Энди Чемберс - Путь эльдар: Омнибус
Как и многие вопросы, поднимаемые Келамитом, это был нерешаемый парадокс, находившийся за пределами неразвитых пророческих способностей Тирианны и её умения рассуждать с этической точки зрения.
Девушка могла прийти только к одному выводу, пусть он и причинил ей такую же боль, как и в тот момент, когда Тирианна не стала предупреждать Корландрила о ранении. Она не могла судить, что плохо, а что хорошо, и должна была просто позволить будущим событиям произойти. Хотя для Корландрила и самой провидицы это может оказаться личной трагедией, а последствия могут выйти далеко за пределы их судеб, попытка изменить будущее, возможно, подвергнет опасности жизни других.
Tирианна ждала встречи под снеголистом в Саду небесных наслаждений, читая свиток Руны Золотого паруса, полученный от Келамита. Она предвидела, что разговор с Келамитом состоится здесь, и хотя решила не вмешиваться в грядущие события, позволила их беседе произойти. Тирианна почувствовала приближение Корландрила: дух воина пересекал сплетение, словно пузырь, плывущий по луже крови. Она повернулась и изобразила удивление, когда Жалящий Скорпион достиг тени деревьев.
Корландрил был облачен в складчатый хитон того же темно — зеленого цвета, что и доспехи, которые он носил в бою. Воин шел со спокойной уверенностью, глаза постоянно осматривали парк, и казалось, что он изготовился к бою. Тирианна ощущала дух Кхаина, скрывающийся под телесной оболочкой, змею, извивающуюся в ожидании шанса нанести удар.
Отвергнув нарастающее отвращение, провидица вспомнила, что они дружили, и обняла Корландрила, пытаясь не задрожать от холодного прикосновения воина. Ошеломленный, он поколебался, а затем ответил на объятие.
— Я слышала, что тебя ранили, — произнесла Тирианна, отодвинувшись, чтобы удостовериться в том, что все в порядке. Девушка решила не упоминать о том, что предвидела это тяжкое увечье.
— Я исцелился, — ответил Корландрил с улыбкой. — По крайней мере, физически.
Воин указал на скамейку, и они уселись рядом. Девушка собиралась спросить, как он себя чувствует, но остановила себя. Глупый вопрос, который впоследствии может заставить сказать ее что-то такое, о чем она пожалеет.
— Что случилось? — спросил Корландрил.
Несмотря на прежнюю уверенность, при виде беспокойства друга ее решимость ослабла. Она не могла просто дать ему попасть в ловушку. Провидица решила, что даже если не действовать прямо, своевременное напоминание об опасностях Пути аспектного воина не будет лишним.
— Я собиралась тебя навестить, поскольку тебе нужно кое-что знать. Я предпочла бы, чтобы мы сначала поговорили о других вещах, но ты застал меня врасплох. Это невозможно приукрасить. Я прочла твои руны. Они сбивчивы, но большая часть не сулит ничего хорошего.
— Бояться нечего. Недавно мне довелось испытать страдания, но они меня не доконают.
— Не это меня беспокоит, — заявила Тирианна.
Протянув руку, она на мгновение приложила ладонь к его щеке, и Корландрил вздрогнул при этом прикосновении. — Я чувствую в тебе конфликт. Ты воспринимаешь любую встречу как сражение, которое должно быть выиграно. Путь Воина дурно влияет на тебя.
— Я всего лишь на секунду утратил сосредоточенность, не более того, — сказал Корландрил, вставая. — Я оступился, но путешествие продолжается.
— Понятия не имею, о чем ты говоришь. Что-то ещё случилось?
Уверенность друга превращалась в закрытость, его замечания становились чрезмерно нервными.
— Да ничего важного, таких, как ты, не касается.
— Таких, как я? — Тирианна в большей степени расстроилась, нежели разозлилась. Он так быстро забыл их общее прошлое… — Не касается друга?
Корландрил выглядел виноватым, он потупил глаза, не в силах встретиться с ней взглядом.
— Я чуть не нанес настоящий удар во время ритуального поединка.
Тирианна знала, каким позором это могло стать. Кроме того, новость подтвердила ее сомнения. Неспособность воина контролировать кровожадные позывы в храме указывала на то, что Кхаин завладевает его душой.
— О, Корландрил… — произнесла провидица.
— Что? — ответил воин. Ярость исказила его лицо, лоб наморщился, зубы слегка оскалились. — Ты говоришь со мной, как с ребенком. Это случилось. Я извлеку из этого урок.
— Неужели?
В голосе Корландрила не было раскаяния, казалось, он ищет ссоры. Тирианна помнила про ”таких как ты”, и хотела уверить друга, что понимает его лучше, чем тому кажется.
— Не забывай, что я была Зловещим Мстителем. Хотя то время — в дымке моего прошлого, это было не так давно, чтобы я совершенно об этом забыла. До недавнего времени я шла по Пути Провидца. Как видящий воинов я вновь перебрала многие из своих боевых воспоминаний, черпая в них решимость и силу. Я помню соблазн Пути Воина, уверенность в цели и утешение праведности, которые он несет с собой.
— Нет ничего плохого в том, чтобы иметь твердые убеждения.
Руки Корландрила сжались в кулаки, он чуть сгорбился от ярости. Это напугало Тирианну, она видела, что произойдет, и знание придавало уверенность, она хотела избавить друга от жизни полной крови и ненависти.
— Это же наркотик, — предупредила девушка, — то ощущение собственной власти и превосходства. Боевая маска позволяет тебе управлять своим гневом и чувством вины в сражении, но она не предназначена для того, чтобы положить конец всем чувствам вне поля боя. Вот сейчас я чувствую, что ты на меня злишься.
— А что, если и так? Сидишь здесь и говоришь о том, чего не понимаешь. То, что ты шла Путем Воина, не имеет никакого значения, мы с тобой совсем разные. Это ты прояснила для меня перед тем, как я присоединился к Беспощадной Тени. Возможно, это тебя искушает власть. У меня воля сильнее.
Тирианна не могла не смеяться над нелепостью фразы. Она успешно перешла с Пути Воина на Путь Поэта, Корландрил же понемногу забирался в ловушку.
— Ничего в тебе не изменилось, — ответила девушка, в равной мере разозлившись на своего друга и на себя, за то, что влезла в это. — Ты ничему не научился! Я предлагаю утешение, а ты воспринимаешь это как критику. Возможно, ты прав. Возможно, вовсе не Путь Воина делает тебя таким надменным, ты всегда был так занят самим собой!
— Самим собой! — Корландрил поверить не мог тому, что услышал, и повысил голос. Он отступил на шаг и сделал глубокий вдох, явно пытаясь успокоиться. Когда воин заговорил вновь, в его словах звучало презрение.
— Это ты находилась в свете моего внимания, много обещая, но, в конце концов, не желая дать ничего. Если я эгоистичен, то лишь потому, что ты забрала у меня то, чему я был бы счастлив посвятить всего себя.