Энди Смайли - Адептус Астартес: Омнибус. Том II
Храмовники быстро преодолели оставшиеся три километра. В десяти метрах от вершины холма они остановились и поползли к краю.
Моховое болото разрезало множество долин, глубоких и с крутыми склонами. Окружённые утёсами из серых камней, сверкавшими жилами кварца, они очень напоминали ущелья. Внизу бежали коричневые и быстрые ручьи. Редкие деревья теснились вокруг болотистой земли, прорезанной потоками, которые расширялись и углублялись ближе к лесу. Эта долина не отличалась от остальных.
Несмотря на раннее наблюдение питомцев ксеносов Чёрных Храмовников не обнаружили. Длинноногие и длиннорукие враги занимались своими непонятными делами. Лагерь состоял из трёх групп палаток, разбитых на редких плоских и сухих участках земли. Как и их питомцы ксеносы оказались насекомыми. Передвигались они на шести конечностях, если требовалось что-то сделать или нести, то использовали переднюю пару, чем-то напоминающую руки. На шеях виднелись багровые бородки. Кожа была гладкой и розовой в тех местах, где не становилась коричневой, соединяясь с природными роговыми пластинами брони.
— Мерзость, — сплюнул Парсиваль. — Таких выродков я ещё не встречал.
— О, — тихо сказал Браск. — А служишь ты в ордене давно и славно.
Парсиваль крепко двинул Браска локтем ниже наплечника, где руку не защищал доспех. Когда-то это были дружеские удары, но соперничество сделало их жёстче. Чем дольше Браск и Парсиваль служили в ордене, и чем меньше оставалось их собратьев-новобранцев, тем сильнее отличались их характеры.
— Тихо, — прошептал Аманд. — Сосредоточьтесь на задании или мой доклад вашим рыцарям не будет положительным. — Посвящённый осмотрел долину. — Неофит Лотик, — продолжил он. — Предоставь отделению хороший план действий.
— Убить их лидера и отступить, — немедленно ответил Лотик. — Нам приказали расстроить их ряды, а благодаря выгодному положению мы можем выполнить приказы и уйти, прежде чем ксеносы отреагируют.
— Вам приказали именно это, — сказал Аманд. — Ты слушал. Слава Императору. — Парсиваль не согласился. — Надо направить двоих из нас туда, — он указал на вершину скалы, которая простиралась над губой долины. — Одного туда и одного туда, — указал он на два других места. — Я предложил бы обойти долину сверху и напасть с двух сторон, но у них здесь много наблюдателей. — В центре лагеря стоял высокий столб. К нему были привязаны метровые ксено-птицы с надвинутыми на глаза капюшонами. — Мы рискуем обнаружить себя.
— Если скорость имеет значение, почему не напасть из одного места? — спросил Аманд.
— Мы заставим их растеряться. Они примитивны и плохо разбираются в огнестрельном оружии. Им будет тяжело определить наше местоположение, если мы рассредоточимся. Если одну из групп атакуют, то вторая поддержит её огнём. Мы сможем уйти, как только уничтожим лидеров. Это баланс между целесообразностью и совершенством.
Аманд поджал губы и кивнул. — Не самая глупая стратегия, неофит Парсиваль. И какая роль отведена мне?
Браск опередил напарника. — Ваша роль, брат, следить за Парсивалем и убедиться, что он не поскользнётся и не упадёт от волнения.
Посвящённый нахмурился. — Твой легкомыслие неуместно, неофит Браск. По возвращении ты подвергнешься дисциплинарному наказанию.
Улыбка Браска исчезла.
— Теперь возможно ты что-то добавишь по существу? Если нет…
— Есть, брат-посвящённый, я добавлю, — перебил его Браск. Аманд знаком велел продолжать. — Зона распределения огня Парсиваля подходит. Хотя я советую разместить вторую группу дальше по губе над долиной. Ксеносы быстро обнаружат нас, если поднимут птиц в воздух. Переместиться чуть дальше не займёт много времени. Я согласен с Парсивалем, что дальше нам лучше действовать разными группами.
— Итак, ты предлагаешь быть осторожнее?
Улыбка Браска вернулась. — Нет, я предлагаю перебить их всех!
— У нас другие приказы, — веско возразил Аманд. В его голосе чувствовалось приглашение не согласиться. — Их тридцать шесть, нас пять. Разве это хорошие шансы?
— Тридцать шесть мерзких ксеносов и пять Чёрных Храмовников, брат. Мы — передовая группа, отчасти действующая по собственной инициативе. Данная эскалация нашей цели уместна, учитывая обстоятельства, и выполнима.
Аманд кивнул. — Смотрите, наш языкастый воин может выставить себя полным дураком, но он обладает качествами истинного крестоносца. Если представилась возможность помочь исполнению плана Императора — мы должны воспользоваться ей.
— Безрассудство — черта дурака и приводит дурака к его награде — к смерти. Но мы не из робкого десятка. Если есть возможность атаковать и наступать без неуместного риска — наш долг атаковать. Таковы наши пути. Браск напомнил нам о них. Слава Императору.
— Слава Императору, — ответили остальные Храмовники, некоторые с большим энтузиазмом, чем другие.
Через пять минут неофиты заняли свои позиции. Они напряжённо ждали. Часто нетерпеливо переводя взгляд со своего сектора обстрела на место, где укрылся их лидер. Благодаря хамелеолину Аманд оставался не заметным на фоне вереска. Долгие минуты, затем часы жёлтое солнце мучительно медленно ползло по небу. Мелкие жалящие насекомые достали.
Когда солнце клонилось к западу, сияя за спинами Чёрных Храмовников, Аманд наконец-то отдал приказ открыть огонь.
Готовившие ужин твари оказались застигнуты врасплох. Первым выстрелил Парсиваль. Голова ксеноса дёрнулась назад, он полуобернулся и начал вставать, но подломилась левая нога. Дёргаясь, он свалился на тонкий торф. Выстрел из снайперской винтовки протрещал столь же тихо, как стук гальки и смерть сородича оставалась незамеченной в течение нескольких важных секунд. Раздражённый, что Парсиваль опередил его, Браск быстро прикончил двух врагов. — Он должен был начать с сокольничего, — прошептал он и выругался, что с его позиции нельзя было точно прицелиться в столь важную цель. К тому времени, как погиб второй из его врагов лагерь пришёл в движение.
Ксеносы метались в сильном волнении. Они схватили оружие — тонкие копья с каменными наконечниками и атлатли, а также несколько примитивных винтовок, которые изменнически поставляло Хамададское сообщество. Сокольничий сорвал капюшоны и отвязал своих подопечных, кое-кто из них успел подняться в воздух, прежде чем их хозяину наконец-то вышибли мозги. Птицы безошибочно устремились к позициям неофитов. Ксеносы последовали за ними, указывая на вершину холма и крича. Передвигаясь на пяти конечностях и сжимая в шестой оружие, они карабкались к космическим десантникам быстрее лошади.