Энн Маккефри - Все вейры Перна
При ближайшем рассмотрении оказалось, что изготовление смазочной жидкости займет несколько дней. На всякий случай Джексом каждый вечер заставлял Рута съедать по меньшей мере одну некрупную птицу, и дракон жаловался, что с таким набитым брюхом он не сможет совершить даже один перелет, не говоря уже о двух.
— Думаешь, будет лучше, если ты потеряешь сознание от голода, когда мы будем между прошлым и настоящим? — строго спросил его Джексом.
Он пережидал задержку в Прибрежном вместе с Шаррой, которая отдыхала после напряженных бдений в лаборатории. Она заметно похудела, глаза окружали темные тени — признаки усталости. Наконец-то, пусть и недолго, Джексом мог позаботиться о жене. И о Робинтоне. Да и о себе тоже.
Его несказанно печалила перемена, произошедшая с Главным арфистом. Она не была столь уж явной, но Джексом знал, что Лайтол и Д'рам ее тоже заметили. Робинтон оправился от телесного недуга, но не от душевного потрясения. На людях он казался самим собой, но Джексом часто видел его погруженным в невеселые раздумья — тяжелые и даже мучительные, если судить по печали, застывшей в глазах арфиста. Кроме того, он как будто потерял интерес к вину — даже оно его больше не веселило. Он жил как бы по инерции.
«Заир тоже беспокоится», — сказал Джексому Рут, услышав тревожные мысли своего всадника.
— Наверное, мастер Робинтон еще не совсем оправился, — сказал Джексом, пытаясь убедить самого себя. — Прошло мало времени… И ведь он уже не так молод и энергичен, как бывало. А тут еще это тяжкое испытание… Когда он совсем выздоровеет, мы что-нибудь придумаем, чтобы вывести его из уныния. Шарра тоже заметила и посоветуется с Олдайвом. Ты же знаешь, как Робинтон сердится, когда вокруг него начинают слишком суетиться. Но мы обязательно что-нибудь придумаем. Так и скажи Заиру. А теперь давай еще раз вспомним расположение звезд для нашего прыжка в прошлое.
«Да мы оба лучше знаем эти звезды, чем те, которые у нас над головой», — фыркнул Рут и все же покорно выполнил то, что хотел от него Джексом.
Сигнал к сбору последовал уже после полудня. Фосдак, самый тощий из всех Фандареловых подмастерьев, облачившись в скафандр, протиснулся в узкий зазор между двумя корпусами и стал заливать смазку в тонкие щели огромных зажимов, которые крепили ось двигателя к кораблю. К тому времени, когда он, проделав эту же операцию на двух других кораблях, снова вернулся на «Иокогаму», у него уже не было сомнений в успехе. Фандарел снова набрал код, потом последовательность команд, нажал на клавишу входа и стал ждать.
На этот раз компьютер, получив команды, ответил: «Готов к выполнению».
— У нас все готово, — сообщил Фандарел.
— Ну так давай, пошевеливайся, — теряя терпение, зарычал Ф'лар. Фандарел включил программу. Он не знал, слышал ли кто-нибудь, кроме него, металлический визг и грохот или последний громкий лязг, когда открывались захваты.
— Отделение закончено, — отрапортовал он и поспешил включить наружные камеры, чтобы проследить за тем, что будет дальше.
— Вейры, внимание! — крикнул Ф'лар, и через несколько мгновений перед глазами Фандарела предстало величественное зрелище: в космосе стало тесно от драконов, и каждый из них занял заранее оговоренное место вдоль длинных стержней на корпусе двигателя.
— На «Бахрейне» отделение закончено! — доложил Бенелек.
Что происходило на «Бахрейне», Фандарел не видел, зато видел Джексом, который находился там. Когда Ф'лар призвал крылья, которые подчинялись ему, — из Бендена, Айгена и Телгара, — Джексом дал команду своим — из Западного и Восточного Вейров и Вейра Иста. За всю свою жизнь молодой лорд не видел ничего более впечатляющего — каждый всадник мгновенно занял свое место; сказались упорные тренировки. Драконы уцепились когтями за металлические стержни, взоры всех всадников устремились к тому месту в конце шеренги, где находились Джексом и Рут.
«Рут, задай драконам расположение звезд, которое выведет их к Алой Звезде. И помни: в конце ущелья кратера нет».
«Еще бы — ведь это мы его сделаем!» — самодовольно ответил дракон. Ничего непредвиденного не ожидалось: никто из драконов не был на Алой Звезде, и они ждали ориентиров от Рута. Всадников Джексом заранее предупредил, что скачок будет несколько длиннее, чем обычно, и чтобы они не забывали дышать во время перелета через Промежуток.
«Они все поняли и готовы к старту», — мгновение спустя объявил Рут. Джексом сделал глубокий вдох и высоко поднял руку в толстой перчатке. «Тогда вперед, пока я не успел испугаться», — сказал он, резко опуская ее вниз.
Он знал, что перелет будет долгим и все же волновался. Он насчитал уже тридцать медленных вдохов и выдохов. Жаль, что Лесса не помнит, сколько времени у нее занял прыжок на четыреста Оборотов в прошлое — было бы как-то спокойнее. На тридцать втором выдохе Джексомом стала овладевать тихая паника.
«Приехали!» — объявил Рут, и от неожиданности голос его прогремел оглушительным звоном в голове всадника.
Они висели в нескольких дюймах над краем Большого ущелья. Звезды занимали на небе именно то положение, которое им полагалось. Унылый пейзаж на этом конце расселины был таким же безрадостным, как и во времена Джексома.
Молодой лорд поспешно сосредоточил мысли на предстоящей задаче. У них было в запасе десять минут, чтобы опустить огромный двигатель в трещину.
«Сеятели уже приступили к работе», — сообщил Рут. Джексом через Рута передал драконам команду начать спуск громоздкой ноши и невольно расплылся в улыбке. Драконы завершили это невероятное путешествие! Они перенесли двигатель, как перышко — потому что не считали, что делают что-то необыкновенное. Прилив восторга существенно повысил его настроение.
«Удача, Рут! Мы справились!»
«Еще бы не справиться! Эй, вы, держите ту штуку ровнее! — добавил Рут, и Джексом дал знак драконам на дальнем конце, который опускался быстрее ближнего. — Т'геллан спрашивает, на какую глубину ее надо опустить».
«Передай ему: как можно глубже — лишь бы драконы не повредили себе крылья. Там должны быть достаточно большие выступы, они и удержат двигатель. А теперь внимание — опускаемся как можно равномернее».
Они были уже на порядочной глубине, когда Джексом почувствовал толчок.
«Ну как, Рут, — может быть, отпустим и посмотрим, что получится?» Взгляд Рута скользнул по обрыву, сложенному из гранита, полевого шпата, прослоек какой-то более темной породы, — и вдруг он, резко нырнув, оказался под корпусом двигателя.
«Пожалуй, немного накренится», — сказал белый дракон, который лучше, чем Джексом, видел в густой тени расселины.