Анатоль Нат - Операция "Бешеные лошади"
Короче. Всё время, пока Димон плыл вместе с Сидором на ушкуе, он практически не спал. И когда поздней ночью, в темноте его вместе с конём выгрузили на правый берег Лонгары, в районе, где он должен был встретиться с ожидающей его возле старого, брошенного города группой Ведуна, Димон от счастья чуть ли не прыгал.
Судя же по тому, как со второй Пашиной лодьи быстро вместе с лошадьми выгружался посланный вместе с ним десяток специально тренированных егерей с Ягодного острова, те испытывали не менее горячие чувства.
— Никогда больше не поддамся на твою провокацию, — сердито шипел в темноте рассерженный Димон, прощаясь с Сидором. — Такое дело затеяли, а делаем всё как-то через жо…у. Тяп, ляп и перед каким-то другим "архи важным делом". Как будто нельзя было немного подождать и отправить меня с ребятами на какой-нибудь другой лодье, а то и подождал бы с этим походом, пока ты не вернёшься. Вместе бы и сходили. Только вдвоём, без этого хвоста, — сердито покосился он в сторону донёсшихся из ночи чьих-то глухих голосов.
— Не бухти, — прошипел рассерженной кошкой Сидор. — Нельзя было иначе, и ты сам это знаешь.
Сидор был не менее злой. Они битых три часа проторчали здесь на старой пристани, фактически у всех на виду, пока не нашли на берегу место где их ждали ведуновские люди. Те, видите ли перепутали причал.
Бред! Как будто он не был здесь один такой. Один разъединственный. Другого в округе просто не было! Но этот козёл их Старший, упорно твердил что они не должны были приближаться близко к реке. Мол, им запретили. И Сидор с Димоном должны были сами их найти здесь в густых береговых зарослях.
В общем, всё в точности до наоборот как договаривались.
И с таким козлом, Димону приходилось идти на крайне опасное дело.
Это не было good.
— Ты потерпи чуток, — Сидор обречённо вздохнул.
Вся эта эпопея с внезапной доставкой ещё одной, дополнительной партии гигантских раков в Империю ему категорически не нравилась. Что-то во всём этом было неправильное. Но вот что, он пока не разобрался. Оттого наверное и пребывал сейчас в состоянии перманентного раздражения.
— И пока нас не будет, сгоняй быстренько до жемчужниц, как с Ведуном и договаривались. Проверь, всё ли там на месте. А то он жаловался что по нашим описаниям ни он, ни его люди ничего там не нашли. Лично, мол, искал, да не один — голяк полный. А собрать такую экспедицию за раками, больших денег стоит.
— Надеялся нашими жемчужницами компенсировать свои траты, а не получилось.
Поневоле в голосе Сидора проскочила нотка удовлетворения, которую если кто и мог заметить, то лишь давно знавший его Димон. Тот молча, оценивающе посмотрел в глаза Сидора. Похоже они оба думали в одном ключе. Миссию по поиску жемчужниц, что навязал им Ведун, вроде как незначительную и параллельную с экспедицией за так нужными ящерам раками, следовало провалить.
Дали один раз слабину, сказали посторонним, тому самому Ведуну, где они нашли бродяжьи жемчужницы, так теперь огребли по полной. Им навязывают чуть ли не финансовую ответственность за свои слова. Мол, сказали что там есть жемчуг, так теперь подтверждайте. А нет, так платите отступного, что ввели народ в заблуждение.
Как бы так получается, что они виновны в том, что ничего там нет. И теперь, этой экспедицией, кстати, частично профинансированной за их счёт, они, мол, исправляют собственную недоработку.
Такой подход категорически не нравился ни Сидору, ни Димону.
— Может, всё-таки случится чудо и ты найдёшь там хоть что-нибудь, — Сидор непроизвольно недовольно поморщился. С гораздо большим удовольствием он сказал бы сейчас нечто диаметрально противоположное. — Да и нам бы пара, другая рюкзачков речного жемчуга сейчас бы совсем не помешала.
— Ага — глубокомысленно хмыкнул Димон. Что надо делать он уже понял. — Когда всякая зараза, что Ведун, что разные иные знает где мы добыли жемчуг, будет он там нас ждать. Как же! Жди!
— Кончается, — тяжело и обречённо проговорил Сидор. На замечание Димона он только покосился. — Прям совковыми лопатами последнее время из предпоследнего рюкзака выгребаем, а приход от всех наших прожектов что-то не особо велик. Тянется таким жиденьким ручейком, что порой от ярости взвыть хочется. Расходы никак не перекрываются. А покупка лошадей, боюсь такую брешь в нашем бюджете пробьёт, — тяжело вздохнул он. — И чёрт меня дёрнул пообещать фон Гарсу равную стоимость лошадей, — пожаловался Сидор. — Боюсь сейчас даже ехать туда. Вдруг мои подозрения подтвердятся?
Так что, Димон, на тебя смотрит вся страна! Дерзай! И без жемчуга обратно не возвращайся, а то нам всем будет хреново. Скоро совсем свободные оборотные средства кончатся и придётся по примеру других в долги залезать. К Машке, в кредиты её банка. А этого не хотелось бы. Сам знаешь какие у этих Кидаловых там проценты. Грабёж! Даже по блату!
Обречённо вздохнув, Димон несильно хлопнул его по плечу:
— Ладно! Езжай!
Езжай за своими лошадками, — повторил он с тяжёлым вздохом. — А я уж тут без тебя разберусь. Посмотрим, куда оно делось, наше прошлогоднее богатьство.
За разговором, выгрузился последний егерь со своей лошадью и окончательно со всеми попрощавшись, отряд Димона скрылся в надвигающихся сумерках.
В том что высадка прошла успешно, у Сидора не было ни малейшей уверенности. Даже несмотря на столь позднее время, чуть ли не середина ночи, в изобилии сновавшие вверх и вниз по реке самые разнообразные суда и амазонок, и многих других, не оставляли в том ни малейшей уверенности. Не было никакой гарантии того, что кто-нибудь чужой не заметил пары незнакомых ушкуев, на короткое время в ночи остановившихся возле устья какой-то безымянной речки, возле руин старого, давно брошенного всеми города.
Даже сам факт остановки возле никому не нужных развалин, уже сам по себе мог бы послужить достаточной причиной для повышенного внимания к месту их высадки.
С тяжёлым сердцем, Сидор распрощался с Димоном и быстро двинулся дальше, вниз по реке, надеясь, что их краткая остановка не привлекла к высадившейся группе стороннего внимания.
С этими людьми, что ушли сейчас вместе с Димоном, расставаться ему было особенно тяжело. То что этот десяток сейчас отправлялся за раками в Озёрный край Правобережья, фактически ставило здоровущий, жирный, толстый крест на всём их предприятии по Пашиной серебряной шахте.
Фактически тем самым они окончательно соглашались с тем, что по крайней мере этим летом ни за каким серебром, никуда они не поедут. И вся их серебряная программа на это лето провалилась.
Где-то в отряде Паши, или среди недавно нанятых ими людей был предатель, регулярно стучавший на сторону, и рисковать богатейшей шахтой, отправляясь туда, было настоящим преступлением.