки прекратился через несколько секунд, замененный царапающим звуком когтей, удаляющихся вдоль бокового туннеля.

— Так желает Император, я тебя еще поймаю, — сказал он существу с другой стороны двери, криво усмехнувшись, потом развернулся и побежал обратно по коридору.

+++ Начинается операция Новое Солнце. +++

+++ С нетерпением жду встречи с вами. +++

Мы с Полковником подходим к огромному комплексу бункеров, четыре или пять здоровых модуля соединены закрытыми проходами. Люк, к которому он ведет меня, охраняется двумя полицейскими комиссариата, черные пластины их панцирей блестят от непрерывного дождя. Их полные отвращения взгляды жалят сильнее, чем холодный ветер и резкий дождь по голой коже, всецело давая понять мне о моем плачевном статусе. Мои зубы стучат от холода, мое обнаженное тело охладил дождь, мои ноги оцепенели от ходьбы по лужам и грязи глубиной по лодыжку. Половина моего лица покрыта грязью, после того как я недавно поскользнулся, а голени исцарапаны попадающимися наполовину утопленными мотками колючей проволоки. Я сильно сжимаю свою грудь руками, дрожу и пытаюсь сохранить хоть чуть-чуть тепла. Они следят за мной, пока Полковник отпирает замок люка, после чего взмахом приглашает меня внутрь. В нескольких метрах вниз по коридору слева от меня еще одна дверь и, подгоняемый жестом Полковника, я открываю ее и захожу внутрь.

На маленьких койках на другой стороне от двери находятся оставшиеся штрафники "Последнего шанса": Линскраг, Лори, Лорон и Кронин. Полковник поведал мне, что как раз после того как они оставили меня, Гаппо умудрился подорваться на плазменной мине, — тяжелая смерть, — его останки разбросало по огромной площади. Это было горько слышать, хотя я подозреваю, что Гаппо был бы рад такой смерти, потому что таким образом предупредил остальных об опасности.

Они изумленно пялятся на меня. Они и раньше видели меня голым, каждый день на корабле, во время очищающих процедур после ежедневных тренировок, по правде говоря, но я, видимо, совершенно потрясающе измазан.

— И Святой Фистин вышел к врагу без оружия и брони, — пошутил Кронин и они все радостно заржали. Секунду я стою оскорбленный, после чего начинаю смеяться вместе со всеми, осознавая, что, видимо, представляю собой особенно жалкое зрелище.

— Не совсем без оружия, — язвительно отшучиваюсь я, многозначительно глядя ниже своего обнаженного живота, получаю в ответ взрыв смеха.

— Ну, это скорее так, пистолетик, а не пушка… — с притворной тоской вздыхает Лори, вызывая еще один приступ охрипшего хохота. Пока мы валяемся от ребяческого смеха, я слышу, как за мной кто-то заходит и, обернувшись, обнаруживаю Полковника. Он несет свернутый боевой комбез, рубашку и бронежилет, и сваливает все это на одну из коек.

Позади него полицейский тащит пару ботинок и противоосколочный шлем стандартного образца, он добавляет все это в кучу.

— Поставить новые ботинки не на пол — это плохая примета, — говорю я уходящему полицейскому, но за темным визором шлема невозможно разглядеть его реакцию.

— Помолчи, Кейдж, — отвечает мне Полковник, кивнув головой в сторону двери, ведущей из комнаты бункера, — там помоешься и оденешь униформу.

За дверь находится крохотная душевая кабинка. В маленьком алькове я нахожу жесткую мочалку и бесформенный кусок пахнущего лазаретом мыла, и начинаю скоблить себя под прерывистыми струйками холодной воды, которая сочится из душа, когда я пару раз качну ручной насос.

Холодная, но чистая и взбадривающая. Я вытираюсь полотенцем и одеваюсь, снова ощущая себя человеком, впервые за прошедшие полутора суток с тех пор, как предпринял попытку вырваться на свободу. Полковник снова уходит, и пока я готовлюсь, остальные сидят погруженные в свои собственные мысли.

— Я знал, что ты не умер, — говорит Линскраг когда я заканчиваю, — но понял, зачем ты это делаешь. Извини, кажется, это не сработало.

— В любом случае, спасибо, — пожав плечами, отвечаю я, — хотя каким, черт, образом узнал Полковник?

— Когда мы добрались сюда, начали поступать какие-то странные доклады, — отвечает Лорон, сидящий на краю одной из коек и шатающий ногами над полом, — полиция сказала Полковнику, что патруль штурмовиков нашел уничтоженное в своем же лагере отделение вражеских лазутчиков, около трех километров от линии фронта. Никого не должно было быть в этой зоне, и Полковник сказал, что только ты можешь быть настолько туп, чтобы оказаться там. Он оставил нас здесь и отправился за тобой.

— Это ты убил это отделение, Кейдж? — спрашивает с порога Полковник, заставляя от неожиданности всех взглянуть на него.

— Да, сэр, — отвечаю я, садясь на пол, чтобы зашнуровать ботинки, — и рад, что так поступил, несмотря на то, что это помогло вам поймать меня. В противном случае, в том месте уже бы все кишело повстанцами.

Он просто кивает и что-то уклончиво ворчит.

— Я хочу, чтобы вы все познакомились с новеньким, — говорит он через секунду, отходя в сторону от двери и махнув кому-то на той стороне. Шагнувший через дверь человек завернут в темно-фиолетовую робу, эмблема черепа с шестеренкой вышита серебром на верхушке его капюшона, он мгновенно выдает в нем техножреца из Культа Механикус.

— Это адепт Гудманз, прибывший с мира-кузницы Фрактрикс, — представляет его Полковник, — чтобы уберечь вас от утомительных расспросов, я скажу вам, что он здесь за снабжение Имперским оружием пиратов, совершающих набеги на конвои Флота. Самое серьезное злоупотребление должностным положением, я уверен, что вы с этим согласны.