Анатоль Нат - Приключения блудного барона.

— В общем, завтра посмотрим что и как. А пока, давай ложится спать, завтра рано вставать, — совсем уже сонным голосом проговорил Димон, укрываясь с головой одеялом и отворачиваясь к стене.

Тощий худой парень, двадцати с чем-то лет молча и неохотно поднялся с большой кучи сена в углу комнаты, прикрытой сверху какой-то серой дерюжкой. Также молча и недовольно поморщившись на окрик часового, он хмуро, исподлобья смотрел на вошедших в камеру.

— Господин барон, — мрачно констатировал он. — Какая встреча. Решили порядки у нас завести по образу и подобию низовых земель?

— Денни-и-ис…, - Сидор, зайдя в камеру, подошёл к куче сена и остановился напротив парня. Руки, чтоб поздороваться, он ему не протянул, демонстративно заложив их за спину. — Денис Кропотов, наш незабвенной памяти проводник, которого мы безуспешно ждали здесь в этом самом месте год назад. И который появился только что.

А до того ни весточки не подал, ни сам не явился. Да и от группы его целый год вестей не было.

— Если б знал, что меня будут так мурыжить, остался бы на той заимке ещё на полгода, — невесело пошутил парень. — Там по крайней мере кормят получше, да не держали в тёмном, сыром подвале.

— Ну, — хмыкнул Сидор, окидывая внимательным взглядом стены помещения. — В подвале — да, а вот насчёт сырости, это ты парень пальцем в небо угодил. Тот кто эти подвалы строил, дело своё знал туго. Подвалы сухие и для нормальной жизни вполне даже пригодные.

— В чём проблемы? — сердито посмотрел парень на Сидора. — Все записи вам же передали. И передали вовремя. И там всё подробным образом прописано: что, где, куда. И вы уже чуть ли не год пользуетесь найденным нами проходом.

А ко мне на пустом месте вдруг ни с того ни с сего какие-то претензии возникли.

Вернулся, думал, домой. Надеялся будут мне рады. И вдруг хватают и бросают в кутузку. И держат на хлебе и воде чуть ли не два месяца до твоего возвращения. А если бы ты ещё где-то с месяц шлялся. Мне что, так и сидеть бы пришлось здесь в этой сырости.

— Не хами, — недобро глянул на него Сидор. — Прежде чем хватать и бросать в кутузку, тебя перед этим изрядно ещё и подлечили. А здесь ты вообще был чуть ли не в санатории, реабилитационный период для своей покалеченной ноги проходил. Так что, грех тебе жаловаться.

— И на будущее, начальство не шляется, а делами занимается. Радуйся что сразу в кандалы не загремел, да на каторгу в Воркуту уголёк кайлить, — Сидор нехорошо так, со значением посмотрел на непонимающе уставившегося на него проводника. — Очень уж к тебе братец оказалось много претензий по этому вашему проходу, — с досадой бросил Сидор, видя что его страшилки явно не доходят до парня. Тот совершенно не понимал о чём идёт речь. Димон за спиной Сидора едва слышно мерзко захихикал.

Да и про порядки, царящие в баронствах, ты бы уж лучше помолчал, — холодным тоном проворчал Сидор. На сдавленно хихикающего Димона он лишь неодобрительно покосился. — Был бы ты там, да будь я всамделишный барон, ты бы сейчас не как сыр в масле катался на казённых харчах, а на дыбе коленками назад висел, и пел бы как соловей, вспоминая все позабытые давно прегрешения.

— Вот, ты как заговорил, барон, — прищурил враз заледеневшие холодные глаза Денис.

— Вопрос слишком серьёзен, чтоб сюсюкаться, — рассердился Сидор. — Ты взялся за дело. Сказал что сделал и за работу получил деньги. И пропал. Пропал тогда, когда был крайне необходим. Когда без тебя никак не могли обойтись. Когда ты должен был сидеть здесь на месте и ждать нас. А не потащиться за каким-то чёртом в пущу, что-то там искать новенького.

— И пропадаешь! На целый год!

— А потом появляешься из ниоткуда, и, словно так и надо, словно ничего и не произошло заявляешь, что ничего не знаешь и ты здесь ни при чём.

— И чего ты после этого ожидал от нас? Премии? Или чтобы мы спокойно съели твои басни поверив тебе на слово?

— В общем, подтвердилась твоя история. Собирай свои вещи и на выход. Свободен.

— Надумаешь после всего произошедшего остаться у нас на работе — милости просим. Обиделся — скатертью дорога.

— Но, перед уходом можешь заскочить к ящерам в госпиталь. Я их предупрежу чтоб они ещё раз напоследок посмотрели что у тебя с ногой. Это так сказать, премия на двухмесячное сидение под арестом. Хотя, ящеры говорят, что для твоей ноги это было только на пользу.

— И на будущее. Не знаю что ты там решишь, но учти сразу. Никто ни с кем сюсюкаться здесь не будет. У нас слишком тяжёлая обстановка, чтоб верить только на слово. Отныне всё проверяется и перепроверяется трижды. И так будет и впредь.

— А дальше решай сам, парень. Или ты с нами, или сам по себе. Другого не дано.

— Тогда я лучше с вами, — подобрал с пола свою котомку парень и двинулся вслед за Сидором на выход. — Мне понравилось здесь лечиться, — нагло ухмыльнулся он. — Да и кормят здесь получше чем на хуторах. По крайней мере не так скудно.

Предложение Димона быстро мотнуться в горы и проверить на месте новый подземный проход на ту сторону гор, зная беспокойный, непоседливый нрав того, не вызвал у Сидора ни малейшего удивления. Он даже не стал говорить ему, что именно такой реакции он от него и ожидал, когда узнал, что в крепость вернулся проводник.

Но вот то, что тот предложил — смотаться туда и обратно только втроём: он, Димон и проводник, заставило Сидора всерьёз и надолго задуматься. Дел в крепости было полно и, как ни показалось бы странным, но подобные исчезновения надолго надо было обязательно согласовывать, и обязательно с комендантом, поскольку на всё время их отсутствия он становился в крепости главным.

Впрочем, именно этот вопрос оказался как раз самым лёгким. Размеренный, устоявшийся к этому времени уклад жизни в крепости не требовал обязательного присутствия, ни Сидора, ни Димона. Да и в делах неожиданно образовалась довольно удачная и так вовремя изрядная лакуна по времени, до прихода следующего обоза, которого следовало ожидать не ранее чем через неделю. Так что совершенно спокойно можно было выкроить свободных три-четыре дня. А то, глядишь, и целую неделю.

Так что столь удачно сложившимися обстоятельствами следовало непременно воспользоваться.

К тому же, интересно было самому посмотреть, как обстоят дела с наследством Вехторов на той стороне гор.

Но главным, что определило то, что пойдут они одни, втроём, даже без сопровождения охраны, это необходимость максимального сокрытия факта наличия у компании ещё одного, нового подземного прохода.

Вдруг так оказалось, что о его наличии кроме трёх человек: Дениса-проводника, Димона и Сидора никто не знал. И следовало приложить максимум усилий, чтоб такое положение сохранялось и в дальнейшем. Это могло в будущем сильно помочь.