Энн Маккефри - Арфист драконов

Покраснев, Киндан мог только кивнуть. Это был не просто плохой день, это был ужасный день, и было ясно, что это был первый день из многих таких — голос Киндана похоже устанавливался никакой — ни бас, ни тенор, но просто неопределенно трещал всякий раз, когда он пытался выдать даже малейшие колебания.

— Возможно, — любезно предположил Биддл, — ты возьмешься за проведение?

Глаза Киндана возбужденно расширились. Это было единственное дело, которое действительно нравилось Киндану — это проведение разучивания музыки. По настойчивому жесту Биддла, Киндан направился в центр класса и, с благодарным кивком, взял указку у Мастера Голоса.

Наверное, день меняется к лучшему.

Он только поднял ее, чтобы дать начало хору, когда его окликнул голос, — Киндан!

Это был Мастер Калдазон. Краски оставили лицо Киндана и он неохотно вернул указку обратно Мастеру Биддлу.

Наверное, день меняется к худшему.

— Это все потому, что ты растешь, — утешала его Нонала за ужином. В тринадцать Оборотов она до сих пор была на полголовы выше Киндана, но все же это была меньшая разница, чем на голову только Оборот назад.

— Ты обретешь свою высоту, — твердо добавил Верилан. Киндан улыбнулся ему, но это не помогло ему не чувствовать ревности — Верилан гарантированно получал место в Цехе Арфистов, только одно его умение копировать гарантировало это.

— Просто попытайся избегать проблем, — мудро добавила Келса, отрывая взгляд от сланца, на котором писала.

— Поешь, Келса, — в унисон сказали Киндан и Нонала. Послышались отдельные смешки, когда Келса бросила на них изумленный взгляд и оттолкнула свой сланец прочь. Келса всегда писала. Темноволосая девушка как никто, был уверен Киндан, точно найдет место в Цехе Арфистов, даже если Цех был традиционно мужским миром; песни Келсы были настолько оригинальны и незабываемы, и сама она обладала идеальной памятью не только на слова, но и на ноты тоже.

Сыгранную ею однажды песню, она запоминала навсегда; имея мелодию, она писала к ней целую новую часть. Было опасно свистеть около Келсы, потому что она испытывала внезапный толчок и останавливалась — все позади нее застывало — и она начинала писать.

Келса и Пеллар изумительно сходились всякий раз, когда немой Арфист прибывал из своего Файр-холда; она казалось, способна уловить его простые мотивы и переложить их на музыку. Удивительно для Киндана, но Халла, подруга Пеллара, похоже никогда не мешала Келсе и Пеллару взаимодействовать друг с другом. Фактически, она способствовала этому, тогда как Киндан предпочел бы, чтобы она ревновала и держала Пеллара подальше от Келсы. Несмотря на то, что Киндан окончательно понял, что не испытывает к Келсе ничего такого, он все еще имел надежду, что если он захочет, у него будет шанс.

Он покачал головой, осуждая себя и, заметив, что Келса опять поменяла вилку на стило, предостерегающе наклонил голову. Нонала заметила его движение и зарычала на Келсу.

— Осколки! — застонала Келса. — Это все лишь еда.

— Но тебе нужно есть, — сказал ей Верилан. — Даже ты не сможешь писать мелодии на голодный желудок.

— Я не рабочий скот, — прорычала Келса, глядя на Киндана. — Мне не надо так много еды, которую я употребляю на протяжении дня.

— Келса! — сделала ей замечание Келса, а другие сердито на нее посмотрели.

Лицо Киндана побледнело, он не смог притвориться, что замечание его не задело.

— Ладно, — сказала Келса в неловкой попытке сгладить свои слова, — может, если бы ты столько не ел…

Киндан в ярости поднялся и швырнул с грохотом свою тарелку на стол перед Келсой.

— Тогда ты можешь съесть мою порцию, — прорычал он и поспешил прочь из столовой.

Не имело значения, что Нонала, Келса и Верилан были его единственными друзьями в Цехе Арфистов — ну еще может быть Ваксорам, но их отношения были настолько странными, что Киндан не знал, как их назвать.

Когда он прибыл в Цех Арфистов три Оборота назад, Киндан присоединился к группе новичков, которые учились вместе уже пол-Оборота, а некоторые и целый Оборот, и все его попытки влиться в коллектив были неудачными. Из сорока учащихся только Верилан проявил дружелюбие. В конечном счете, Келса, а потом и Нонала присоединили свои характеры и теперь, шагая по большому двору в центре Цеха арфистов, Киндан понял, что он стал лидером группы. Возможно, потому что он был старше, а возможно, из-за его победы над Ваксорамом, или возможно потому, что он не был так сконцентрирован на своем деле, как остальные трое, он не мог сказать, но так оно было. Или возможно…

Шум над ним заставил Киндана посмотреть вверх и поднять руку — не для того, чтобы защититься, а для того, чтобы организовать насест. С удовлетворенным криком, маленький бронзовый файр сел на его руку.

— Мне нечего тебе дать, Волла, — сказал Киндан, протягивая другую руку, чтобы почесать щеку файра. Волла понимающе чирикнул и плохое настроение Киндана улетучилось.

Возможно это была еще одна особенность, которая отличала Киндана от других учеников, даже от маленькой группы его друзей; он был близко знаком с двумя Предводителями Вейров и бесчисленным количеством всадников драконов.

Было время, когда для Киндана было достаточно этого — быть арфистом, и дружить с Предводителями Вейров Перна казалось недостижимой целью, когда он был на Обороты моложе.

Ладно, размышлял Киндан, это то, чего я хотел.

Волла, почувствовав настроение Киндана, склонил голову и вопрошающе запел.

— Все в порядке, — успокаивающе сказал Киндан, его губы, любя, потянулись к файру. — Просто я был в рассеянности.

Звук шагов позади него указал ему, что это Ваксорам. Киндан обернулся и кивнул ему, а старший ученик кивнул в ответ, потом Киндан посмотрел вперед, снова почувствовав странное ободрение от присутствия Ваксорама.

Волла вдруг склонил голову, поднял ее вверх, и потом, со счастливым криком, поднялся в воздух над двором, быстро кружась над Цехом Арфистов. Поворачивая шею вслед за полетом Воллы, Киндан был не удивлен увидеть дракона, появляющегося спереди Цеха Арфистов из промежутка.

Киндан бегом пересек двор и забежал под арки Цеха Арфистов, чтобы очистить место. Бронзовый дракон только приземлился и его голова поднялась по направлению к реющему рядом Волле. Киндан остановился в конце сводчатого прохода и сощурился. Всадник спрыгнул со своего дракона и протянул руку, чтобы помочь другому маленькому человеку спуститься.

Новый ученик? Раздумывал Киндан. Он ничего не слышал о новом ученике. Не слышал недавно никаких барабанных сообщений, и не было никаких сплетен о новоприбывшем.