Грег Киз - Новый Орден Джедай 9: На грани победы 1: Завоевание

Когда он добрался туда, небо уже напоминало темный синяк, черневший с каждой секундой.

– Ну, джентльсущества, – сказал Каррд, заняв свое место. – Какова ситуация?

От сенсорной станции на него бросила встревоженный взгляд Х'сиши:

– Мы малость поколошматили наших сторожей на орбите, но они все еще летают. А теперь придется разбираться еще и с теми, с земли.

– Хорошо. Разберитесь с ними.

– Да, сэр.

Корабль содрогнулся, взвыли инерционные поглотители.

– Опар, – крикнул Каррд одному из своих охранников. – Проследи, чтобы все дети пристегнули ремни. Я хочу, чтобы ни один волос не упал с их маленьких джедайских головок.

– Слушаюсь, сэр, – сказал Опар и поспешно вышел.

– Итак, – Каррд изучил схему. – Они думают, что заперли нас, да?

– За тем исключением, что мы можем прыгнуть на сверхсветовую.

– Рядом с Явином? – Каррд задумался. – Нет, не сегодня. Я думаю, мы лучше пролезем сквозь прутья клетки. – Он ткнул пальцем в консоль. – Здесь.

– Это их самый тяжеловооруженный корабль, – заметила Шада.

– Когда на тебя бросается свора ворнскров, всегда бей самого большого и противного прямо в зубы. Это наверняка отвлечет внимание остальных.

– Я думаю, мы уже отвлекли их внимание.

– Не бывает слишком много хорошего вина, красивых женщин и внимания, – сказал Каррд. – Вперед, на полной скорости.

– Мы не собьем их щиты до того, как долетим до них, – сказала Шада.

– Да, не собьем. Но мы определенно посмотрим, кто моргнет первым. – Он на мгновение задумался. – Передай мне управление.

– Помнится, ты говорил, что азартные игры – занятие для глупцов, – заметила Шада. Фрегат вырастал на экранах.

– В самом деле, говорил, – ответил Каррд. – Но я не играю. По моему знаку выпускай протонные торпеды. Не наводи их – просто сбрось.

– Как угодно, сэр, – ответил канонир несколько озадаченно.

– Они пытаются поймать нас в захват, – сказала Шада.

– Да. Пусть поймают.

– Что?

– Убери щиты.

На этот раз поглотители не смогли впитать всю силу удара; палубу словно вспучило у них под ногами, когда притягивающий луч захватил их, погасив движение вперед.

– Торпеды. Давай, – сказал Каррд.

– Торпеды выпущены, – Шада подняла взгляд. – Притягивающий луч захватил их.

– Хорошо. Активируй их и верни обратно щиты.

– Сэр, они открыли огонь по торпедам.

– Они выключили притягивающий луч?

– Нет, сэр.

– Подрывай торпеды.

Когда экран залило белым, он снова включил двигатели.

Энакин боролся с гравитацией. Верхушки деревьев трещали. Жалобы Вена превратились в непрерывный стон. У Вэлина, пристегнутого к креслу второго пилота, был очень нездоровый вид. Санна продолжала стрелять из турболазера; в ней Энакин чувствовал одновременно отчаяние и гнев. Тахири была и ее подругой тоже.

Все еще была ее подругой. Тахири была жива. Энакин ощущал это так же однозначно, как свою кожу.

Транспорт пропахал сквозь линию деревьев дымящуюся полосу длиной в километр, прежде чем Энакин увидел что-то похожее на открытое пространство. Он нырнул вниз, перегрузив сверх нормы инерционные поглотители, и врезался в стену лиан и побочной поросли – плотную, но не обладавшую большой массой. Если бы он ударился о дерево…

Он решил не думать об этом. Вместо этого он выпустил торпеду и повернул в обратную сторону, продвигаясь на репульсорах дальше в более открытую часть леса, смещаясь по направлению к верхушкам деревьев и прячась под пологом леса.

Торпеда сработала, накрыв сотню квадратных метров леса угольно-черным шлейфом.

– Ну же, налетайте, стервятники, – пробормотал Энакин.

– Врежь им, – донесся тихий голос Санны.

– Нет, – отвечал Энакин. – Подожди.

За дымовой завесой показался преследователь – челнок класса “Часовой”.

– Они думают, что мы разбились – сказал Вэлин.

– Да, – ответил Энакин, снова заводя двигатели.

Когда он выскочил из-за деревьев, модифицированный челнок попытался отвернуть, но было поздно. Энакин выпустил последнюю протонную торпеду, и корабль «Бригады мира» огненным шаром рухнул в уже горящие джунгли.

– Энакин! – взвизгнула Санна.

Он инстинктивно рванул корабль вверх, но еще раньше полуживой транспорт прошило множество выстрелов.

– Вот ты где, – проворчал Энакин. – Теперь мой ход.

Из трех кораблей, гнавшихся за ним пол-луны, оставался только этот – «трезубец». На беду, в то время как конфискованный Энакином транспорт грозил вот-вот рухнуть сам по себе, быстрый маленький истребитель был цел и невредим.

– Тебе надо попасть в него всего раз, Санна, – сказал Энакин. – Ну, может, пару раз.

– Я не могу прицелиться, – крикнула она в ответ.

Кораблик сделал заход, и в воздухе вдруг резко запахло озоном и испарившимся металлом. Транспорт тряхнуло.

– Дай я стрельну! – потребовал Вен.

– Чего?

– Слушай, мне неохота умирать. Это мой корабль, мои пушки. Я знаю их лучше, чем эта малявка. Она же никогда не имела дела с орудиями, это так же ясно…йии! – Вен побледнел, когда Энакин развернул неуклюжий корабль и закрутил бочку.

– Ты думаешь, я тебе поверю?

– Используй свои пуудуувые джедайские способности. Ты что, не понимаешь, что я говорю серьезно?!

К своему удивлению, Энакин действительно не ощутил в парне никакого подвоха.

– Ты хочешь сбить своих же друзей?

– Никакие они мне не друзья.

И снова, никакого подвоха.

Энакин принял решение.

– Вэлин, развяжи его. Отведи его к орудию. Вен, я обещаю тебе, если это трюк – не важно, что случится, но ты об этом пожалеешь.

– Пожалею больше, чем сейчас? Сомневаюсь.

Энакин опять снизился, пытаясь выиграть еще несколько секунд. Работал только один двигатель. Одно попадание, и он вырубится тоже.

– Я на месте, – доложил Вен с турели. – Мне нужно немного высоты, больше ничего.

– На, – сказал Энакин. Он снова начал подниматься. «Трезубец» не упустил такую возможность – он тут же набросился и в клочья порвал то, что оставалось от двигателя. Тот чихнул и замолк, и на мгновение показалось, что транспорт висит подвешенный в сотне метров над лесом. В этот миг орудие Вена прочертило в небе красные линии, прошившие «трезубец». Тот бешено закувыркался, потеряв управление. Затем транспорт стал падать, Энакин врубил репульсоры, и визг рвущевося металла оглушил его.

Энакин очнулся с привкусом крови на губах. Он не знал, сколько он был в отключке – несколько секунд или несколько дней, и взгляд на приборы управления ничего не дал. Сквозь транспаристаль кабины была видна только раздавленная растительность.