Роберт Джордан - Память огня
Эгвейн не отпускала источник, заставляя себя работать до изнеможения. Но Троллоки не сдавались. Они все более зверели, атакуя людей с остервенением. Эгвейн отчетливо различала их рев сквозь шум ветра и воды.
Троллоки разозлились, ну неужели? Они не знают, что такое злость до тех пор пока не почувствовали на себе гнев Престола Амерлин. Эгвейн черпала все больше и больше Силы, пока не достигла предела своих возможностей. Она влила жар в бурю, и кипящая вода выжигала Троллокам глаза, руки, сердца. Она осознала, что кричит. Ангриал Воры вытянулся перед ней, как копье.
Казалось, прошло много часов. В конце концов, обессилев, она позволила Гавину уговорить себя немного отдохнуть. Гавин пошел за ее лошадью. Когда он вернулся, Эгвейн посмотрела через реку.
Без всяких сомнений, левый фланг ее армии был продавлен еще на тридцать шагов. Даже с Айз Седай, они проигрывали эту битву.
Давно пора разыскать ей Гарета Брина.
Когда Эгвейн и Гавин вернулись в лагерь, она спешились, передавая лошадь Лейвлин с указанием использовать ее для переноса раненных. Было много тех, кого тащили через брод в безопасность, окровавленных солдат с трудом удерживали на руках их друзья.
К сожалению, у нее не осталось сил для Исцеления, не говоря уже о вратах для отправки раненых в Тар Валон или Майен. Большинство не занятых Айз Седай на берегу реки выглядели не лучше.
— Эгвейн, — тихо сказал Гавин. — Всадник. Шончан. Выглядит как дворянка.
Одна из Высокородных? Подумала Эгвейн, стоя и смотря сквозь лагерь туда, куда указывал Гавин. По крайне мере у него еще были силы стоять настороже. Почему почему какая-либо женщина предпочитала обходиться без Стража, было выше ее понимания.
Приближающаяся женщина была одета в прекрасные шелковые шончанские одежды и желудок Эгвйен подкатился к горлу. Этот пышный наряд существовал со времен начала порабощения направляющих, вынужденных повиноваться Хрустальному Трону. Безусловно женщина была одной из Высокородных, поскольку контингент Стражей Последнего Часа сопровождал ее. Нужно быть кем-то очень важным, чтобы…
— Свет! — воскликнул Гавин. — Это Мин?
Эгвейн разинула рот. Это была Мин..
Мин подъехала, хмурясь.
— Мать, — сказала она Эгвейн, склонив голову на фоне ее каменнолицых охранников в черных доспехах.
— Мин… Ты в порядке? — спросила Эгвейн. Осторожно, чтобы не давать слишком много информации. Была ли Мин пленницей? Конечно, она не могла бы присоединился к Шончан, или могла?
— О, все хорошо, — сказала Мин кисло, — Меня баловали, упаковав в эти наряды, и предложили все возможные сорта деликатесных продуктов. Я могла бы добавить, что среди Шончан, деликатесный, не обязательно означает вкусный. Ты должна увидеть то, что они пьют, Эгвейн.
— Я видела, — сказала Эгвейн, не в силах избавиться от холода в голосе.
— Ох. Да. Я полагаю видели. Мать, у нас есть проблема.
— Какая проблема?
— Ну, это зависит от того, насколько вы доверяете Мэту…
— Я доверяю ему, чтобы найти проблемы, — сказала Эгвейн, — Я доверяю ему, чтобы найти выпивку и азартные игры независимо от того, куда он направляется.
— Доверите ли Вы ему возглавить армию? — спросила Мин.
Эгвейн заколебалась. Доверяет ли она?
Мин наклонилась вперед, бросив быстрый взгляд на Стражей Последнего Часа, которые, казалось, не собирались позволить ей оказаться еще ближе к Эгвейн.
