Джеймс Барклай - Призыв мёртвых

— Ступай, Марк, приведи себя в порядок. Отнеси эти порошки Д'Алинниусу. А потом возвращайся во дворец. Я буду в саду генастро.

— Да, мой Адвокат.

— И вот что. Приведи-ка с собой маршала Конкорда.

859-й Божественный цикл, 24-й день от рождения генастро

Миррон уже бывала здесь раньше и видела, как река, покидая солнечную долину Иллин-Квист, уходит в недра горы, мир мрака, камня и ревущей воды. При этом воспоминании она поежилась. В ту пору ей было четырнадцать лет, и мечты еще не совсем покинули ее. На сей раз, однако, Харбан и его спутники повернули не направо, а налево, держа путь к Интен-Гор. И они стали первыми чужеземцами, получившими приглашение карку побывать в своем священном месте, что являлось и великой честью, и трагедией одновременно.

— Оно прекрасно, — промолвил Харбан. Его голос звучал тихо и благоговейно. — Огромная пещера и озеро, которое мы называем Вечной водой. В его центре находится остров, где наши предки построили Святилище Сердца. Они для нас так же важны, как воздух, которым мы дышим. Они управляют нашей жизнью и связывают нас с горами, воздухом и всеми созданиями, которые ходят путями живых и тоннелями мертвых. Каждый карку должен проделать этот путь, чтобы стать взрослым и быть принятым в свой род.

— То же самое ты говорил в прошлый раз, — припомнила Миррон.

— Те же самые слова, — подтвердил он. — Всегда одни и те же. Красота никогда не меняется. Во всяком случае, мы в это верим.

Лицо Харбана омрачилось, и Миррон захотелось обнять его. Но она сдержала порыв, поскольку это ничего не изменило бы. Они подошли к лодкам, которые должны доставить их внутрь горы. Узкие и крепкие, они были оснащены веслами и прочными, утяжеленными на концах шестами, чтобы отталкиваться от каменных стен и потолка, столкновение с которыми может стать смертельным. В путь отправятся все двести человек, пришедшие с Джередом, однако немногочисленные лодки возьмут на борт лишь часть людей, остальным придется добираться своим ходом, долгой и трудной дорогой. По правде сказать, во всей этой горной географии, с пещерами, тоннелями и ходами, Миррон не разбиралась и, когда увидела на склоне, примерно в сотне футов над ними отряд из девяноста солдат, уже шагающий по тропе, едва не пожалела, что не пошла с ними. Хотя прекрасно знала почему. Пеший переход займет не меньше целого дня, а карку ни в коем случае не хотели рисковать тем, что захватчики доберутся до сердца горы раньше ее.

— Ты готова к этому? — спросил Джеред, входя в первую лодку и помогая Миррон спуститься и сесть перед ним.

— Нет.

— И я тоже.

Харбан тяжело опустился на центральное сиденье позади них. Два гвардейца Восхождения устроились за спиной карку, еще один примостился у кормового шеста. Четыре таких же суденышка теснились рядом, вдоль берега. Воцарилась тишина, нервная и исполненная дурных предчувствий.

— Надо просто взять себя в руки, — пробормотала Миррон. — Я ведь уже плавала в этих пещерах раньше.

— Карку! — воззвал Харбан, после чего последовала быстрая череда гортанных слов, которых Миррон не поняла: ее знание языка оказалось недостаточным. Слова прозвучали как молитва, но утешения не сулили.

Лодки оттолкнулись от берега и направились вперед. Из-под теплых лучей послеполуденного солнца в стылый и сырой мрак.

Следующий вскрик Миррон потонул в реве выплеснувшейся через скальный порог воды и эхом отразился от стен, которые подступали все ближе и ближе. Джеред, сидевший в лодке позади нее, одной рукой держал женщину за талию, а другой, как и она сама, вцепился в канат, пропущенный с внутренней стороны вдоль борта.

Миррон скрючилась и старалась держать голову как можно ниже, но какая-то сила внутри ее заставляла смотреть вперед. Впрочем, как только они оказались ниже входа в тоннель, вокруг сомкнулась тьма, столь полная, что ей показалось, будто они погрузились в самые недра земли и никогда более не увидят света. Борта лодки дрожали и трещали. Она уловила обрывок крика и ощутила вибрацию предохранительных толчков шестами о стены, которых не видела.

Однако мало-помалу окружающий подземный мир выступил из непроглядного мрака в виде нависавших теней и смутных очертаний опасных остроконечных камней. С шумом и плеском лодки неслись по подземному руслу, разогнавшись до скорости, которую Миррон если и могла бы измерить благодаря своим способностям, то вовсе не хотела. Правда, она с замиранием сердца улавливала в воде под ними энергетические следы и не сдержала восклицания, ощутив на мокрой скале слабое свечение ауры каких-то растений. Жизнь была даже здесь.

Стремительный подземный поток бурлил и плескался о стены, смыкавшиеся порой так тесно, что лодки отделяло от них расстояние не больше ее роста. Высота тоннеля была и вовсе меньше роста сидящего Джереда, и она представляла себе, как низко приходится нагибаться казначею, чтобы не лишиться головы. На уровне реки вода обточила скальные стены до зеркальной гладкости, потолок подземного русла был шероховатым и неровным.

Женщина вскрикнула и низко пригнулась — при резком повороте налево, перед очередным нырком в глубины лодка пронеслась под торчавшим из потолка каменным копьем. В лицо лихо ударили пенные брызги, взор затуманился. Джеред крепче прижал ее к себе.

Лодка раскачивалась и подпрыгивала, как необъезженный скакун. Харбан ударил шестом влево, чтобы отгрести от водоворота, который в противном случае швырнул бы лодку прямо на острый скальный обломок, торчавший из стены как раз чуть выше планшира. Сердце Миррон ухнуло вниз, в желудке свернулся твердый, холодный ком, к горлу подступила тошнота. Ну вот, опять. Сейчас, чтобы привести организм в норму, ей очень пригодился бы Оссакер, но он далеко, очень далеко отсюда, в безопасном Эсторре. А еще Миррон был нужен Ардуций, он придал бы ей уверенности в том, что этот риск оправдан.

Попытку сосредоточиться на тех, кого она любила, бесцеремонно и безжалостно прервали очередной резкий толчок и дрожь, пробежавшая по дну лодки, которое в тот миг казалось Миррон тоньше листа пергамента. Ужасная реальность вернулась вместе с наполнявшим уши ревом воды и попытками удержать вместе разрозненные токи энергии ее трясущегося тела. Она почувствовал очередной толчок шестами, на сей раз о потолок, и лодка, резко крутанувшись налево, обогнула угрожающе торчавшую из воды голую скалу.

Тембр грохочущей воды изменился. Эхо реки, казалось, затихало. Темнота немного рассеивалась. Сердце Миррон подпрыгнуло. Несомненно, они приближались к концу путешествия. Сколько времени оно продолжалось, она не могла определить. Не долго, но целую вечность. Шесты снова ударили о стену, теперь по левую руку, и сместили лодку направо. Цепкий поток подхватил их, увлек вниз, потом выплюнул наверх. Суденышко дважды подпрыгнуло на поверхности, и вдруг неожиданно каменный потолок сверху исчез.