Гэв Торп - Отряд ликвидации

Мы толпой идем за ним, пока Полковник вышагивает вдоль стыковочного отсека.

Там мы останавливаемся. Ориель перед нами, мы линией за ним, ждем пока опуститься рампа. С первого взгляда на тау я понимаю, что ничего подобного не видел в своей жизни.

Ангар шаттлов затапливает яркий свет, воздух сухой и теплый, намного горячее, чем тот, к которому я привык на борту нашего корабля. Пока мы спускаемся по рампе, я оглядываюсь, сильно стараясь не пялиться. Зал огромной овальной формы, полы и потолок гладко перетекают в стены. Все вокруг спокойного, бледно-желтого цвета. Нигде не видно острых углов, нет поддерживающих и пересекающихся балок или кранов для разворота шаттлов на месте. Пространство похоже на пустую пещеру, и я ощущаю, что поглощен этим и одновременно испытываю ужас.

У изножья рампы нас ожидает небольшая делегация. Нет охраны, не видно оружия. Или они действительно нам верят, или у них есть другие способы разобраться с нами, если мы начнем доставлять неприятности. Три тау в тонких бледных туниках терпеливо ждут и с интересом изучают нас, пока мы осматриваемся.

Я был прав, они по большей части гуманоиды. По крайней мере, у этих троих головы чуть меньше моей, а конечности хрупкие и тонкие. Их серо-голубая кожа, кажется, блестит от какого-то масла, и когда тау в центре делает шаг вперед и склоняется на одно колено в приветствии, я ощущаю сладкий аромат. Смотрю на его плоское лицо и лысую голову, замечаю желтые глаза и узкие щели вместо носа, лишенный губ рот и закругленные зубы. Он встает и раскрывает свои руки в приветствии, демонстрируя складки кожи, которые тянутся от его талии к плечу, подобно изуродованным крыльям. Подавляю дрожь. Никто не упоминал о том… что эти твари могут летать!

Тау справа от лидера делает шаг вперед, его рот изгибается в слабом подобии человеческой улыбки.

— Добро пожаловать на это судно, одно из наших новейших, "Ша'корар Аш", — приветствует он нас, и своими длинными пальцами манит спуститься. Его произношение немного сливает друг с другом слова, а голос несколько хрипловат и немного шелестит.

— Мы протягиваем руку дружбы нашим союзникам, — отвечает Ориель неестественной тарабарщиной, что я считаю каким-то формальным приветствием, которое он выучил при случае. Кажется, это удовлетворяет тау, который смотрит на остальных и кивает.

— Это Кор'эль'кайс'савон, если желаете, можете обращаться к нему просто — капитан Эль'савон, — продолжает переводчик, показывая в сторону тау, который ранее преклонил колено.

— Я не очень хорошо говорить ваши слова, — извиняющимся тоном объясняет капитан, слегка склоняя голову, но не отводя взгляд от Ориеля.

— Это Кор'вре'анак, — тау кивает головой в сторону третьего члена делегации, который спокойно наблюдает за нами.

— Я Пор'ла'канас и буду вашим голосом, пока вы на борту "Ша'корар Аш"!

— Пожалуйста, передайте капитану Эль'савону, что его гостеприимство делает ему честь, — официально отвечает Ориель, — я и мои советники предпочтем немного отдохнуть от нашего путешествия, прежде чем отправимся осматривать это прекрасное судно.

Пор'ла'канас говорит что-то капитану, тот отвечает единственным словом и смотрит на Ориеля. Вся эта тарабарщина тау заставляет меня нервничать. Кажется, языковые навыки Ориеля не особо выдающиеся, и я понятия не имею, о чем они говорят. Они вообще могут плести заговор против нас, смеяться прямо нам в лица, насколько я понимаю. Еще одно обстоятельство задания, от которого у меня мурашки по телу.

— Конечно, у нас есть подготовленные для вас комнаты, — уверяет нас переводчик, — следуйте за мной, пожалуйста.

Без дальнейших разглагольствований, он разворачивается и начинает уходить от шаттла. Глядя вперед, я не вижу там дверей, повсюду вокруг нас голая стена. Когда мы в паре метров от нее, на ней появляется водоворот линий, которые описывают несколько спиралей, и стремительно раскрываются перед нами в проход, а участки исчезают в самой стене. Я бросаю взгляд на Ориеля, но он делает вид, что его это не заинтересовало и озирается со скучающим видом.

Остальные нервно шаркают за ним, и я понимаю их неловкость. Во всем корабле куча каких-то безумных технологий. Я смотрю на проход, когда прохожу через него и вижу, что на самом деле стена полая, а фрагменты диафрагменной двери просто скользнули меж двух переборок. И все же это не успокаивает.

Коридор снаружи такой же невыразительный, как и ангар, и в нем так же нет людей. Как и зал для шаттлов, небольшие изгибы углов без швов соединяются со стенами, полом и потолком, а бледно-желтое окружает нас во всех направлениях. Так же непонятно откуда свет. Я не вижу ни единой светосферы или светополосы. Чем больше я об этом думаю, тем более тревожным нахожу это ощущение. Как они могут создавать свет в самом воздухе? Ведь даже стены не светятся, но кажется, будто сам воздух пронизан лучами. С какими существами мы имеем дело? Как, во имя Императора, мы можем доверять им в этом задании?

Я начинаю осознавать, что почти перешел в строевой шаг, пока раздумывал над всем этим. Бросаю взгляд на других. Они идут в молчании, подавленные нашим странным окружением. Подозреваю, что они нервничают так же, как и я, даже Ориель и Полковник. Опять фокусирую свое внимание на самом себе, укорачиваю шаг, втягиваю голову глубже в капюшон. Воздух сухой и теплый, мою глотку и нос дерет. Я разворачиваюсь и оглядываюсь, посадочный ангар исчез, дверь бесшумно закрылась за нами. Чувствую себя загнанным в угол и уязвимым из-за того, что застрял на этом чужацком корабле без оружия, кроме своих голых рук.

Мы идем за переводчиком вдоль коридора, и я замечаю кое-что еще. Или скорее то, что раньше не замечал. Весь корабль кажется спокойным, нет вибраций, шума, вообще ничего. Хотя когда мы приземлились, он определенно двигался, я видел это, когда мы заходили на посадку. Но внутри мы словно находимся в чем-то вроде подземного бункера.

Пока идем вдоль коридора, моя дезориентация растет. С обеих сторон нет ни одной двери, однако нам попадались несколько ответвлений, таких же бесшовных, как то, по которому мы шагаем. Наш гид остается безмолвен с тех пор, как мы покинули зону шаттлов, легкой походкой просто идя вперед. Выбираю момент и смотрю на него. Кажется, у него нет мембран под руками, как у капитана, и он более тонко сложен. Его туника легкая и воздушная, она колыхается вокруг при ходьбе, словно легкий бриз обрел осязаемую форму. Как и остальной корабль, тау окружен спокойствием и безмолвием. Каждое движение текучее и рациональное, он едва размахивает руками при ходьбе, а его лицо смотрит прямо вперед, не отвлекаясь.