Джон Френч - Чемпионы Темных Богов
Теперь они кололи его за бунтарские мысли. Зрение начинало окрашиваться красным.
— Не сейчас, — выдохнул Дрегер, скрежеща зубами и крепко, до боли стискивая кулаки. — Не сейчас.
— Приближаются десантные корабли, — произнес Баруда.
Дрегер встряхнул головой, прочищая ее.
— Вижу их, — сказал он.
Они быстро приближались, используя блеск лучей двойного светила системы, чтобы частично скрыть свой подлет. Шлем Дрегера отсекал большую часть слепящего света, давая возможность видеть их как темные силуэты на фоне сияния.
— «Грозовые орлы», — произнес Дрегер. — И «Огненные хищники».
Десантно-штурмовые корабли с ревом приближались, держа строй и заходя прямо на находившихся на земле Пожирателей Миров. Они шли низко, взметая кружащиеся облака белого мела и инея позади мощной тяги. Дрегер подавил потребность броситься в укрытие и вытащить оружие.
— Стоять, — прорычал он в вокс. Он не собирался доставлять Детям Императора удовлетворение от зрелища Пожирателей Миров, которые рассыпаются перед ними, словно листья.
Перед глазами настойчиво мерцали красные значки целеуказания. Дальномеры отображали быстро сокращающуюся дистанцию до приближающихся десантно-штурмовых кораблей. Метры утекали потоком. Две тысячи метров стали пятнадцатью сотнями, тысячей, пятью сотнями, двумя сотнями, одной сотней. Достаточно было бы, чтобы выстрелил один легионер — и они все оказались бы уничтожены. Дрегер моргнул, отключая целеуказатели и борясь со своим желанием.
Пурпурные и золотые корабли с воем промчались над головой. Они шли настолько низко, что Дрегер мог бы подпрыгнуть и прилепить на их шасси мелта-заряд. Спустя долю секунды на него обрушился звук пролета, а также сильный удар вытесненного воздуха, жара и пыли.
Десантные корабли разделились на две группы, каждая из которых резко заложила вираж, развернувшись широкой прочесывающей петлей, а затем начала снова приближаться прямо к Пожирателям Миров. Поворот с наклоном лишил их большей части скорости, и теперь они двигались медленнее, интенсивно работая обратной тягой, пока не приземлились в пятидесяти метрах от собравшихся легионеров XII-го.
Дрегер смахнул песок с внешней поверхности линз шлема. Пыльное облако мало чем испортило и без того тусклую наружность Пожирателей Миров, но оно лишило полированную боевую броню Галерия сияющего блеска.
Хотя изукрашенный шлем цвета белого мрамора с золотом и скрывал лицо Палатинского Клинка, Дрегер мог представить, какое у того было раздраженное выражение лица, пока он пытался стереть с доспеха основную массу пыли.
— Ваш Легион, — произнес Дрегер, и из его вокс-решетки вырвался лающий смешок.
Галерий промолчал. Дрегер хлопнул Палатинского Клинка по плечу.
— Это всего лишь пыль, — сказал он.
— Им не было необходимости так поступать, — произнес Галерий, проведя рукой по плюмажу цвета слоновой кости и стряхивая с перчатки большую часть песка с пылью. — Это было… неуважительно.
— Ваш Легион отбирает для вступления в свои ряды детей верховых и высокорожденных, — прорычал Баруда. — Вы берете лучшие образцы от богачей, декадентов и царей. Это у вас в крови. Мы, Двенадцатый — все до единого убийцы, каннибалы и головорезы. Убийцы, которых забрали кровавыми ночами из самых жестоких воинских культур.
Баруда демонстративно провел пальцами по одному из своих наручей, оставляя следы в пыли.
— Вы всегда считали себя лучше нас, — сказал он, — и пользуетесь каждой возможностью напомнить нам об этом.
— Ты говоришь невежественными обобщениями, видя вещи лишь такими, какими хочешь их видеть, — произнес Галерий. Голосовые модуляторы его шлема были лучшего качества, чем у Пожирателей Миров. Голос выходил из шлема цвета кости и золота низким, басовито резонирующим урчанием хищника семейства кошачьих, а не неприятным рычанием Пожирателей Миров.
— Я был тринадцатым сыном сидевшей на стимуляторах проститутки из трущоб, — сказал Галерий. — Впервые я убил в девять лет. У меня не было благородного происхождения. У многих в Третьем Легионе его не было. Мы более похожи на вас, чем тебе хотелось бы верить.
Дрегер поглядел на Галерия, обдумывая его слова.
— Они идут, — произнес Бронд.
Дрегер издал ворчание и отвел взгляд от Палатинского Клинка
Фронтальные аппарели всех машин, кроме ведущего «Грозового орла», опустились в безупречной симметрии, глухо ударившись о поверхность луны в один и тот же момент.
Раздался оглушительный взрыв нестройного и визгливого шума, из-за чего зрение Дрегера закрыло помехами, на мгновение подавившими сенсоры шлема. Когда оно прояснилось, он увидел появляющихся легионеров Детей Императора, которые маршировали тесно сомкнутыми рядами.
Они шагали в идеальный унисон, держа поперек груди болтеры и экзотическое, нестандартное вооружение. Развернулись изукрашенные знамена, изображавшие победы и завоевания III Легиона. Маршировали мечники с обнаженными золотыми клинками, топали могучие «Контемпторы», бронированные панцири которых служили холстом для претенциозной живописи и тонкого золочения.
III Легион сопровождала огромная свита не-Легионес Астартес — настолько гротескная и развращенно-декадентская кавалькада, что Дрегеру захотелось разрядить в них свой болтер.
Вокруг Детей Императора сладострастно танцевали андрогинные люди с длинными конечностями, облаченные в обтягивающие черные комбинезоны. Их лица были изуродованы. Во многие из них были воткнуты крючья и клинки, которые были тщательно расположены так, чтобы оттягивать лоскуты проткнутой иглами кожи. У других были зашиты глаза и рты, или же срезаны веки или губы. Некоторые носили маски из мертвой плоти, иные были аляповато накрашены, а прочие облизывали кроваво-красные губы раздвоенными языками, проколотыми лезвиями и звенящими колокольцами.
Над шеренгами на гудящих грависусензорах порхали гротескные херувимы, все с мертвенно-бледной кожей и крошечными крыльями, которые раскачивали списки завоеваний и гобелены, зажатые в маленьких пухлых ручках.
Впрочем, самому отталкивающему еще только предстояло появиться.
Дети Императора прошагали вперед, сохраняя безупречность рядов, и образовали коридор к Пожирателям Миров от ведущего «Грозового орла» — сияющего золотистого челнока. Заняв свое место, они застыли без движения. Аппарель золотого корабля начала опускаться.
Оттуда вырвалось облако розоватого пара, пастельного тумана, который выкатился наружу, но не рассеялся — он повис внизу, липкий и стелющийся, схожий по консистенции с «ползучей смертью», фосфексом.