Энн Маккефри - Арфист драконов

Перед тем, как кто-нибудь смог ответить, еще одно барабанное сообщение прогрохотало через долину.

— Критическое положение, — перевели в унисон Киндан и Кориана, их глаза замерли во вспышке опасения и страха. — Критическое положение. Критическое положение. Телгар Холд. Пришлите помощь. Пожалуйста.

Прежде, чем слова были записаны, барабаны снова начали.

— Пошесть в Наболе, пожалуйста помогите, — перевел Киндан, его сердце тяжело отстукивало в груди.

— Пошесть в Кроме, — добавила Кориана, умоляюще поворачиваясь к отцу.

Бемин смотрел на нее чуть более мгновения прежде, чем утвердительно кивнуть. — Иди! — сказал он ей. Он повернулся к М’талу и показал на Киндана, — Ты будешь охранять ее честь?

— Слово всадника дракона, — ответил М’тал свинцовым тоном.

— Вы также имеете мое слово, Лорд-владетель, — тихо добавил Киндан.

— Твое слово не имеет для меня ценности, — резко ответил Бемин. Он показал на Ваксорама. — Он тоже идет с вами, правда? — Киндан кивнул и Бемин сказал Ваксораму, — Ты должен спать в одной с ним комнате и никогда не оставлять одного.

— Мой лорд, — согласился Ваксорам с глубоким поклоном.

— Тогда идите, — сказал Бемин, гневно махая рукой. Он повернулся к Муренни. — Вы и я должны обсудить теперь другие вопросы.

— Пойдем, — грубо сказал Киндану и остальным М’тал, разворачиваясь на пятках и направляясь к своему бронзовому дракону. Он усадил Кориану между собой и Ваксорамом, а Киндан уселся позади старшего ученика.

Гаминт’ взвился в воздух с безотлагательностью, которая показалась Киндану злобной, как если бы дракон отражал настроение всадника. Когда они вошли в промежуток, Киндан протянул вперед руку, чтобы дотронуться до Корианы, но опустил ее, вспомнив о своем обещании.

Он чувствовал себя настолько же обреченным, как и весь Перн.

Холод промежутка задержался в костях Киндана, когда они вынырнули в угасающий дневной свет Бенден-Вейра, преодолевая мороз середины зимы. Гребень Вейра был заснежен, как и все горы поблизости.

Холод промежутка был также в воздухе, который они принесли с собой из Цеха Арфистов, влага превратилась в радужные ледяные кристаллы, которые окружили Гаминт’а и его всадников, пока они спускались вниз, когда бронзовый дракон кружился над Чашей Вейра.

Гаминт’ ловко приземлился, но Киндан до сих пор был в таком физическом и эмоциональном оцепенении, что почти упал со своего места на драконе, неловко хватаясь за Ваксорама, но смог остаться на спине дракона только с помощью удерживающих рук Ваксорама.

Уязвленный, он быстро слез с дракона. После того, как он помог спуститься Ваксораму, он стоял, чтобы помочь Кориане, когда его толкнул локтем старший парень.

— Моя работа прислуживать тебе, а ты похоже, уронишь ее, — кратко сказал Ваксорам.

Раненый, Киндан отступил назад и с завистью наблюдал, как Ваксорам вежливо берет Кориану своими сильными руками и опускает ее на Чашу Вейра.

— Пойдем, я покажу вам комнату Записей, — сказал М’тал вскоре после того, как спрыгнул со своего дракона.

Он взял живой темп и прошел два пролета каменной лестницы и свернул направо, проходя через первый дверной проем. Комната была заполнена сложенными Записями, большинство из которых были сложены в темных нишах. Тусклый утренний свет из Чаши, льющийся из оконного проема, затухал в дальней стороне комнаты.

— Киндан, — приказал М’тал, — пойдем со мной и принесем немного кла и светильники.

Запыхавшись, Киндан немедленно повернулся и начал идти к М’талу, когда его остановил Ваксорам, который сказал Предводителю, — Я дал клятву, что буду постоянно находиться с ним.

М’тал сжал губы, а потом быстро кивнул, — Очень хорошо, ты можешь пойти. — Он взглянул на Кориану. — Ты сможешь начать?

— Конечно, — ответила Кориана, ее пристальный взгляд обратился на мгновение к Киндану, а потом она быстро отвернулась и начала искать в первой стопке Записей.

— Во имя Яйца Фарант’ы! — воскликнул М’тал, обращаясь к Киндану, когда они неслись вниз по лестнице, ведущей в Чашу Вейра. — О чем ты только думал, Киндан?

— Я…

— И ты, — повернулся М’тал к Ваксораму. — Не ты ли с ним дрался по той же причине?

Перед тем, как Ваксорам смог ответить, М’тал продолжил, — Знаешь ли ты, что можешь требовать реванша и отстоять свою честь?

— Он не сделал ничего бесчестного, — жарко заявил Ваксорам. — Они никогда не были вне поля моего зрения.

Киндан удивленно взглянул на Ваксорама и потом понял, что старший арфист говорит правду.

— Тогда почему…? — вопросительно начал Киндан, но его оборвал М’тал, говоря с озарившим его пониманием, — Отказавшись, ты не сможешь обеспечить Лорду Бемину свидетеля.

— Да, мой лорд, — согласился Ваксорам, с извинением глядя на Киндана.

— Спасибо, — прочувствованно сказал Киндан Ваксораму.

— За что? — спросил М’тал. — С твоей сомнительной честью, нет надежды, что тебя позовут сюда.

Нет надежды? Подумал Киндан. У него не было шанса быть отправленным в Вейр? Его сердце упало ниже некуда, он чувствовал, что оно замерзло, навсегда погрузилось в промежуток.

Они вошли в огромную Пещеру Кухни Вейра. М’тал безапелляционно показал в одном направлении и двинулся в другом, прямо к очагу. — Киндан, возьми светильники, пока мы с Ваксорамом возьмем поднос с едой и кувшин кла.

Несколько всадников и обслуга вейра взволнованно взглянули вверх, когда вошел Предводитель, но он махнул им продолжать работу.

Любезный мальчик дал ему свежие светильники и Киндан двинулся намного медленнее чтобы перехватить Предводителя Бенден-Вейра и Ваксорама, который нес поднос с едой, пока М’тал нес большой кувшин кла и несколько кружек.

Двое арфистов запыхались, когда подошли к Комнате Записей.

— Установи светильники, — проинструктировал М’тал Киндана, когда показал жестом Ваксораму поставить поднос на свободный стол, на который он поставил кла и кружки. Он обратил свое внимание на Кориану.

— Ты сможешь спать в наших покоях, прямо около лестницы, если тебе нужно, — сказал ей М’тал. — Ты можешь справить там нужду. — Он посмотрел на двоих юношей. — Вы будете спать в казарме молодняка, она сейчас пуста, и вы можете справить нужду там — это вокруг Чаши, так что не ждите, если вам нужно.