Фрэнк Херберт - Бог-Император Дюны

— Бог-Император уведомил меня, что знает о соглашении между Иксом и Космическим Союзом. Мы пытаемся создать механический усилитель того… тех талантов навигаторов Космического Союза, которые в настоящее время зависят от меланжа.

— В этой комнате, мы называем его Червем, — сказала Сиона. — На что будет способна ваша икшианская машина?

— Вы ведь знаете, что навигаторы Космического Союза должны принять спайс перед тем, как они увидят безопасный маршрут через космос?

— И вы заместите навигаторов механизмом?

— Это может оказаться вполне возможным.

— И какое послание надо тебе передать твоим людям, связанным с работой над этой машиной?

— Я должен сообщить им, что они будут иметь право продолжать работу над проектом, только если будут посылать ему ежедневные отчеты о том, как продвигается дело.

Сиона покачала головой.

— Ему не нужны подобные отчеты! Это глупое послание.

Кобат сглотнул, не пытаясь больше скрыть своей нервозности.

— Нашим проектом увлечены Космический Союз и Орден, — сказал он, — они принимают в нем участие.

Сиона опять кивнула.

— И они платят за свое участие, делясь с вами спайсом.

Кобат зыркнул на нее глазами.

— Это дорогостоящая работа, и нам нужен спайс для сравнительного тестирования навигаторов Союза.

— Это ложь и мошенничество, — сказала она. — Ваше устройство никогда не будет работать, и Червь это знает.

— Как ты смеешь обвинять нас в…

— Спокойней! Я просто говорю тебе, в чем истинный смысл послания. Червь велит вам, икшианцам, водить за нос Союз и Бене Джессерит. Это его забавляет.

— Оно способно заработать! — настойчиво сказал Кобат.

Сиона просто улыбнулась ему.

— Кто пытался убить Червя?

— Данкан Айдахо.

Найла поперхнулась, по комнате прошла волна легкого удивления: хмурый взгляд, проглоченный вздох.

— Айдахо мертв? — спросила Сиона.

— Я предполагаю, что да, но он… Червь отказывается это подтвердить.

— Почему ты предполагаешь, что он мертв?

— Тлейлакс прислал уже нового гхолу Айдахо.

— Понимаю.

Сиона повернулась и подала знак Найле, которая отошла в сторону и вернулась с небольшим тонким пакетиком, завернутым в розовую бумагу сака, типа той, в которую продавцы обычно заворачивают небольшие покупки. Найла передала сверток Сионе.

— Эта цена нашего молчания, — сказала Сиона, протягивая сверток Кобату. — Вот почему Топри было дозволено привести тебя сегодня сюда.

Кобат взял сверток, не отрывая взгляда от ее лица.

— Молчание? — спросил он.

— Мы обязуемся не информировать Союз и Орден, что вы их дурачите.

— Но мы не дурачим…

— Не будь глупцом!

Кобат попробовал сглотнуть пересохшим горлом. Значение ее слов были ему предельно ясно: правда это или нет, но, если мятежники распустят эту историю, то в нее поверят, поверить в нее заставит, как любил выражаться Топри, «здравый смысл».

Сиона взглянула на Топри, стоявшего как раз позади Кобата. Никто не присоединяется к мятежу по причинам «здравого смысла». Разве Топри не понимает, что его «здравый смысл» может подвести? Она опять перевела взгляд на Кобата.

— Что в этом свертке? — спросил он.

Что-то в интонации его вопроса дало понять Сионе, что он уже знает.

— Я кое-что посылаю на Икс. Ты отвезешь это своим. Это копии двух книг, добытых нами из крепости Червя.

Кобат поглядел на сверток в своих руках. Было ясно видно, что ему хочется отбросить его прочь, что рискнув пойти на свидание с мятежниками, он не ожидал, сколь смертоносный груз на него возложат. Он бросил на Топри злобный, хмурый взгляд, словно бы говоря ему: «Почему, ты меня не предостерег?»

— Что… — он опять поглядел на Сиону и откашлялся. — Что в этих… книгах?

— Твой народ сможет нам об этом рассказать. Мы считаем, что это собственные слова Червя, записанные шифром, который мы не способны прочесть.

— Но что заставляет тебя думать, будто мы…

— Вы, икшианцы, хорошо смыслите в таких вещах.

— А если у нас не получится?

Сиона пожала плечами.

— Мы не осудим вас за это. Однако, если вы попробуете использовать эти книги для любой другой цели или не дадите нам полного отчета о ваших успехах…

— Как можно быть уверенным, что мы…

— Мы будем полагаться не только на вас. Копии получат и другие. Я думаю, Орден Бене Джессерит и Космический Союз не колеблясь возьмутся за расшифровку этих текстов.

Кобат положил сверток под мышку и рукой прижал его к телу.

— Что заставляет вас полагать, будто… будто Червь не знает о ваших намерениях и даже об этом вашем собрании?

— Я думаю, он знает очень многое. Может даже, он знает, кто взял эти книги. Мой отец верит, будто он обладает даром абсолютного предвидения.

— Твой отец верит в Устную Историю!

— Все в этой комнате верят в нее. Устная История ни в чем важном не расходится с формальной историей.

— Тогда почему же Червь не предпринимает действий против вас?

Она указала на сверток под мышкой Кобата.

— Может быть, ответ вот в этом.

— Или же эти зашифрованные книги не представляют для него угрозы! — Кобат не скрывал свой гнев, он не любил, когда его насильно заставляли принимать решение.

— Может быть, теперь ты скажешь, почему ты упомянул Устную Историю.

Кобат опять услышал угрозу в ее голосе.

— Устная История утверждает, что Червь не способен испытывать человеческие переживания.

— Это не причина, — сказала она. — Тебе дается еще один шанс, чтобы назвать мне настоящую причину.

Найла подошла двумя шагами ближе к Кобату.

— Я… мне посоветовали перечитать Устную Историю перед тем, как идти сюда, потому что ваши люди… — он пожал плечами.

— Потому что мы ее повторяем наизусть?

— Да.

— Кто тебе это сказал?

Кобат сглотнул, бросил боязливый взгляд на Топри, затем опять поглядел на Сиону.

— Топри? — вопросила Сиона.

— Я думал, это поможет ему понять нас, — сказал Топри.

— И ты сообщил ему имя вашего руководителя, — сказала Сиона. — Он уже знал! — наконец-то в голосе Топри прорезалось кваканье.

— Какие именно части Устной Истории велел он тебе пересмотреть? — спросила Сиона.

— Ну… связанные с родом Атридесов.

— Теперь, по-твоему, ты знаешь, почему люди присоединяются ко мне в этом мятеже.

— Устная История в точности рассказывает, как он обращается со всяким из рода Атридесов! — сказал Кобат.

— Он кидает нам веревочку, а затем с помощью этой веревочки притягивает нас к себе, да? — спросила Сиона. Ее голос был обманчиво бесстрастен.