Джеймс Барклай - Крик Новорождённых

— Господин Джеред считает, что Конкорд может пасть, если не будут нанесены решительные удары. И он полагает, что решающим фактором станут Восходящие. Я знаю, что вы считаете их мирной силой, но мне довелось увидеть их возможности в качестве оружия, и ему тоже.

— Но это просто четверо юных подростков! — возразила Эстер. — Как они могут остановить целые армии?

— Еще предстоит проверить, смогут ли они, — мрачно сказал Васселис. — Прошу прощения, но, похоже, никто из вас не осознал серьезности нашего положения. Когда Атреска восстала, она отдала врагу побережье на севере Тирронского моря. Если армии Царда также вторгнутся в Гестерн, тогда Карадуку будет угрожать прямая опасность. Капитан, надо полагать, с вами связывались с острова Кестер?

— Да, маршал. С вашего позволения, сегодня мы отдохнем и пополним запасы, а завтра утром с отливом уйдем. На нашей мачте будет флаг окетанов.

Эстер покачала головой.

— Наши дети! Наши бедные, бедные дети! Как могло все это случиться с ними? Что мы наделали?

Она почувствовала, как ей на плечо легла рука Васселиса.

— Как ни горько об этом думать, но вы дали Конкорду способ победить цардитов и спасти Карадук от вторжения. Они в самых лучших руках. — Он обратился ко всем присутствующим. — Мы все боимся подобных времен. И сейчас нам необходимо позаботиться о том, чтобы мы не дрогнули и не оступились и чтобы наши враги не добились успеха.

Васселис сел, и Эстер увидела, как напряжено лицо маршала-защитника. Он прижал ладонь ко рту.

— Мой сын там, — прошептал Арван Васселис. — Боже, спаси и сохрани его!

В дверь громко постучали. В комнату шагнул капитан Арков.

— Маршал, — сказал он, — вы нужны нам у ворот. Ожидаются неприятности.

Пробера Арина мутило. Его раненое плечо ужасно болело, а по базилике гулял ледяной ветер. Он стоял рядом с маршалом Нираном, но на самом деле их разделяла пропасть. Оба смотрели, как поднимается по ступеням Адвокат, откликнувшаяся на их призыв. На карте военных действий на столике перед ними лежали доклады о сборах и перемещениях войск, прижатые резными каменными пресс-папье. Почтовые птицы и гонцы прибывали в Эсторр со всего Конкорда весь предыдущий день — и то, что начиналось как серьезная неприятность, превращалось в катастрофу.

— Все сообщения прибыли, насколько я понимаю, — сказала Адвокат.

— Да, мой Адвокат, — подтвердил Ниран. — И я уже ответил, требуя новых сил. Не знаю, что еще мы можем сделать.

Арин шумно откашлялся и почувствовал, что лицо у него покраснело от досады. Он выразительно посмотрел на карту и беспорядочные пометки на ней, изображавшие легионы.

— Ты во всех отношениях последователь Джереда, пробер Арин, — улыбнулась Адвокат. — Что тебя так беспокоит?

— Конкорд слишком самоуверен, мой Адвокат, — заявил он, собрав все свое мужество. — И из-за этого погибнут новые люди. Мы стоим и разглагольствуем о том, что потребуем новые подкрепления, но мы их не получим. Но даже если бы они и прибыли, они опоздают.

Арин ткнул пальцем в доклады о призыве.

— Возьмите любой, и он скажет вам все, что необходимо узнать. Бакиру удалось выставить треть ожидаемого числа, а западные округа ссылаются на налеты противника в качестве причины не посылать больше войска. Призыв в Моразии просто жалкий. Тундарра утверждает, что ее границам угрожает Омари. То же происходит и с Дорносом. Нам необходимы их силы на границе с Атреской. Нам не хватает двадцать тысяч пехотинцев и кавалеристов. Они понимают, что Цард не станет нападать на них, потому что король Хуран хочет разгромить Эсторр и дальше не пойдет. Так что когда дошло до дела, когда война начала протягивать к ним руку, все эти страны, радовавшиеся богатству Конкорда, практически отворачиваются от него. Единственное, что они посылают нам в больших количествах, — это продовольствие.

Адвокат посмотрела на него долгим пристальным взглядом. Арин почувствовал, что начинает тушеваться под ее давлением. В конце концов она махнула рукой в сторону дворца.

— На холме находятся представители из всех этих стран, — негромко сказала Эрин Дел Аглиос. — И что ты предлагаешь мне сделать с ними?

— При всем моем почтении, мой Адвокат, это не имеет значения. Все они — верные Конкорду люди, но совершенно ясно, что их влияние не распространяется на дворцы и виллы их родных стран. Слишком малые силы приходят. Мы получили все, на что могли рассчитывать, от Нератарна, Аварна, Карадука, Истхейла и Эстории. Но последние сообщения говорят, что по меньшей мере сорок тысяч мятежников и цардитов двигаются на запад через Атреску. А мы наберем в лучшем случае двадцать пять тысяч. Этого не хватит.

— Маршал Ниран, твое мнение?

Адвокат перевела взгляд на Нирана. Он вздрогнул, как испуганный кролик. Арин закусил губу, чтобы не расхохотаться.

— Мы сможем удержать их достаточно долго, чтобы подошли другие. — Ниран махнул рукой в сторону карты. — Это ведь цардиты! А мы — Конкорд. Но если вы беспокоитесь, давайте снимем защиту с восточного берега Тирронского моря и отправим ее в Нератарн.

— Самоубийство, — пробормотал Арин. — Идиот. Они уже слишком далеко.

— Пробер Арин, думай, что говоришь! — огрызнулся Ниран.

Арин почувствовал, что теряет остатки уважения.

— Будь ты проклят, не стану! Ты меня не слушаешь! Ты не принял мои запасные планы. Ты положился на то, что каждая территория пришлет восемьдесят процентов от максимального количества. Фронт в Нератарне слишком широк, чтобы защищать его от такой армии. Я пятнадцать дней назад попросил тебя перевести береговые резервы на север. А теперь уже слишком поздно.

— Не поздно, если их перевезет флот! — прошипел Ниран.

— И оставит остров Кестер без помощи в том случае, если появится флот Царда? Почему ты не пожелал меня выслушать?

— Хватит! — Адвокат хлопнула ладонью по столу. Ее голос разнесся по базилике. На них стали оборачиваться. — Что ты хочешь мне сказать? Что мы не можем защищать Конкорд? Это неприемлемо!

— Можем, — ответил Ниран. — Переведите легионы с побережья Эсторра и Карадука, используя окетанов.

— И тогда мы своими руками введем цардитов в гавани Эсторра! — Арин повернулся к Адвокату. — Можно мне говорить свободно?

— А ты хочешь сказать, что пока этого не делал? — Адвокат больше не пыталась шутить. — Почему бы и нет? Я стою и гадаю, останется ли мне чем править к окончанию дуса, а слышу пока перебранку двух мальчишек. Говори. А когда ты выскажешься, я послушаю маршала. И его тоже никто не станет перебивать.

Арин поклонился и набрал полную грудь воздуха.