— Эгвейн, — сказала она мягко, — Мэт считает, что Брин ведет твою армию к гибели. Он говорит… Он говорит, что думает, что Брин — Друг Темного.
Гавин начал смеяться.
Эгвейн подпрыгнула. Она ожидала от него злость, оскорбление.
— Гарет Брин? — спросил Гавин. — Друг Тёмного? Я бы скорее поверил, что моя мать Друг Тёмного, чем он. Скажи Коутону держаться подальше от королевского бренди его жены; очевидно что он пьёт его слишком много.
— Я должна согласится с Гавином, — медленно проговорила Эгвейн. И все же, она не могла полностью игнорировать, беспорядок в армии. Ей нужно в этом разобраться. — Мэт всегда лезет не в свои дела, и любит давать советы когда его не спрашивают. Он просто хочет защитить меня. Скажи ему, что я оценила его… предупреждение.
— Мать, — ответила Мин. — Он говорил серьезно. Это не шутка. Он говорит, чтобы Вы передали управление армией ему.
— Моя армия, — обреченно сказала Эгвейн.
— Да.
— В руки Мэтрима Коутона.
— Ммм…да. Так же я должна упомянуть, что Императрица передала ему командование всей Шончанской армией. Он теперь Генерал-Маршал Коутон. — Таверен. Эгвейн покачала головой.
— Мэт неплохой тактик, но отдать ему управление армией Белой Башни…Нет, это невозможно. К тому же, армия принадлежит не мне, а Совету Башни. А теперь, как убедить этих джентльменов вокруг тебя, что ты в безопасности рядом со мной?
Эгвейн не хотела сотрудничать с Шончан, но понимала, что без них ей конец. Она не могла рисковать их альянсом ради Мин, к тому же сейчас ей ничто не угрожало. Конечно если Шончан не узнают про то, что Мин когда то поклялась им, и предала в Фалме.
— Не волнуйся за меня, — сказала Мин скривившись— Я думаю, что лучше мне остаться с Фортуоной. Она…знает про некоторые мои таланты, благодаря Мэту. К тому же, так я смогу помочь тебе и ей.
Это заявление было осмысленным. Стража Последнего Часа были подготовленными, и внешне не отреагировали на имя Императрицы. Только их лица, стали походить на вырубленные из скалы еще больше. «Будь осторожна, Мин. Ты окружена врагами», — подумала Эгвейн. Хотя Мин, похоже, ничто не волновало.
— Вы хотя бы обдумаете что Вам сообщил Мэт?
— Что Гарет Брин Друг Темного? — ответила Эгвейн. — Не смеши меня. Отправляйся обратно к Мэту. И пусть он передаст свои рекомендации, по выходу из сложившегося положения. А я пойду искать нашего генерала, для дальнейшего планирования.
Гарет Брин, где же ты?
Черные стрелы невидимыми поднимались в воздух, а затем падали как морские волны. Они ударили по армии Итуралде в долине Тарканд'ар, часть застряла в щитах, но некоторые нашли живую плоть. Одна приземлилась рядом с полководцем, который стоял на вершине скалы. Но Итуралде не дрогнул. Он стоял с гордо поднятой головой, заложив руки за спину.
— Иногда они подлетаю достаточно близко. — усмехнулся Итуралде.
— Извините милорд. — Ответил Бинд, Ашаман который должен был отклонять стрелы. И он их отлично отклонял, но иногда, его взор стекленел, и бедняга начинал бормотать про «руки тянущиеся из тьмы».
— Смотри внимательно, — сказал Итуралде.
У него раскалывалась голова. Ночные кошмары, теперь казались реальностью. Троллоки пожирающие его семью заживо, но он слишком ослабленный не мог им помочь. Он пытался бороться, и плакал от бессилия, когда его жену Тамсин и детей поедали, но в тоже время аромат сырого мяса был таким заманчивым…Под конец кошмара, он присоединялся к ужасной трапезе.