Уильям Кинг - Космические волки: Омнибус

— В любом случае мало кто открыто выступил бы против вас на Терре. Ведь это священная планета. Кровопролитие там запрещено.

Габриэлла рассмеялась.

— Кровь льется на Земле так же, как и повсюду. Просто это делается более осмотрительно. И наши владения расположены не только на Земле.

Рагнар задумался на секунду, а затем произнес:

— Волки приходили к вам на помощь в прошлом.

— Да, и сделают это снова, если понадобится. Кто знает, появись такая необходимость, они смогут сражаться даже на Терре. Ваш Орден известен своей воинственностью и неудержимостью, он сам устанавливает для себя законы.

— Таковы все Космические Десантники. Их права и привилегии восходят к временам, предшествующим самому Империуму.

— Да, но у твоих собратьев репутация больших сумасбродов.

— Это никогда не мешало нам ни хорошо сражаться, ни хранить верность Императору.

— Я и не думала осуждать Волков. С точки зрения моего Дома — это похвала. Враги уничтожили бы нас тысячелетия назад, если бы не опасались мести вашего Ордена.

— Я полагал, что Белизариус — один из самых могущественных Домов Навигаторов.

— Сейчас — да, и так было много раз за его историю. Но все циклично. Все Дома переживают спады. Такова природа торговли и конкуренции. В нашей истории было много периодов, когда мы переживали неудачи и нас предпочитали обходить стороной. Возглавлять Дом — словно вести корабль: иногда достаточно одного неудачного решения, чтобы пустить его ко дну.

— С Белизариусом этого еще не случалось. Более десяти тысяч лет мы были вашими союзниками.

— Будем надеяться, что останемся ими и впредь. Хотя у меня есть предчувствие, что события приобретают для моего Дома дурной оборот.

Рагнар хотел возразить, но заметил тень печали на ее лице. Он осознал, что перед ним — женщина, только что потерявшая отца, главу своего Дома, селестарха, Навигатора Навигаторов.

Проходя мимо матросов по широкому коридору корабля, Рагнар инстинктивно занимал такую позицию рядом с Габриэллой, чтобы в случае опасности мгновенно прикрыть ее своим телом. Люди чувствовали это и обходили его стороной.

— Нет необходимости пугать команду, — заявила женщина.

— Я здесь для того, чтобы обеспечивать твою безопасность. Мне дали такой приказ.

Она посмотрела на него.

— Конечно, но не нужно бросать такие свирепые взгляды, когда выполняешь свои обязанности.

— Я не знаю, как это выглядит со стороны.

— Вы, фенрисийцы, никогда этого не осознаете. Вы такие дикие. Что бы вы ни думали, это всегда написано на ваших лицах. А думаете вы, главным образом, о насилии.

— Возможно, во время нашего путешествия у тебя появится повод этому порадоваться.

— Возможно, — согласилась Габриэлла, — в любом случае я рада, что ты здесь.

— Почему?

— Потому что в опасной ситуации, думаю, ты сможешь меня защитить.

— Полагаешь, может возникнуть угроза твоей жизни?

— Да. Настали тревожные времена. Моего отца только что убили. Тот, кто смог это сделать, может добраться и до меня.

— Ты воспринимаешь это так спокойно.

— Такое случается даже внутри самих Домов. Известны случаи, когда сами родственники устраняли тех, кого считали соперниками.

— Думаешь, тебя могут убить, чтобы избавиться от претендента на трон?

— Вот и теперь ты думаешь, как фенрисиец, Рагнар. Я не претендент на престол. В любом случае — не в этот раз. Селестархия не переходит от родителя к ребенку. Наши правители избираются из списка возможных кандидатов Советом Старейшин.

— То есть самыми старыми и мудрыми представителями твоего племени?

— Что-то в этом роде.

Наконец они вступили на командную палубу. Техники суетились возле командного пульта, соединенного кабелями с древними устройствами. В воздухе витал запах озона и технического ладана. Офицеры в форме Дома Белизариуса вытянулись по стойке «смирно», приветствуя Габриэллу.

— Навигатор на палубе! — выкрикнул кто-то, и остальные благоговейно склонили головы.

— Вольно! — сказала Габриэлла. — Пусть нам улыбнется удача и придет процветание.

— Пусть нам улыбнется удача, — ответила команда. Габриэлла прошла в центр командной палубы и стала разговаривать с подчиненными. Они говорили на техническом жаргоне, который для Рагнара звучал тарабарщиной. Он решил воспользовался возможностью, чтобы изучить обстановку.

Довольно просторная, округлой формы командная палуба располагалась в рубке «Глашатая Белизариуса». Сквозь широкий обзорный экран из бронированного пластика по правому борту был виден большой бело-синий шар — Гарм, а также быстро движущиеся точки — другие суборбитальные корабли. На галерее над палубой, на возвышении находилось нечто вроде огромного трона. Рагнар понял, что это командное кресло Навигатора.

Выслушав доклады палубных офицеров, Габриэлла кивнула, а затем жестом подозвала Рагнара.

— Когда мы покинем орбиту, до входа в варп останется порядка двенадцати часов. Это время судном будет управлять капитан. Я собираюсь перекусить и немного отдохнуть.

— Очень хорошо, — ответил Рагнар. — Я буду сопровождать тебя.

Она окинула его удивленным взглядом.

— Я просила разместить тебя в каюте рядом с моей. Твои вещи уже там.

— Хорошо.

«Навигаторы Белизариуса неплохо заботятся о себе», — подумал Рагнар. Он привык к голым стенам отсеков военных кораблей. Эта же каюта больше напоминала нечто из кальянных грез поклонника Слаанеша.

Большая кровать с мягким матрасом прикручена к полу. Стулья вырезаны из цельных кусков бивней левиафанов, столы и отделка — из драгоценных пород благовонного дерева. В воздухе стоял запах фимиама, от которого слегка клонило в сон. Одну из стен почти целиком занимало огромное зеркало. Ручки управления под ним говорили о том, что оно выполняло также функцию монитора. Рагнар уже отпустил слуг, толпившихся вокруг него, дабы удовлетворить его капризы, сказав, что все, чего он хочет, — что-нибудь съесть.

Вскоре звонок возвестил о том, что угощение доставлено.

— Войдите, — крикнул Рагнар.

В дверях показалась вереница ливрейных лакеев с серебряными подносами в руках. На каждом подносе стояло по целому сервизу изукрашенного фарфора, в котором, как сообщили ему обостренные чувства, содержались всевозможные приправленные специями деликатесы. Слуги засуетились, сервируя стол, расстилая скатерти, устанавливая нагревательные приборы, чтобы пища оставалась горячей.