Майкл Стэкпол - Драконы во гневе
Резолют положил руку на плечо Скрейнвуду и почти шепотом сказал:
— Не гневите малый народец, Ваше Величество. Когда сприт смеется, всем вокруг хорошо, но когда он сердится, даже самые могущественные падут перед ним.
— Прочь, прочь, все прочь! — Голос Квика вновь стал прежним. Облетев комнату по кругу, он выпроводил всех.
Пери втиснулась вслед за Королем Августом, а Алексию прижало вплотную к Резолюту. Воркэльф открыл дверь и вытолкал Скрейнвуда в коридор. Как только все вышли из комнаты, Квик захлопнул дверь. Пери распахнула дверь в комнату Керригана, и вся толпа ввалилась туда. Первыми оказались двое стражников Скрейнвуда.
При виде паука, безжизненно свисавшего с потолочной балки, два дюжих гвардейца попятились назад, раскрыв рты от удивления. Спрятанный внутри крыши фрагмент Короны Дракона по-прежнему излучал свет, окрашивая всю комнату красным. Кое-где чернели пятна крови сулланкири.
Скрейнвуд продолжал тереть пострадавшую руку:
— Это он?
— Да. — Алексия подошла ближе к останкам сулланкири: не потому что ей сильно этого хотелось, а потому как знала, что Скрейнвуд будет держаться на расстоянии. — Мы думаем, что Кайтрин создала его из Азура Паука.
— Вор, значит, — Скрейнвуд посмотрел вверх. — А что он там сжимает?
Принцесса помедлила с ответом и взглянула на короля Августа. Правитель Альциды кивнул.
— Это часть Короны Дракона, Ваше Величество. Из Крепости Дракона ее привез Керриган Риз.
— Часть Короны Дракона находится — здесь, и никто мне об этом не сказал? — Пальцы правой руки Скрейнвуда сложились в кулак. — Я — король, а это — дело невероятной важности. Почему мне не сообщили?
Алексия вздернула подбородок:
— Информация была передана мне под строжайшим секретом. Я полагала, что чем меньше людей знают об этом, тем лучше.
— Я не люди, принцесса Алексия, я — король. — Встряхнув головой, Скрейнвуд указал пальцем туда, где был спрятан фрагмент. — Достаньте его мне!
Стражники переглянулись, кивая друг на друга. После некоторой заминки они вместе двинулись вперед так осторожно, словно шли по льду на реке Рейдо.
— Стойте! — Алексия остановила их взмахом руки. — Ваше Величество, на фрагмент наложены чары, чтобы предотвратить кражу. Они сумели остановить сулланкири. То же будет и с этими людьми.
Стражники сделали два больших шага назад. Скрейнвуд нервно теребил пальцами губу:
— Нет, нет, так не пойдет. Вы использовали меня! Вы все, вместе! Я не собираюсь это терпеть! Я вынужден изъять фрагмент Короны, чтобы быть уверенным, что он будет в сохранности.
Август покачал головой:
— Друг мой, не нужно считать созданную секретность оскорблением в твой адрес. Посмотри на ситуацию здраво. Принцесса Алексия совершенно справедливо заметила, что чем меньше людей знает о фрагменте, тем меньше шансов, что он будет украден. Теперь мы знаем, что ваш дворец не спасет вас от посещений сулланкири, так что осторожность была весьма кстати.
Правитель Ориозы посмотрел на Августа и сощурился:
— О, друг мой, это ты все неправильно понял. Именно этот фрагмент спровоцировал вторжение в мое королевство! Если бы я был в курсе, если бы я нес ответственность за сокровище, Норрингтон не умирал бы сейчас в соседней комнате! Принцесса не хуже меня знала, что она подвергает мое королевство опасности! Она столь же опасна для Ориозы, как и ее предполагаемый муж!
Алексия видела, как на лице Августа появляется безжалостное выражение. Король Альциды посмотрел мимо Скрейнвуда на двух его стражников:
— Вы свободны от своих обязательств. Приведите сюда Ворона.
— Одно движение, и вы мертвы!
У Августа заходили желваки:
— Ничего подобного он не сделает. Даю вам слово. Идите. Доставьте Ворона сюда.
Резолют внушительно выдвинулся вперед, а Пери многозначительно продемонстрировала когти. Это убедило обоих стражников покинуть своего господина.
— Вернитесь! Трусы! Не пройдет и недели, как вашу печень выклюют вороны!
Пери закрыла за ними дверь.
Август продолжил ровным голосом; каким-то образом ему удалось сдержать нахлынувшую ярость:
— Пойми одно, мой друг. Сейчас я нахожусь здесь и искренне сочувствую отчаянному положению Ориозы. Ведь я высоко ценю получаемые от тебя сведения о действиях войск Кайтрин. Однако в данный момент ее армия движется на юг и уже вторглась в Себцию. Если Мурозо падет, она направит войска в Ориозу, а затем и в Альциду. Я не стану сражаться с ней на моей земле. Я встречу ее в Себции или Мурозо. Или, если придется, в Ориозе. Одно слово, переданное по арканслате, и южная треть Ориозы — моя. Я могу отрезать Мередо от Бокагула, а потом биться с Кайтрин в северо-восточном коридоре. Кроклин обеспечит мне фланги.
Скрейнвуда била дрожь; его пальцы непрерывно теребили магическое кольцо:
— Ты угрожаешь моему народу.
— Нет, Скрейнвуд. Я угрожаю тебе. Потому что ты угрожаешь моему народу. Изволишь выслушать аргументы, или мне придется горько рыдать, рассказывая твоему сыну, что к всеобщей скорби сулланкири был еще жив и убил тебя? Я буду весьма красноречив, восхваляя твои великие деяния.
— Ты не можешь так поступить! Я — король!
— О, да, я знаю, друг мой. А я — твой друг. И я дам тебе шанс доказать, что ты тоже по-прежнему остаешься моим другом. — Август указал на паука. — Ты позаботишься о фрагменте Короны.
— Да!
От алчного шипения Скрейвуда у Алексии внутри все перевернулось:
— Сир, вы уверены, что это благоразумно?
Август кивнул:
— Взамен…
Скрейнвуд злобно прищурился:
— Взамен? Это же мое право!
— Право, которое не перейдет к твоему наследнику, Скрейнвуд — Король Альциды нетерпеливо вздохнул. — Ты передашь Ворона его жене и прекратишь преследовать его. Ты будешь сражаться с нами против Кайтрин. Тебе больше не удастся усидеть на двух стульях. Прошло то время. Ты примешь нашу сторону и станешь противником Авролана. У тебя нет выбора.
Скрейнвуд взглянул на фрагмент:
— Я не глуп, Август.
— Верно, но не так умен, как думаешь. Я предлагаю тебе сделку. Соглашайся — и мне не придется захватывать твои территории. Что скажешь, мой друг?
Скрейнвуд фыркнул:
— Согласен, друг мой. Но я это запомню. Вы получите Ворона, однако нужно будет соблюсти все формальности. Ты же понимаешь, верно?
Август кивнул:
— Да, понимаю.
Алексия недовольно нахмурилась: