Уильям Кинг - Космические волки: Омнибус

— Это для меня новость.

— Как и для большинства людей. Но тем не менее могу заверить, что это правда. Леди Джулиана тоже в курсе дела.

— Откуда ты знаешь? Звезды рассказали?

— У меня есть и другие источники, если ты помнишь.

— Остальные Дома выступят против. Увидеть Фераччи на троне Навигаторов! Это нарушит старый договор и даст Чезаре слишком большую власть.

— Тем не менее Чезаре, очевидно, считает это возможным. В противном случае он даже не стал бы пытаться затевать что-либо. Он слишком коварен, чтобы попробовать и потерпеть неудачу.

— Каждый раз, когда один из крупных Домов пытается сделать нечто подобное, он встречает сплоченное сопротивление остальных. Вот почему всегда выбирают кого-то вроде старого Горки — ни на что не способное ничтожество из слабого Дома.

Скорпеус издал жесткий смешок:

— Нехорошо так говорить об умирающем, пусть твои слова и справедливы.

— Так или иначе, мы оба знаем, что это правда. Если Чезаре Фераччи намеревается изменить положение вещей, он расстроит систему, которая поддерживала мир между Домами последние два тысячелетия.

— И ты думаешь, это обеспокоит нашего дорогого родственника? Не будь столь наивна, милая кузина. Он — самый безжалостный и честолюбивый человек в этой Галактике, и у него есть друзья в очень высоких инстанциях. Говорю тебе, Чезаре хочет посадить одного из своих сынов на трон и стать «primusinterpares» — «первым среди равных».

— Никто не претендовал на этот титул со времен Джормела Безумного.

— Да, но думали об этом многие.

— Включая тебя?

— Как я могу? Ведь я даже не глава своего собственного Дома.

— Нет, но то же касается и Миши Фераччи.

— Я признателен, что ты относишься к моим словам столь серьезно.

— Ты в самом деле полагаешь, что Чезаре способен на такое?

— Оглянись вокруг. Чезаре спускает свои деньги как воду. Три главы крупных Домов так уместно мертвы. Правят новые, неопытные лорды. Теперь он предлагает брачный союз с нами: между тобой и своим юным, неопытным и покладистым сыном. Разве это не предложение разделить власть?

— Но ты в это не веришь.

— Чезаре ни с кем не поделится властью. Ты должна понимать это так же хорошо, как я.

— Ты всерьез предполагаешь, что он приложил руку к убийствам трех лордов, в том числе к смерти моего отца?

— Я всего лишь говорю о том, что это странное совпадение: все случается как раз тогда, когда лорд Фераччи планирует крупнейший за два тысячелетия переворот.

— Наверняка он понимает, что не сможет выйти сухим из воды.

— Дорогая, ты повторяешься. Чезаре уже выходит сухим из воды.

— Разумеется, он должен понимать, что последуют ответные действия.

— Неужели? Его главные соперники мертвы. И если его сын усядется на трон Навигаторов, он станет самым могущественным среди нас со времен Тарено. Меньшие Дома выстроятся в очередь, чтобы выразить ему почтение. Лорды Администратума будут искать его расположения. Крупные Дома будут стараться изо всех сил, чтобы угодить ему.

— Это невозможно.

— Милая кузина, крупные Дома разжирели, стали самодовольными и уверенными в собственном успехе. В такие-то времена и появляются хищники. А Чезаре Фераччи — хищник.

— Почему ты говоришь мне все это?

— Мне представляется, что мы должны либо примириться с новым порядком, либо нанести удар прежде, чем Чезаре приберет власть к рукам.

— Тебе следовало бы говорить об этом с леди Джулианой.

— Мы уже побеседовали, но ей нужно время, чтобы все обдумать. — Скорпеус едва заметно усмехнулся.

— Тогда зачем говорить со мной?

— Так ведь именно тебя сватают за Фераччи.

Рагнар выстроил цепочку выводов. Габриэлла может выйти замуж за Фераччи. Если проницательный Скорпеус сказал правду, Чезаре убил ее отца. Он в самом деле намекает на то, что она может замыслить убийство лорда Фераччи?

— Я подумаю над тем, что ты сказал, кузен, — произнесла Габриэлла и, приложив руку к сердцу, официально раскланялась.

— Только не слишком долго. — Скорпеус тоже поклонился ей.

Рагнару показалось, что, уходя, Навигатор бросил на него внимательный взгляд.

Распахнув дверь, Торин улыбнулся. После встречи со Скорпеусом и Габриэллой Рагнар решил обратиться за советом к старшему товарищу.

— А, Рагнар, старик, — произнес Волчий Клинок. — Меньше недели здесь, а уже по уши в заговорах. Вот это скорость.

Рагнар услышал в его голосе насмешку и почувствовал, как волосы на шее становятся дыбом. Губы Торина расползлись чуть не до ушей, словно он понимал, что чувствует юноша, но затем улыбка так же неожиданно исчезла.

— Проницательный человек, этот Скорпеус, — сказал Торин с презрением.

Рагнар так и не понял, шутит его боевой брат на этот раз или нет.

Молодой Волк огляделся в апартаментах товарища, являвших собой полную противоположность его комнатам. В воздухе плавала кровать, стены украшали древние картины: портреты и далекие пейзажи. На одной был изображен однорукий человек верхом на коне, прорывающемся через снега. Несомненно, это был великий воин своего времени.

— Так он прав? — спросил Рагнар.

— Почти наверняка. Слухи об этом ходят среди Навигаторов уже несколько месяцев. Они очень ловко избегают подслушивающих устройств, но иногда забывают, насколько острый у нас слух.

— А что изменится для нас, если Чезаре посадит на трон свою марионетку?

— Под «нами» ты имеешь в виду Волков?

— А кого же еще?

— Теперь ты невольник Белизариуса, Рагнар.

— Наши интересы в этом вопросе совпадают?

— Ты более проницателен, чем кажешься, юный Волк.

Торин налил себе наркотического вина и принялся неспешно его потягивать. Хрустальный стакан и покрытый орнаментом графин выглядели неуместно в его руках, закованных в латные рукавицы, а выражение его лица вполне пошло бы Навигатору.

— Думаешь, он хочет использовать Габриэллу, чтобы убить Чезаре?

— Ты в самом деле считаешь, что она способна на такое?

— Ценой собственной жизни — может быть. Все мы уязвимы, если подобраться поближе.

— Лорд Фераччи будет защищен исключительно хорошо.

— Значит, ты говоришь — нет.

— Она — нет. Но при разговоре присутствовал некто, кто смог бы это сделать.

— Ты имеешь в виду либо Белтариса, либо меня?

— А теперь ты прикидываешься глупцом, Рагнар. Зачем Скорпеусу говорить с Габриэллой, если он намеревается использовать Белтариса?